Никто, кроме тебя
Рамон только успел положить трубку, как Ракель подошла к нему и протянула билеты на самолет.
– Сдайте эти билеты, Рамон, я не хочу, чтобы вы еще больше тратились на нас, – сказала Ракель озадаченному дворецкому.
Он колебался – с одной стороны, как хороший слуга, он должен выполнять просьбы сеньоров, но, с другой стороны – как же эти люди тогда уедут? В конце концов, слуга пересилил в Рамоне просто человека, и он, ни слова не говоря, взял билеты и отправился за чемоданами.
Дон Даниэль в недоумении смотрел на дочь. Что она задумала? Как они доберутся до Гвадалахары без билетов, без денег! Но Ракель была совершенно спокойна – у нее есть две тысячи песо, этого хватит, чтобы добраться на такси до гостиницы, а завтра она возьмет денег в долг у Умберто. Он не откажет.
Вместе с Рамоном Ракель и сеньор Саманьего вышли за ворота. Здесь Рамон поставил чемоданы на землю. Его миссия была закончена, но он просто не мог оставить Ракель и сеньора Саманьего одних стоять здесь с чемоданами. Он не решался говорить, но всем своим существом выражал сочувствие и желание помочь. Он предложил вызвать такси. Ракель отказалась, он посоветовал взять одну из машин Антонио. Ракель только отрицательно покачала головой. Он снова спросил, не возьмет ли сеньора билеты?
– Нет, Рамон, – ответила Ракель. – Спасибо вам. Можете идти. Мы будем ждать Марту.
Рамон с тяжелым сердцем вернулся в дом и едва ли не в первый раз в жизни решил преступить пределы, за которые не положено выходить хорошему слуге. Он позволил себе вмешаться в семейные дела, поскольку, то, что происходило, казалось ему беспрецедентным. Рамон поднялся в комнату Виктории и сообщил ей, что сеньора Ракель с отцом уехала, но отказалась взять билеты, которые заказал ей дон Антонио. И главное – она даже отказалась, чтобы ей вызвали такси. Они остались на улице ждать сеньориту Марту.
Взволнованная Виктория немедленно спустилась вниз в гостиную, но застала там одну Алехандру, которая и понятия не имела, что Ракель решила уйти из дома. Виктория задумалась – куда она могла поехать? Первое, что ей пришло в голову – Максимилиано. Она подошла к телефону и набрала номер квартиры, где жил ее сын.
Макс снял трубку и очень удивился, услышав то, о чем взволнованно спросила его мать. Не у него ли Ракель? Что за странная идея? Оказалось, что она ушла из дома – уложила чемоданы и уехала вместе с отцом и сестрой. Клаудио говорит, что их увез на своей машине Родриго Тонелли.
Глава 36
Ракель с отцом простояли совсем недолго – к воротам подъехал на своей машине Родриго Тонелли. Он невероятно удивился, увидев Ракель и сеньора Саманьего, стоящими на солнцепеке рядом со старыми потертыми чемоданами. Ракель ничего не стала объяснять ему, только сказала, что они ждут Марту, которая ушла еще утром, но старик отвел Родриго в сторону и потихоньку сообщил ему, что у Ракель проблемы с мужем, и теперь они уезжают без гроша в кармане.
Родриго быстро просчитал в уме все варианты и остановился на самом удобном для всех. Сейчас они сядут в его машину, и он отвезет их туда, куда они хотят. А Клаудио, когда Марта вернется, отвезет ее туда же. Никто ничего не узнает – Клаудио не болтун.
Ракель заколебалась. Предложение Родриго казалось ей разумным. Действительно, не стоять же здесь у всех на виду до самого вечера. И кто знает, когда вернется эта глупая девчонка.
Родриго с помощью дона Даниэля уложил чемоданы в багажник, и Ракель с отцом сели в машину. Теперь дон Даниэль немного успокоился, но его очень тревожило поведение Ракель. Почему она не взяла билеты? Как они теперь доберутся до дома? Она вполне могла взять у Антонио и билеты, и деньги – ведь она все-таки его жена. Раз он в течение месяца не признал этот брак недействительным…
– Папочка, – взмолилась Ракель, – дай мне сохранить хотя бы немного достоинства.
Дон Даниэль смущенно замолчал, хотя и не понимал, при чем тут достоинство? Можно с достоинством взять билеты и даже деньги. А теперь как они будут жить?
Скоро вернулся Родриго, сообщивший, что договорился с Клаудио – как только вернется Марта, тот отвезет ее домой к Родриго. Там они подождут ее. Родриго сел за руль и завел машину.
А ничего не подозревавшая Марта отдыхала в ресторане в обществе своего поклонника Луиса Трехо. Ей не пришло в голову вспомнить, что именно Луис был виновником той аварии. К счастью для себя, Марта умела очень быстро забывать о неприятном, и весь кошмар с наездом и тюрьмой уже почти выветрился из ее памяти.
Луис, который снял квартиру в городе, к своему сожалению, очень редко видел Марту. И теперь, расспрашивал, как она проводит свои дни. По-прежнему купается, загорает и катается на роликовых лыжах? Луис помолчал, а затем, смотря девушке прямо в глаза, сказал:
– Марта, я тебя люблю уже давно, хотел предложить… выходи за меня замуж.
Марта смущенно улыбнулась. Она догадывалась об этом, и ей самой тоже нравился Луис, но было одно очень важное «но».
– Ты не хочешь связываться с таким человеком, как я? – предположил Луис. – Ты – свояченица Антонио Ломбардо, а я – простой служащий.
– Нет, – Марта отрицательно покачала головой. – Не потому. Просто я всегда хотела выйти за человека с деньгами. Это было бы так прекрасно. Ты ведь меня понимаешь, Луис?
Он понимал ее отлично. Для него самого деньги в этом мире значили очень много, почти все. Что же удивительного, что такая привлекательная девушка, как Марта, хочет хорошо устроиться.
Они были откровенны друг с другом и понимали друг друга, потому что были сделаны из одного теста.
Антонио с Андресом вернулись поздно. Сидя в ресторане, они еще долго обсуждали все детали предстоящего развода и проблемы, возникающие вместе с ним. Ведь по брачному контракту Ломбарде должен был отдать Ракель половину своего состояния, поскольку там было оговорено совместное владение имуществом. Конечно, Антонио мог бы подать в суд, но это повлечет за собой громкий скандал, потому что на суде непременно всплывет соучастие в этом деле Максимилиано.
Размышляя таким образом, Антонио вошел в свой кабинет. В первый же момент ему в глаза бросился конверт, лежавший посреди стола. Он быстро заглянул в него – деньги, которые он дал Ракель! Значит, она все-таки не взяла их! В волнении Антонио взял пачку и только теперь заметил исписанный лист бумаги. Это было прощальное письмо Ракель. Антонио взял лист и стал читать, руки его дрожали.
«Антонио, – писала Ракель, – оставляю тебе деньги, вещи, драгоценности – все, что ты дал мне. Не буду говорить о том, что я не виновата. Зачем? Это уже не имеет смысла. Но одно хочу сказать тебе. Я раскаиваюсь, что доверилась тебе, потому что ты, так же как и Макс, обманул меня. Заставил поверить в то, что ты добрый, что любишь меня, а это неправда. Или я просто не знаю, что это за любовь. Когда люди любят, они друг другу верят, а ты предпочитаешь верить кому угодно, только не мне. Мне не стыдно признаться, что я, действительно, любила тебя, любила, как никого на свете, всей душой. А теперь я сама говорю себе, что все было напрасно. Прощай.
Антонио отложил письмо и долго сидел, смотря в пространство, не замечая, что слезы катились по щекам.
Немного придя в себя, он встал и поднялся наверх в комнату Ракель. Все было на месте. На бюро стояла шкатулка с драгоценностями, в шкафах висели наряды, которые он покупал ей, – она ничего не взяла с собой.
Антонио оглянулся и увидел, что в дверях комнаты стоит Рамон. Он подтвердил, что Ракель уехала с двумя старыми чемоданами.
– Почему ты сказал мне, что она взяла деньги? – глухим голосом спросил Антонио.
Рамон растерялся. Сеньора Ракель, действительно, взяла их, но от билетов на самолет отказалась, – сказала, что не хочет, чтобы на них тратились. Рамон рассказал, как проводил сеньору и ее отца до ворот, и они остались на улице ждать сеньориту Марту. Она куда-то уходила. От такси они отказались, от машины тоже. А затем, как говорит, Марселино, приехал сеньор Тонелли, зашел на минуту в дом, потом вышел и увез их в своей машине. Но куда – этого никто не знает.