Никто, кроме тебя

Они сели в автомобиль, и Луис плавно тронулся с места. По дороге он рассказывал Марте о веселой ночной жизни в Акапулько. Конечно, куда Гвадалахаре до этого шикарного курорта. Вдруг Луис затормозил и остановился.
– Что такое? – удивилась Марта.
– Хочешь сесть за руль? – предложил Луис, повернувшись к ней. – Хочу посмотреть, способная ли у меня ученица?
Марта, не долго думая, согласилась. Ей даже не пришло в голову, что она изрядно выпила. Они быстро поменялись местами, и Марта, нажав на газ, рванула вперед.
– Здорово у тебя получается! – подбодрил ее Луис и протянул сигарету. – Закури!
Марта взяла сигарету и, прикурив, лихо крутанула руль, совсем не обратив внимания на темную дорогу. Из-за деревьев на шоссе выбежал человек. Марта ударила по тормозам, но было поздно. Человек перекувырнулся через капот и вылетел на обочину. Она резко затормозила. Луис открыл дверь и подошел к лежащему человеку. Потом подбежал к машине и приказал перепуганной Марте освободить водительское место.
– Он мертв, поехали, – отрывисто сказал Луис, садясь за руль.
Он видел, как дрожала девушка, как покрывалось бледностью ее лицо, ему даже было жалко ее, но думал он совсем о другом.
«Все прошло отлично, – Марта ничего не заметила и теперь уверена, что насмерть задавила человека и бросила его на дороге. Это очень серьезное преступление. Значит, Ракель полностью во власти Максимилиано».
Но ни он, ни его Хозяин не знали, что у блестяще инсценированного несчастного случая оказался свидетель – смешной оборванец, которого Антонио неизвестно зачем взял на работу.
В приподнятом настроении Чучо возвращался от Мерседес, рисуя в своем воображении радужные картины – как он поговорит с хозяином, и Мерседес будет жить и работать здесь же, рядом с ним. Мимо на большой скорости пронеслась машина. Чучо позавидовал – кто-то разъезжает в таких шикарных автомобилях, а он, вот, вынужден тащиться на своих двоих.
Вдруг раздался визг тормозов, и Чучо увидел, что машина резко затормозила и остановилась. Он побежал вперед, но автомобиль уже снова тронулся. И тут Чучо в ужасе увидел, что на обочине лежит человек. Его сбили и бросили! У Чучо было доброе сердце, и он склонился над несчастным. Каково же было его изумление, когда молодой человек, только что казавшийся бездыханным трупом, внезапно вскочил на ноги и как ни в чем не бывало убежал. Чучо только раскрыл рот от изумления.
Подойдя к дому Ломбарде, Чучо обратил внимание на автомобиль, припаркованный у самого входа. Он подошел поближе и осмотрел его. Сомнений не было – это та самая машина, которая сбила прохожего, если, конечно, можно считать, что сбила, ведь парень-то оказался жив-здоров. От этих загадок у несчастного голова пошла кругом, и он поспешил в бунгало дона Даниэля немного выпить, чтобы успокоиться и обрести всегдашнюю безмятежность.
А Луис был горд, – он, как всегда, четко выполнил желание Хозяина и не мучился укорами совести, спокойно констатировав, что задание выполнено: Марта в истерике.
Марта, действительно, была в ужасном состоянии. Ночью она не могла сомкнуть глаз, снова и снова вспоминая все обстоятельства трагедии. Она обвиняла во всем только себя, не задумываясь, что за руль она села по совету Луиса, и несчастного бросила на дороге тоже не она, а Луис. Всю ночь в ее ушах стоял визг тормозов, вспоминалась темная фигура, внезапно появившаяся из темноты.
Марта не хотела никого видеть, не хотела никому ничего говорить. Но когда она спустилась вниз – едва причесанная, с синими кругами вокруг испуганных глаз, Ракель сразу поняла – с сестрой что-то случилось. Но Марта не хотела ничего объяснять, а только бросилась в свою комнату. Ракель хорошо знала свою взбалмошную сестру – ведь та способна на любое безрассудство. Что-то случилось вчера вечером. Ракель терялась в догадках.
Сразу после завтрака она пошла в комнату Марты. Та, зареванная, лежала на кровати. Сомнений не было – произошло нечто из ряда вон выходящее. Ракель села возле Марты и пристально посмотрела на нее.
 
– Что с тобой, Марта?
В ответ Марта только всхлипнула. Луис велел ей никому не рассказывать о случившемся, но она не могла, просто была не в состоянии хранить этот ужас в себе. Кому еще она может открыться, как не родной сестре.
– Я убила человека, – тихо сказала Марта.
До Ракель не сразу дошел страшный смысл этих слов. Как это возможно? Марта, ее сестра… убила?
– Вчера вечером, – продолжала Марта, – я вела машину, а он вдруг вынырнул откуда-то… Я была с Луисом.
Это был новый удар для Ракель. Марта ослушалась ее и продолжала встречаться с Луисом! Марта осмелилась ночью после ресторана сесть за руль!
– Ты же сказала, что уходишь с Клаудио! – воскликнула Ракель.
Марта зарыдала и, вскочив с кровати, бросилась вон из комнаты. Она больше не хотела никого видеть, никого! У нее не было сил выслушивать упреки сестры. Она понимала, что кругом виновата, но сил больше не было. Ракель побежала за сестрой.
Максимилиано, как дикий зверь, сидел в засаде. Какое-то звериное чутье позволяло ему угадывать, в какой части дома или сада может появиться Ракель. Та и сама удивлялась, замечая, с какой неизменностью Макс всегда оказывался рядом.
Так случилось и на этот раз. Максимилиано нервно курил в отдаленной части сада, густо заросшей вечнозеленым цветущим кустарником. Он и сам не знал, что привело его сюда. Хотелось побыть одному после разговора с Антонио. Даже одно воспоминание об этом человеке вызывало в Максе прилив ненависти. Макс с силой сжал кулаки – мы еще посмотрим, кто кого.
Но вдруг чуткие уши Максимилиано уловили отдаленные шаги, голоса. Ракель! Он круто повернулся и замер в ожидании, как зверь, который приготовился к прыжку.
Вот и они. Марта, конечно, в слезах. Дуреха! Нечего ходить с кем попало. За ней Ракель. Макс внезапно появился из кустов и схватил девушку за руку.
– Пусти! – крикнула Ракель. – Разве ты не видишь, она в отчаянии!
– Я все знаю, – хриплым голосом сказал Макс, всматриваясь в это лицо, которое так притягивало и мучило его. – Она задавила человека. Насмерть. И теперь, – Макс схватил Ракель за обе руки, привлек к себе и наклонившись прямо над ее лицом, глухо сказал: – Ты будешь делать все, что я скажу. Игры кончились. Там был свидетель, который все видел. Я заплатил ему за молчание, но ты знаешь…
– Чего ты от меня хочешь? – кричала Ракель, стараясь вырваться из ненавистных объятий. Но руки Макса железным кольцом охватили ее тело.
– Ты меня обманула, Ракель, – зловеще говорил Макс. – Я бы мог простить, если бы ты бросила меня ради кого-то другого. Но он! Только не ради него! И теперь я прошу немногого – всего один раз. Все останется в тайне. Итак, я жду до завтра.
Не видя ничего перед собой, в полном отчаянии Ракель шла к дому. Все здесь были против нее, и все происходило так, как хотел Максимилиане Ей казалось, что он затягивает петлю на ее шее. А Марта? Что скажет Антонио, когда узнает? Отец его любимой – пьяница и скандалист, сестра – убийца. Ему опять предстоят ужасные неприятности из-за них, и когда-нибудь его терпение иссякнет. Подавленная безысходностью и горькими мыслями, Ракель открыла дверь дома, но, едва перешагнув порог, остановилась в нерешительности. В гостиной сидели незнакомые люди. В кресле расположилась красивая девушка с тонкими чертами лица и длинными льняными волосами. Рядом с ней стоял молодой мужчина в белом пиджаке и синих брюках. Кто это? Гости? В полном отчаянии Ракель остановилась – она была совершенно не в силах вести сейчас светскую беседу, вежливо улыбаться, говорить о пустяках.
Антонио, увидев жену, широко улыбнулся и, подойдя к ней, взял за руку. Он представил жене своих друзей – Алехандру Монтеро и Андреса Берналя. Появление Ракель вызвало невероятное изумление Андреса. Он и не знал, что Антонио Ломбардо, этот законченный холостяк, женился. И даже не предупредил своего лучшего друга!
Виктория с удовольствием беседовала с Алехандрой. Ей очень нравилась эта красивая и немного застенчивая девушка. Виктория расспрашивала ее о родителях, о доме, но Алехандра как-то странно запиналась, говорила сбивчиво. Ситуацию прояснил Андрее. Оказывается, Алехандра влюбилась в автогонщика и сбежала из дома. Родители, разумеется, решительно против этого брака, но она твердо стоит на своем. Не зная, как поступить, девушка обратилась к Андресу, своему крестному, чтобы тот помог ей уговорить родителей.