Скандальный развод (СИ)

Я ненадолго зависаю, пытаясь осознать, что мне только что, кажется, отказали.
— Погодите, вы хотите сказать, что Кирилл действительно мог отписать себе мою долю? — спрашиваю с паникой в голосе.
Марк Антонович тяжело вздыхает.
— Я не знаю, что между вами произошло, Марьяна, ведь вы только вчера отыграли свадьбу, но очень советую помириться с мужем. Иначе ты можешь остаться без ничего. Тебе сложно будет найти сумасшедшего, который возьмется за заведомо провальное дело, да еще и с риском нажить себе такого врага, как Субботин. Тебе стоило хорошо изучить человека, которому ты решила довериться.
— Спасибо за совет — хриплю, отключаясь.
Сердце бьется всё быстрее и быстрее. По телу расползается липкий страх. Понятия не имею, с каких пор Кирилл оброс такими связями и влиятельностью.
Поднимаю взгляд на застывшую посреди кухни Миру с теркой в руках.
— Ну? — смотрит на меня вопросительно, ожидая новостей.
— Мне конец, Мира. Он сказал, что никто даже не возьмется за мое дело.
Посоветовал помириться с Кириллом.
Даже просто произносить эти слова страшно. Поверить в них — просто невозможно.
— Давай не будем отчаиваться раньше времени. Я попрошу Рому заняться этим.
Ты ведь знаешь, влияние Багирова в этом городе достаточно сильное, чтобы
смести с твоего пути Кирилла.
  
Глава 4. Вадим
 
— Ну как ты? Освоился на старом-новом месте? — в ответ на вопрос своего непосредственного начальника — Романа Багирова — усмехаюсь и пожимая плечами, вальяжно разваливаюсь в кресле для посетителей в его кабинете.
Запрокидываю голову назад и изучаю потолок.
Мы с РОМОЙ — не только сотрудники, и связывают нас не только отношения субординации, пусть и с недолгим перерывом на мое увольнение. Ещё мы друзья.
И это позволяет чувствовать себя в компании друг друга довольно свободно.
— Я рад, что ты согласился на мое предложение, — произносит Рома, а я снова усмехаюсь.
Знаю, что он рад. Я, если честно, тоже. Увольнялся когда-то в надежде, что это поможет сохранить отношения с почти бывшей женой. Ведь львиная доля её претензий ко мне касалась недостатка времени, которое я ей уделяю.
Но мое увольнение наш брак не спасло.
Теперь я понимаю, что его ничего не спасло бы, но, по крайней мере, я могу не винить себя в том, что не старался.
Зато могу винить в том, что столько сил и нервов потратил на женщину, которая сейчас методично исходит на говно, портя даже память о том хорошем, что нас связывало в прошлом.
Почему так, кто-то знает? Ну не сложилось у нас, почему мы даже разойтись по- человечески не можем?
Я ж не блядовал, не бил, не пил даже. Сейчас вспоминаю, как подстраивался, гибкость включал типа, и тошно.
ВИЖУ, что звонит — воротит. Даже поговорить нормально не можем. А надо же как-то имущество делить. Мое, блин, имущество.
— Ну а кто тебя спасет, если не я? — но Рому своими проблемами я сейчас грузить не хочу. Опускаю голову, смотрю на его светящуюся счастьем рожу и завидую. У него-то всё отлично. Любовь с давно не фиктивной невестой, а настоящей женой.
Семья нормальная.
В ответ на мой вопрос и приподнятую бровь, Рома фыркает.
Это всё шуточки, конечно. вообще мы люди взрослые и в бизнесе давно.
Я возглавляю юридический отдел в крупнейшей девелоперской компании страны.
Рома владеет её контрольным пакетом акций. Идеальное партнерство.
У нас всегда была традиция встречаться раз в неделю-две в его кабинете и крупными мазками очерчивать реальность, в которой находимся. Вот и сегодня так.
А может нет.
Я вижу, что Рома мнется. Первым разговор о делах не заводит. Тянется за ручкой и с полминуты молча крутит её между пальцами. Потом откладывает.
— Что? — с некоторых пор я слишком нервный, чтобы спокойно выдерживать вот такие игры в интригу. Поэтому спрашиваю сам.
— Тут такое дело... — Рома продолжает сомневаться. Хмурится, думает В итоге вздыхает, встает со своего места, складывает руки на груди и начинает:
— Как ты относишься к тому, чтобы отлично подзаработать?
 
Мои брови взлетают вверх. Зарплатой в холдинге Багировых я более чем доволен.
Двух жизней не хватит, чтобы спустить всё бабло, которое я тут получаю. Правда это мне. Моей бывшей хватило бы года-двух, думаю.
— Если ты решил заняться чем-то, за что мне потом придется жопу рвать, чтобы тебя не посадили, то сразу нет, Ром. У тебя жена нервная. Она тебя первая грохнет, до суда не дотянешь.
После упоминания жены Рома вздыхает. Смотрит в сторону. потом на меня:
— Вот о ней как раз и хотел поговорить.
Ход его мыслей удивляет всё сильнее и сильнее. Я жду.
— Помнишь её подругу?
В ответ на вопрос шефа пожимаю плечами. Только подруг Миры я еще не запоминал.
— Марьяну.
Но услышав имя, кривлюсь.
О, да. эту помню. К своему пиздец огромному сожалению.
— Она загрызла в парке владельца какой-то собаки, рискнувшей не так посмотреть на её любвеобильную Лею, и теперь её нужно вытащить из тюрьмы? Если да — я против. Пусть сидит.
Рома на мой вопрос не отвечает, только мрачнеет. Но мы оба прекрасно знаем, что имя этой девицы при мне лучше не упоминать.
Как то раз я оставил своего пса на попечение Роме. Закончилось всё плохо. Мой Марсель запрыгнул на мальтипу идиотки, которая только и мечтала, как случит её с каким-то забугорным пуделем.
И пусть я горжусь тем, что мой Марсель — бесспорный победитель этой эволюционной гонки, но истерики этой... М-м-м... Марьяны доставили мне немало проблем.
А ещё благодаря ей я убедился, что моя почти бывшая жена — не какой-то исключительный экземпляр, на который я нарвался из за невезения. Нет. К сожалению, адекватная женщина — вот что редкость.
— У нее проблема, Вадим. Настоящая большая проблема
— Хотя бы один повод для радости. А то что ни день — дерьмо.
Роме не нравится мой сарказм, но я не могу проникнуться состраданием к этой Марьяне.
Обидно, что в комплекте с такой красотой, а зараза ведь правда красивая, идет такой дрянной характер.
— Ну чтобы ты порадовался ещё сильнее, слушай внимательно, — Рома, конечно же, не разделяет мое настроение, но подыгрывает. Слишком хочет донести какую-то информацию до меня. Она доверила управление своими акциями в фирме погибшего отца жениху .Подписывала бумажки, не особо глядя. Замуж же выходила. Доверие. Любовь.
— Ага... — Не сдерживаюсь. Хмыкаю. Я тоже, кода женился, думал, что это всё не чушь.
— В итоге застала его в какой-то подсобке на праздновании свадьбы. Он без штанов, любовница на коленях. Сам понимаешь, картина маслом.
Тянусь ко рту кулаком и вроде как кашляю, скрывая смешок.
Если представить — ситуация-дрянь. Но как же тут не думать о прилете кармических бумерангов?
Хотя измена — это за гранью. Тут я даже над бесячей Марьяной потешаться не стал бы. Предательства не заслуживает ни один человек, если сам он — не предатель.
— Ну и зачем мне вся эта бесценная информация? — спрашиваю, уже, в принципе, понимая, к чему Рома ведет. А ещё прекрасно зная: я не возьмусь. Ни за какие деньги.
— Мира взяла с меня клятву, что я помогу.
— Отлично, помогай. Держу за вас кулаки.
Вжимаюсь ладонями в поручни кресла и собираюсь встать. Хорошо поболтали, конечно, но я лучше поработаю.
Торможу, услышав Ромино:
— стой.
Снова встречаюсь с ним взглядами и приподнимаю бровь. Заставить он меня не сможет. А просить... Ну, правда, бессмысленно.
— Ты — лучший из лучших. Да и дело это... Даже я, хоть не юрист, понял, что сложное и интересное.
— А сутки у меня резиновые, Ром? — на самом деле, мне сейчас особо нечем заниматься, кроме работы. От баб устал. К футболу апатия. На работе хоть переключаюсь. Но за дело этой Марьяны всё равно не возьмусь.
— Там миллиарды, Вадим... Ты фамилию её знаешь? Минаева.
Ясно. Доча заоблачно богатого папашки. Это многое объясняет Принцесса не привыкла к отказам. И что жизнь чуть сложнее, чем моментальное исполнение её хотелок, тоже. Но чьи это проблемы? Правильно. Не мои.