Скандальный развод (СИ)

Я очень скучаю по своей малышке и по-настоящему волнуюсь за её щенков.
Надеюсь, Вадим успеет что-то придумать прежде, чем сними случится беда.
Вспоминаю об этом наглеце и тяжело вздыхаю, делая шаг вперед в очереди. От безделья я начинаю присматриваться к людям, но быстро снова опускаю взгляд на мобильный, потому что словно зная о том, что сейчас я бездельничаю, меня набирает Мира.
— Алло, как у тебя дела? — Когда мой кризис кончится, я обязательно сделаю подруге какой-то невероятный подарок Её помощь и забота вот сейчас — бесценны.
— Если честно... Ужасно... — А еще я благодарна, что у меня есть человек, с которым я могу быть хотя бы отчасти искренней.
— Что случилось? — Мира напрягается, а я прерывисто вздыхаю.
— это все Вадим, Мира! Этот невыносимый мужлан! — Произношу громче, чем собиралась. Тут же пытаюсь взять себя в руки.
— Что у вас опять произошло? — Я хмурюсь из-за «опять» подруги, но продолжаю надеяться, что они с Ромой не знают, что мы переспали. Для всех мы должны продолжать оставаться врагами в режиме перемирия.
— Этот Фантазер решил, что возьмет у меня оплату ужинами, Мира.. — Я признаюсь и делаю многозначительную паузу. А еще шаг ближе к витрине.
— То есть, ужинами? Он будет приглашать тебя в рестораны? — к сожалению, разделить веселья Миры не могу, хотя сама она звенит колокольчиком и посмеивается. С завистью думаю о том, что она скорее всего сегодня выспалась, а еще у нее наверняка был приятный секс.
Мысли свернули не туда. Чтобы не думать о сексе с Вадимом и избавиться от чувства тяжести внизу живота, прокашливаюсь и распрямляю плечи.
— Да конечно, Мира._ От него дождешься. — Я сама не знаю, зачем принижаю мужские качества Вадима в разговоре с подругой. Уверена, с интересующими его женщинами Титов ведет себя очень галантно. Вспомнить хотя бы как он вел себя со мной в ту ночь Хотя черт. Мне нельзя об этом вспоминать!
— Что за пауза, Марьян? Не томи!
— Он потребовал, чтобы я готовила ему ужин каждый вечер, Мира! Каждый чертов вечер! Ты представляешь?!
Я снова повышаю голос, а подруга в трубке недолго молчит Потом же — разражается искренним смехом.
— О господи! Ты и готовка? Он что, решил попрощаться с жизнью?
Такая «высокая» оценка моих кулинарных способностей немного обижает, но ответить мне нечего. У меня к Вадиму тот же вопрос.
— Чтобы он дожил хотя бы до победы в моем деле, вчера я заказала в прекрасном месте человеческую вкусную еду! Накрыла стол, съездила за вином.
— звучит так, будто ты хотела его закадрить.
Мира кокетливо комментирует а я заливаюсь краской и отвечаю торопливое:
— Боже, нет Нет Никогда! Он мне не нужен! Я ничего общего не хочу с ним иметь!
Пусть он просто сделает свою работу, я заплачу ему сколько скажет, и в жизни больше не хочу с ним пересекаться! Он слишком... — Запинаюсь, прикусив язык.
На самом деле, он слишком меня волнует. Я слишком много о нем думаю и к нему чувствую, но об этом никто не узнает — Он слишком навязчивый. И слишком вспыльчивый. И абсолютно не воспитанный.
— ладно-ладно, хватит... Я поняла, — Мира со смехом тормозит меня, а я чувствую горечь из-за лицемерия собственных слов. Отчасти это все правда, но только отчасти.
— Я накрыла стол, он явился с работы. Мы сели ужинать, а потом... Вадим увидел, коробки из ресторана. Вспылил, сорвался, ушел, хлопнув дверью. Потребовал, чтобы сегодня я приготовила ему ужин лично.
Это вообще не смешно, вот сейчас я снова злюсь и борюсь с новым приступом желания написать Титову, что за ужином он может сгонять к своей бывшей жене, заодно собаку выгулять. Но Мира опять смеется.
— Я из-за него ни черта не выспалась.. — Бубню, как ворчливая старуха. Сама же себе не нравлюсь, но от Миры получаю не осуждение, а сочувствие:
— НУ ничего, моя дорогая. Поверь, тебе достаточно раз продемонстрировать ему свои реальные кулинарные способности и он сам откажется от идеи.
— Мира! — Из уст подруги это звучит одновременно унизительно и правдиво. Я тихонько пищу и даже ногой топаю. — На самом деле я начинаю понимать почему его жена решила развестись с ним. Это же просто невозможно! — завожусь я с новой силой.
 
— Все будет хорошо, Марьяш. Воспринимай это легче. Как вызов. А вдруг тебе не хватало именно вот такого импульса, чтобы научиться готовить, как богиня.
— Я боюсь, скорее Титов умрет от интоксикации. Кстати, может приготовить ему сегодня рыбу фугу?
Уже представляю его лицо, когда с помпой сниму с блюда колпак и торжественно сообщу, что ужин может стоить ему жизни.
Он мне не поверит конечно, слишком образован, чтобы не понимать, что эту рыбу я нигде бы не достала, но есть все равно вряд ли рискнет.
— Ладно, не вредничай, Марьяна. Исполни маленькую прихоть мужчины. Ты же знаешь, сытый зверь с радостью совершит подвиг ради.
— Слава богу, свои подвиги он будет совершать для какой-то другой дамы. Или дам.. — Думаю об этом и снова становится грустно. Лучше не гадать, был ли он с кем-то уже после меня.
За разговором с Мирой я почти достигаю своей цели. Теперь стою совсем близко к витрине. Передо мной в очереди всего двое человек.
Рот наполняется слюной от вида аппетитных десертов. Легкие заполнены запахом самой вкусной в мире сдобы.
Я уже почти чувствую, как на языке хрустит мой любимый круассан. Вижу, что на витрине он остался один.
Кажется, я счастливица. Если его не купят эти двое передо мной.
— Какие у тебя планы на день?
— Сейчас возьму себе кофе, миндальный круассан. Поеду в цветочный. Там поработаю. Если у тебя свободный обед.
— Да, в обед я свободна, мы можем встретиться.
— Флэт-вайт, пожалуйста, и один миндальный круассан.. Последний, да?
От звука этого голоса у меня по рукам бегут мурашки.
Я будто частично глохну. Не слышу, что продолжает говорить Мира.
Отрываю взгляд от витрины, перевожу его в сторону и холодею. Рука с мобильным непроизвольно опускается.
Через одного человека передо мной всё это время стоят Вадим. Вот черт.
Меня в холодный пот бросает от мысли, что он всё слышал.
— Последний, вам повезло. Миндальные сегодня быстро разобрали. Следующая партия будет не раньше, чем через час.
Улыбчивая девушка на кассе изо всех сил пытается выслужиться перед Вадимом.
Говорит много, зачем-то выпячивая свою и без того заметную грудь.
Он отвечает что-то негромко. Берет в руки крафтовый пакет и картонный стаканчик.
Поворачивается и смотрит честно на меня. Почему-то замершую.
Я могла бы продолжать себя убеждать, что такого, как Титов, разговоры за спиной в очереди не интересуют, но по взгляду вижу — он всё слышал.
Разделявший нас человек — как на зло высокий грузный мужчина — подходит к кассе, а Вадим огибает его и останавливается рядом со мной:
— Это был мой круассан. Ты специально его взял? — По-глупому верю, что лучшая защита — это нападение. А еще бесконечно злюсь на свою болтливость. Сейчас хочется язык себе откусить, но поздно.
Вадим смотрит на меня сверху-вниз, хмыкает снисходительно:
— Ты хотела миндальный? — мужчина приподнимает бровь, откровенно глумясь. —сожалею. Тебе остается разве что пожелать мне приятного аппетита и смириться, что в жизни не всегда получаешь, что хочешь. Иногда довольствуешься тем, что осталось.
Я снимаю тубы и смотрю на него, излучая через глаза собственное негодование.
Возможно, сейчас куда мудрее было бы затолкать раздражение поглубже и извиниться.
Просто. Извиниться. Но я не могу.
— Приятного аппетита, — произношу так, словно от всего сердца желаю подавиться.
Вадим на это отвечает улыбкой:
— Насчет ужина — постарайся, Маръяна. Если мне не понравится — ты рискуешь оказаться без адвоката. Я, знаешь ли, не буду тратить свое время на человека, который не способен отблагодарить за работу по заслуг. И можешь не благодарить, но сегодня вечером у тебя выходной. Я нашел занятие поинтересней.