Скандальный развод (СИ)

Он пролистывает страницу за страницей. Иногда хмурится, но ничего не говорит.
— Я нашла у себя нотариальную копию доверенности на Субботина. Ты можешь сам убедиться — полномочий по распоряжению в ней нет.
Это тупо, но мне важно оправдаться перед Вадимом. Правда он никак особенно не реагирует на мое замечание. Просто кивает и продолжает просматривать.
— И ты уверена, что больше ничего в его пользу не подписывала? — закончив.
Вадим складывает руки на моих бумагах и поднимает взгляд на меня.
Внимательный и цепкий.
Я ни в чем перед ним не виновата, а всё равно чувствую себя неуютно.
— Абсолютно.
Отвечаю максимально правдиво, но не получаю в ответ кивок и не чувствую облегчения.
Вадим продолжает смотреть пристально, немного глаза сужает:
— А если честно?
— В смысле?
— Давай начистоту Марьяна. С каждым новым клиентом мы проходим один и тот же путь — сначала мне рассказывают прилизанную историю о том, как мошенники развели кристально честного человека. Потом начинаю разбираться — возникают вопросы. Задаю их — с ответами не клеится. Мы идем в суд, и уже там всплывает самое интересное. Линию защиты приходится менять на ходу. Это снижает шансы на победу. Чтобы эффективно защищать, мне нужно точно знать, что именно собирался и сделал мой клиент. Передо мной не нужно пытаться казаться безупречной, просто обманутой. Если ты сглупила и подписала что-то еще.
— Я не подписывала! - произношу громче, чем хотела. Но это все из-за переизбытка чувств. Меня даже потряхивать начинает. Ужасно элит, что Вадим мне не верит.
Ужасно просто.
— Ты могла забыть? Подписать, не глядя?
— Нет — мотаю головой, отвечая уверено.
Мое дыхание учащается. Кулаки сжимаются. Обида сжимает горло. Я не безупречна, конечно. Но и не полная дура с набитой опилками головой.
Да, я не готова была взять на себя управление огромным бизнесом. Я просто не вытянула бы это. Слишком мало опыта. Я не хотела подставлять людей. Это же дикая ответственность. Сотни рабочих мест. Но я не тупая идиотка!
— Может когда была чуть пьяной?
— Боже, нет Вадим! Нет! — жмурюсь и опять мотаю головой. Ужасно от мысли, какой образ сложился в его голове.
Хотя чему здесь удивляться? Он знает меня как взбалмошную девицу, которая устроила ему взбучку за внеплановую случку собак и радостно прыгнула с ним в койку после пары коктейлей.
Только я прыгнула не из-за коктейлей, а из-за него.
Делаю несколько глубоких вдохов, заталкиваю нахлынувшие чувства поглубже и возвращаю самообладание. Смотрю на Вадима, говорю негромко и убежденно:
- Я не подписывала ни одного документа, который позволил бы Кириллу
распоряжаться моими акциями.
Он не спешит отвечать. Блуждает взглядом по моему лицу. В итоге же прикрывает глаза и кивает.
— Хорошо, я тебя услышал. Значит исходим из этого.
— Спасибо.
Его не за что благодарить, но я не сдерживаюсь. А он легонько улыбается.
— Документы я отсканирую и верну. Не переживай, сделаю всё лично. Насчет нашей тактики, то если я не ошибаюсь, в следующий четверг у вас собрание акционеров?
— да,
— Нам нужно будет туда поехать. Зафиксировать факт.
— Какой? — я ещё не готова к встрече с Кириллом. Боюсь её. Но Вадим, кажется, об этом не спрашивает.
— Твоего не допуска на собрание, Марьяна.
Его ответ ошеломляет. У меня увеличиваются глаза, учащается дыхание. Боже, как? Как такое возможно?
— В смысле?
Вадим вздыхает, встает из-за стола, смотрит уже сверху.
— Скорее всего тебя даже через охрану в здание не пропустят, Марьяна. Это рейдерский за хват бизнеса, ты еще не поняла? Мы приедем. Начнется суета.
Полицию вызовем мы или они — посмотрим. Нам никто никаких документов не покажет. Полиции должны будут после этого ты напишешь заявление о совершении преступление и подпишешь для меня согласие на разглашение твоих персональных данных. Я сделаю адвокатский запрос к депозитарию об основаниях передачи твоих акций. Дальше готовим иск в суд.
Я слушаю, киваю, а у самой голова взрывается и сердце бьется, как сумасшедшее.
 
Я должна бы радоваться, что у Вадима есть видение, но это так пугает.
Я точно готова к борьбе или просто не понимала, что такое настоящая борьба?
— Поэтому если ты хочешь ещё что-то мне сказать, я готов послушать.
На что намекает Вадим, я осознаю.
Сейчас самое время признаться, что я сама облажалась, но я перевожу голову из стороны в сторону:
— Я не передавала Кириллу ничего добровольно.
— Хорошо, тогда.
Договорить Вадим не успевает. В его кабинет снова стучатся, а потом открывают дверь, не дождавшись разрешения.
Это улыбчивая девушка с фотоаппаратом. Она так смотрит на Вадима, что я вдруг чувствую укол ревности.
— Вадим Александрович! Вы от меня не убежите! Я вас поймала!
У меня глаза ползут на лоб от её наглости. Перевожу взгляд на Вадима, вижу, что он хмурится.
— Давай не сейчас, Алин.
В голове сразу мысль, что их связывает что-то личное. Смотрю на «Алину» по-новому, как на соперницу, Господи, к чему это вообще?
— 0Й, простите, — и тут она замечает меня. Смотрит с такой же улыбкой, как на Вадима. Прижимает руку к груди и чуть склоняется. — Простите, я — Алина. Мне Роман Миронович поручил обновить фотографии на сайте. Я охочусь за Вадимом Апександровичем уже месяц. Но его попробуй поймай! Это недолго. Буквально пять минут.. Уступите его мне?
Я в восторге от напора девочки, конечно. Вадима она уже не спрашивает. Только меня.
Я же скашиваю взгляд на насупившегося Титова, сама почему-то улыбаюсь. По нему видно, что он не хочет фотографироваться. И я могла бы его спасти, но спасти мне хочется девушку.
— Конечно!
Поэтому я взмахиваю рукой, позволяя. А потом поднимаюсь с кресла посетителя и отхожу немного в сторону.
— Боже, спасибо вам! Видите, Вадим Александрович, какие у нас замечательные партнеры.
— Не то слово.
Он бурчит но не протестует.
— Сядьте, пожалуйста, за стол. Я быстренько вас пощелкаю и все.
Девушка подносит фотоаппарат к лицу и начинает настраивать фокус и кадр.
Вадим садится.
Сейчас он кажется мне деревянным. Совершенно не горит желанием фотографироваться. А я вспоминаю, как мы танцевали с ним, и снова улыбаюсь.
В груди теплеет.
Никогда не думала, что мне придется увидеть Вадима в неловкой ситуации. Но это так трогательно. Даже издеваться не хочется.
— Положите руку на стол, пожалуйста, Вадим Александрович. И улыбнитесь.
— Алина..
Пусть Вадим выражает недовольство обращаясь предупредительно, но слушается.
Только продолжает казаться дровосеком. Улыбка натянута. Поза ненатуральна.
Морщится после каждой вспышки. Ещё и галстук чуть съехал.
— Встань на секундочку!
Не выдерживаю. Прошу громко, а потом обхожу стол. Вадим бесконечно рад возможности хотя бы на паузу поставить свою экзекуцию. Поэтому подскакивает навстречу без вопросов.
Я подхожу уверено, а вот оказавшись совсем близко, волнуюсь. Сглатываю.
Узел его галстука четко напротив моего лица. Я тянусь к нему подрагивающими пальцами.
Чувствую, как на талию зачем-то ложится мужская рука. Кажется, это рефлекс.
— Расслабьтесь, Вадим Александрович. — Чтобы скрыть собственное волнение, подразниваю его шепотом, запрокинув голову.
Улыбаюсь лукаво, подмигиваю.
Он в ответ только губы сильнее сжимает.
- Я тебе в четверг обязательно тоже посоветую расслабиться.
Вадим говорит гадость, и только когда видит, что я возмущена, усмехается уже по-живому.
— Кода ты мне звонил, почему дышал так тяжело? — его близость действует на меня опьяняюще. Сидя в кресле напротив ни за что этот вопрос не задала бы. А сейчас нет сил сдержаться.
— В футбол играл, Марьян. Это у тебя в голове все только и делают, что трахаются.