Посвященные в любовь... (СИ)
Иван сожалел, что Сашка не поехал с ними. Он боялся оставить Лию одну. Ей рожать через неделю.
День выдался солнечным и на редкость теплым. Первым делом они побывали на смотровой площадке башни Олафа. Затем попали на рыцарский турнир. И Нил тут же заявил, что хочет стать рыцарем.
Все долго смеялись, когда Иван рассказал о «лекции» Нила в музее кукол. А Арс удивился, как уверенно ведут себя мальчишки Ивана и Маши. То, как они объяснили разницу между куклой и игрушкой, дорогого стоит. С Даником надо чаще заниматься. Учить его уверенности в себе.
Арс неожиданно поймал себя на том, что, засмотревшись на Машу, почувствовал пристальный взгляд Ивана. И увидел красноречивый жест Горского, который провел по шее большим пальцем от уха до уха. Арсу ничего больше не оставалось как поднять обе руки вверх. Оба расхохотались. Но Арс ясно понял: Иван его предупредил.
— ПапМик, папМик! — все обернулись на крик Нила, который в толпе народа углядел Мику.
И Мика мгновенно отреагировал на крик малыша Нила. Подхватив его на руки, он подошел к своим.
— Интересное кино, каким это ветром вас всех сюда занесло?
— Мы с детьми приехали отдохнуть, — ответил Римас. — А ты сам как здесь нарисовался?
— Да я, пап, в жюри фестиваля джазовой песни. Слушайте, давайте вместе пообедаем? Я знаю хорошее кафе. Приглашаю.
— Привет, Мика, — подошла Мия с тезкой на руках.
— Привет! С окончанием школы, тебя, красавица, — обнял девушку Мика и поцеловал ее в лоб. Подарок за мной. И лицо Мии вспыхнуло румянцем.
— Они были бы красивой парой, — тихо шепнула Маша на ухо мужу. А он тут же обнял ее и поцеловал в шею.
После кафе пошли к гончарам. Было здорово повозиться с глиной и сотворить свой шедевр. Лучшими оказались Маша и Арс. Их глиняные горшки получились самыми красивыми. И они оставили их организаторам конкурса.
Мужчины постреляли в тире от души. Сашенька упросил отца дать ему тоже пострелять. То, что сын попадет в мишень, Маша не сомневалась. Но то, что выбьет десятку, никто не ожидал. А Иван не сомневался. Он тихо настраивал сына на выстрел и тот отца не подвел.
Малыш так гордился призом — маленьким зайцем, который ему вручили. Нил и Миюшка радовались успеху брата. И Сашенька подарил зайца сестре.
Маша с Верой не собирались стрелять. Но когда мужчины забылись и расхвастались, женщины утерли им нос: на растоянии 10 метров Вера и Маша влупили из пневматики все 10 пулек точно в цель! И стали абсолютными победителями турнира, заработав по огромному медведю. Маша свой приз отдала детям, а Вера — внуку Данику. Дети были счастливы: таких медведей больше ни у кого не было.
Давай дадим ей еще один шанс
Арс познакомился с симпатичной девушкой. Он что-то ей рассказывал, а она смеялась. Потом Арс купил ей красивый букет и добавил номер ее телефона. Но свой не дал. Сказал, что позвонит.
Это был очень хороший день.
Если с утра в машине Ивана было весело и не смолкали песенки, стихи и детский смех, то возвращались домой в тишине.
Вера с Машей о чем-то тихо разговаривали. А Римас прокручивал день в памяти. Больше всех он думал о старшем сыне. Девушка, с которой он познакомился, оставила неплохое впечатление. Но вот та, которая уселась неожиданно в его машину, вызвала недоумение.
— Не вздумай тащить ее в дом, — написал он сыну. Но тот не ответил.
На развилке Мия и Марк попросили Арса остановить машину. Сказали, что останутся у деда.
В понедельник Мия с братом решили наведаться домой. Они тихо вошли в квартиру. Слава Ивану Горскому, который поставил электронный замок! Они удачно записали на телефон откровенный разговор этой… курицы с подругой и отправили его отцу.
Через полчаса подъехал Арс и стал свидетелем того, как Наташа, так ее звали, оскорбляет его детей.
— Быстро собралась и исчезла навсегда. Стоять! Сумочку на стол!
— Мия, это же твоя сумочка Hermès Kelly! Я сам выбирал ее тебе в Берне.
Он схватил сумочку и вывалил ее содержимое на стол. Там были украшения Мии и его золотые запонки.
— Простите меня, мои родные. Это была минутная слабость. Больше такого не повторится, — сказал Арс после того, как вышвырнул эту Наташу.
— Да ладно, пап, мы же все понимаем. Та девушка, которой ты купил цветы, вроде бы ничего так.
— Больше никаких девушек! У меня есть вы.
— Пап, а ты маму еще хоть чуть-чуть любишь? — неожиданно спросил Марк.
— Да.
— Она звонила мне. Спрашивала, как ты, как все остальные. Пап, у нее голос был другой. Такой, какой был раньше, добрый и ласковый. И еще она просила прощения и плакала. Сказала, что продала все свои картины. Только оставила одну, твою любимую. Она ее ни за какие деньги не продаст никогда. И сейчас проходит лечение в другой клинике. Ее скоро выпишут.
— Я рад за нее.
— Пап, давай дадим ей еще один шанс, — сказала Мия. Она же наша мама. Пусть ошиблась, но не забыла нас. Тан говорит, что ездит к ней раз в месяц. Она изменилась. Стала очень красивая и родная.
— Марк, Мия, давайте не будем больше говорить на эту тему.
— Пап, я взрослый, школу заканчиваю. И я хочу видеть маму, а не съемных шлюх, которых ты приводил иногда ночью.
— Всего два раза. Черт! Ты как с отцом разговариваешь! Я на работу. Ужин за вами!
Работать он уже не мог. Все время думал о том, что сказал сын. Совещание отменил. Вспоминал, как они были счастливы с Теей, как радовались рождению детей. И секс у них был охрененный всегда…
Сам не понял, как набрал ее номер телефона. Растерялся, когда услышал ее тихий голос.
— Арс? Неужели это ты?
— Да, я.
— Арс, не молчи. Скажи еще что-нибудь. Я так давно не слышала твой голос.
— Как ты живешь, Тея?
— Арс, я сама хотела тебе позвонить. Я хочу сказать тебе, что на днях я сдала экзамен и все анализы. Я лечилась в бесплатной клинике. У меня на руках документы, что я абсолютно здорова. И я… не была наркоманкой никогда. В меня вживили чип, который выглядел как татушка.
— Как такое могло случиться?
— После массажа я почему-то всегда проваливалась в глубокий сон на час, а то и на два.
— Арс, ты слышаешь меня? Не вешай, пожалуйста, трубку. Дай мне еще минуту. Я хочу тебе объяснить, что разрушило нашу семью. Через встроенный чип мной управляли, манипулировали, как марионеткой. Потому я выглядела, как безумная наркоманка.
Я случайно встретилась в клинике Берлина с медсестрой, работавшей у Федора Кострова. Князев, Лавров и Косторов открыли этот кабинет, чтобы под видом тейпирования наживаться на людях, привлеченных рекламой. Они принимали только состоятельных людей. И воздействовали на них двумя способами: через таблетки и через чипирование.
Меня под наркозом чипировали. Я даже не знала, когда и как. Таблетки у них были двух видов: одни содержали наркотики, другие были пустышками. Подсевшие на наркотики не могли жить без таблеток. И если по какой-то причине не получали их вовремя, то падали замертво. Такие же как я (нас, оказывается, было всего пять человек) тоже думали, что таблетки помогают. Но оказывается мы были подопытными кроликами и на нас проверяли возможности манипуляций.
Узнав о том, что происходит в этом кабинете, медсестра уволилась. И уехала к родственникам в Германию.
У меня был очень хороший врач, который позволил себе усомниться в правильности лечения в швейцарской клинике. Улучшение наступило там только потому, что я была далеко от своих мучителей.
— Арс, помнишь, когда мы вернулись домой, все ведь было хорошо. А потом я случайно увидела Лаврова. И он меня увидел. Я даже не разговаривала с ним. А к вечеру началось. Что-то похожее на ломку. А через день я уже не понимала, что делала. Сейчас, когда чип удален, мной никто не сможет управлять.
— Арс, я прошу тебя, позволь мне увидеть детей. Я буду разговаривать с ними в твоем присутствии. Я так скучаю по ним.
— А по мне ты скучала?
— Арс, я по тебе не скучала. Я… я по тебе умирала и умираю каждую ночь. Я сейчас в городе. У меня готовится новая выставка. Я много работала. Послала работы на конкурс. Выиграла грант.