Новый мир: Университет (СИ)

Несмотря на свои слова, рвущегося демона Андер обошёл по широкой дуге, приблизившись к девушке. Та, имея возможность лишь безвольно наблюдать за происходящим, испытала самый настоящий животный ужас, увидев во взгляде присевшего перед ней демонолога скорую и явно мучительную смерть.
— Что, ведьма… наигралась? — в его голосе подрагивало плохо скрываемое бешенство. — Мало было прийти сюда… шляться здесь, маячить перед глазами, флиртовать с этими сосунками ничтожными…
Слова превратились в неразборчивое бормотание, сходя на нет, а затем мужчина вновь сжал в руках лицо Агнессы, заставив её смотреть себе в глаза:
— Ты всегда любила ходить по грани, по самому тонкому лезвию, — теперь, как ни странно, он звучал горько и даже нежно. — Но рано или поздно подобные фортели заканчиваются плачевно.
Будто стальной обруч, пальцы Андера сомкнулись на её шее.
Девушка судорожно всхлипнула и, ощущая бегущие по лицу слёзы и не имея возможности ни утереть их, ни унять, зажмурилась.
Рёв Мельхиора, гремящий и вибрирующий, множащийся гулким эхом под высоким сводом, внезапно прервался — словно в единый миг обрубили все звуки.
Агнесса, ощутив, как мерзкое бессилие покидает её, встрепенулась, судорожным движением рванувшись прочь от профессора, что от неожиданности разжал руки и оглянулся с необычайно глупым видом.
Демон разрывал нити. Не по одной, и даже не десятками — каждое его движение заставляло лопаться их с почти слышимым звоном, словно хрустальные струны, а в пламенеющих глазах плескалась такая ярость, что, кажется, сам воздух мог воспламениться.
— Жалкий…
Дзынь!
— Ничтожный…
Дз-з-зынь!..
— Смертный!!!
Андер смертельно побледнел, касаясь ладонями погасших линий сигила:
— Не может быть… — прошептал он помертвевшими губами.
Мельхиор развернулся к ним уже всем корпусом, и на чудовищном его лице расплылась жуткая предвкушающая ухмылка:
— Я тебе не просто кишки вырву… я тебя по всему Загранью распылю. Ты будешь сдыхать медленно и мучительно…
— Нет! — отчаянно закричала Агнесса, успевшая отползти на кажущееся ей безопасным расстояние от демонолога. — Нельзя, Мельхиор!
Демон, застыв на мгновение, перевёл на неё взгляд, исполненный укоризны, и удивительно человеческим жестом пожал плечами:
— Ладно. Пускай быстро, — и прежде, чем девушка успела сказать хоть слово — щёлкнул пальцами.
От грохота заложило уши, и Агнесса прижала к ним ладони, съёживаясь в комочек. Пол и стены задрожали, не в силах поглотить или отразить высвобожденную мощь, и ей почудилось, что сам Университет застонал от боли.
Чёрная пыль, пепел, какие-то искры и протяжный вой заполнили всё вокруг. Жар и холод вспышками сменяли друг друга, а растрепавшиеся волосы рвал невесть откуда взявшийся ураганный ветер, и Агнесса уже успела решить, что тут-то придёт конец и ей, как всё в одночасье стихло.
— Ну и ну… вот это шум!
В сухом голосе отчётливо прозвучали насмешливые нотки, и когда девушка осмелилась выглянуть из-под ладоней — то, разумеется, увидела знакомую «серую» фигуру ректора, стоящего чуть поодаль от собравшихся.
Андер, к немалому её удивлению, был цел и невредим. Стоя на коленях, вцепившись скрюченными пальцами в пол, он бездумно раскачивался из стороны в сторону, и из его рта вырывались бессвязные обрывки слов: «не может быть, не может… нет, невозможно!».
— Ты — как всегда. Всё веселье портишь, — неприязненно буркнул Мельхиор, раздражённо глядя на крошечного в сравнении с ним «клерка».
Виконта. Бога.
Тот равнодушно пожал плечами, окидывая полуразрушенный лекторий преувеличенно внимательным взглядом:
— Не в моих правилах допускать смертоубийство в стенах, что принадлежат мне же.
— Только не начинай корчить из себя непричастного! — рыкнул демон, угрожающе нависнув над ним. — Ты же нарочно девчонке всё рассказал, чтобы натравить её на этого недоноска!
— Истории прошлого — крайне поучительны, и мудрые люди умеют учиться на чужих ошибках, чтобы в дальнейшем избегать подобных происшествий, — ректор, начисто проигнорировав Мельхиора, обошёл его и остановился перед дрожащей Агнессой. — Мисс Баллирано, с вами всё в порядке? Вам нужна медицинская помощь?
 
Девушка испуганно моргнула, услышав в учтивых интонациях Виконта непонятную ей вкрадчивость:
— Я… — она инстинктивно накрыла горло ладонью, кашлянув вновь. — Со мной всё в порядке. Мне не нужна помощь, господин ректор. Я ничего не понимаю, извините…
Случившееся никак не хотело укладываться в её голове, размываясь и рассеиваясь обрывками слов, криков и угроз. Вот она приходит извиниться, а вот — Андер пытается её задушить… Мельхиор рвётся наружу, презрев все ограничения — и попадает в ловушку!
— Ты не мог вырваться! — взрезал воздух громкий, почти истеричный выкрик демонолога.
Агнесса, вздрогнув, перевела взгляд на того, обнаружив, что Андер успел встать на ноги и теперь с непонятным возмущением указывал пальцем на Мельхиора:
— Ты, отродье, был здесь, — широким жестом он обвёл помещение. — В этих глифах — твоё Имя, до последнего слога! Нет той силы, что позволила бы тебе вырваться из оков Имени!
С этими словами Андер с каким-то нервозным вызовом покосился на ректора:
— Это даже не в твоей власти…
Глава Университета и Мельхиор синхронно переглянулись, видимо, обменявшись неслышными для простых смертных мыслями, после чего демон истаял в воздухе уже знакомой Агнессе чёрно-бордовой дымкой.
— Я не мог ошибиться, а он — отринуть влияние Имени! — с каким-то отупелым упорством твердил Андер, болезненно морщась и растирая грудь левой рукой.
Девушка подумала, что он напоминает ей ребёнка, впервые столкнувшегося с удивительной несправедливостью этого мира — к примеру, когда красивейший алый прутик, торчащий из камина, оказывается злым и кусачим, оставляя на ладошках болезненные ожоги и совсем уже некрасивые чёрные пятна. И с упрямством того же ребёнка он отрицал эту несправедливость, искренне веря в то, что мир немедленно обязан измениться в соответствии с его ожиданиями.
Это выглядело жалко.
— Или же ты, Виллем, всё же не всеведущ, — тяжело, будто камни, упали слова ректора, что стоял, заложив руки за спину, и пристально смотрел на демонолога.
— Демоны не меняются! Ничто не может изменить их Имя! — рявкнул тот, но, наткнувшись на взгляд Виконта, попятился назад, пока не уткнулся спиной в стену.
— Правда? А как же тогда, по-твоему, мы становимся богами? — в голосе Главы проскочила ехидная нотка.
— Он… Он не мог! Он связан! Заперт! Мельгрегаст — бог?! Не может того быть! — взгляд демонолога метался между ректором, кольцом на руке Агнессы, которую он снова принялся подчеркнуто игнорировать, и мёртвыми линиями колоссальной печати.
— Конечно нет, не смеши меня, — ректор сделал небрежный жест рукой. — Однако, ты снова не принял во внимание очевидные вещи, Виллем, и опять… снова — проиграл. Теряешь хватку.
Андер тяжело задышал в отчаянно скрываемом гневе и смог взять себя в руки далеко не сразу.
— Тем не менее! Эти… это отродье снова нанесло безопасности Университета непоправимый урон! Второй из трёх контуров пал. Ещё немного — и мы останемся один на один со всем прочим Заграньем и всеми теми, кто ждет, повязав салфетки, за стенами!
Виконт внимательно слушал, слегка склонив голову на бок. Агнесса не видела лица, но вся его поза выражала терпение.
Демонолог продолжил:
— Господин ректор, я требую устранить… исключить! Этих… эту… — он запнулся. — Этого! Обоих! Вон!
— Мы оказались в столь щекотливой ситуации, профессор Андер, — начал ректор спокойным голосом, с каждым словом делая шаг по направлению к демонологу, пока не оказался прямо рядом с ним. Он был почти на голову ниже Андера, но сейчас, казалось, нависал над ним не хуже, чем несколькими минутами ранее — гигантский демон. — Потому что вы, вместо восстановления первого контура, все это время, руководствуясь старыми обидами, жаждой мести и неудовлетворенным либидо, строили эту печать.