Ребёнок от звёздного мальчика (СИ)

– Сплетни желтой прессы! Просто тот трейлер, что вы видели – всего лишь игра. Я уважаю Ника, у нас прекрасные дружеские отношения. Я часто бываю в доме у Звездных. Прекрасно общаюсь с их сыном – Даней. А с Агнией – мы близкие подруги. Почти сестры, – она обнимает меня. Я чувствую, как еще чуть-чуть и дым пойдет из ушей. – Ник! – зовет она. – Иди к нам. Сделаем пару фото.
Муж угрюмый. Знает поганец, что стоит только остаться нам вдвоем, я его просто придушу.
Ник встает рядом со мной. Анжи обходит и встает с другой. Нас снимают. Подозреваю, что у нас с мужем лица как у семейки Адамс. Он молча терпит это, я не хочу устраивать скандал. Зато актриса отрывается. И грудью то прижмется и бочком. Создается ощущение, что она перепутала Ника и пилон. А улыбается так, что скоро губы потрескаются, что я ей искренне и от души желаю.
– Простите. Я на минуточку, – еще секунда и для журналюг будет похлеще сенсация, чем соперницы в одинаковых платьях. Я ее оттаскаю за космы. Клянусь! Так пальцы чешутся! И лишь то, что эта выходка может бросить тень на Даню и мою репутацию, останавливает меня. Тогда все скажут, что я неуравновешенная истеричка, обидела невинного ангела. От такой сам Бог велел увести мужа.
– Ая, стой! – за мной бежит Ник. Я зло вколачиваю в красивый паркет шпильки. Не хочу разговаривать, я сейчас не совсем адекватно себя чувствую. Внутри бурлит вулкан, того гляди – взорвусь и спалю все на свете. Ник догоняет меня у самого туалета.
– Огонек… – разворачивает меня лицом к себе и звонкая пощечина тут же прилетает по наглой физиономии.
– Как ты, черт возьми, мог так со мной поступить? Заставить меня надеть то же платье, что и у этой курвы?
– Я этого не делал! Неужели ты думаешь я на такое способен? Зачем тогда было тащить тебя сюда? Чтобы унизить?! Ты моя жена, мать моего ребенка, я тебя очень люблю!
– Тогда как? – и делаю вывод сама. – Она помогала тебе выбирать?
– Нет! Я попросил помощи у Китти. Она посоветовала мне бутик. Мы вместе листали каталог. И когда я увидел его, понял что оно идеально подходит тебе. Твоим красивым глазкам, – комплимент пролетел мимо меня.
– Значит Китти помогла ей. Сказала какое платье ты выбрал мне.
– Бред! Ты в каждом поступке Анжи видишь вселенский заговор.
– Удивительно, что ты так ослеп и ничего не хочешь замечать. Любовь застит глаза?
– Ая, прошу не будем ссориться? Нет у меня никакой любви к ней. Только работа. Хотел привести тебя сюда, чтобы показать всем, что люблю, что у меня семья. Чтобы они все заткнулись. Огонек, – жалостно тянет он, хочет обнять. Я отступаю.
– Не смей меня трогать. Мне надоели твои похотливые взгляды в ее сторону. Даже при мне ты не стесняясь глазел на её сиськи.
– Не было такого! Я просто был в шоке!
– Возможно все так как ты говоришь. Я очень на это рассчитываю, что эту злую шутку устроил не ты. Иначе… нам просто нет смысла продолжать нашу семейную жизнь.
– Что это значит? Ая! – я нырнула в туалет. Оттуда как раз вышла девушка и покосилась на Ника. За мной, в женский туалет, он не рискнул пойти.
Опираясь руками об раковину, опустила голову, тяжело дышала. Я такого позора не испытывала со школьных времен. И эта нахалка еще утверждает, что мы с ней подруги! Гадина!
Впилась в раковину ногтями. Мне так хочется домой. Обнять Данечку, сжечь поганое платье, которое я теперь просто ненавижу. Но я не могу уйти. Я не доставлю ей такого удовольствия.
Значит эта овца объявила мне войну? И это поле битвы. Мне нужно взять себя в руки, погорюю завтра. Необходимо показать, что меня ни капли не задела ее выходка. Я поднимаю взгляд на зеркало. На щеке красуется алый след помады. Стираю поцелуй Иуды, поправляю макияж.
– Ая, пошли домой? – встречает меня Ник.
– Пойдем, – беру его под руку.
– Сейчас я попрощаюсь со всеми.
– Нет. Пойдем веселиться, сниматься. Сделай мне одолжение, – скриплю зубами.
– Какое?
– Не смей глазеть на неё. Сможешь?
– Хорош, Агния! В сто тысячный раз повторяю, не смотрю я на нее!
– Ая, Ник! – встречает нас радостной улыбкой звезда. – Вы где были?
 
– В дамской комнате, – прижимаюсь к Нику и смущенно улыбаюсь. У нее начинает дергаться глаз.
– Вдвоем что ли? – продолжаю широко улыбаться. Догадываюсь о чем она подумала, но не тороплюсь развенчивать ее предположения.
– Прости. Мы пойдем пообщаемся с другими гостями.
Мы с Ником пробуем закуски, общаемся с его коллегами, журналистами. То и дело ловлю на себе хмурый взгляд Анжи. Думала я из-за такой ерунды как платье слезы буду лить? Пожалуй рассчитывала, что я свалю, а она останется с Ником. А вот выкуси! Улыбнувшись этой курице, отсалютовала бокалом шаманского.
В целом, вечер получился довольно интересным. Я получила множество комплиментов и на меня смотрели мужики, сворачивая головы. Зато Ник был не разговорчив, желваки на его лице то и дело играли, особенно, когда кто-то говорил какая красивая у него жена.
Когда я рассказала кем работаю, тут же предлагали устроить фотосессию. Ник извинившись, потащил меня на танцпол.
– Фотосессию ему! Хрена с два! – обняла мужа за шею.
– А что такого? – невинно похлопала ресницами, прекрасно понимая, что он сейчас чувствует.
– А то, что он говорил, и не сводил взгляда с твоего декольте!
– Хм, не заметила.
– Это же очевидно! – да неужели! – А ты еще смеялась его дебильным шуткам.
– И что?
– Меня это бесит! – берет меня за подбородок и угрожающе шепчет:
– Ты моя! Прибью любого, кто попробует к тебе подкатить! – и на глазах у всех целует.
У кого-то явно крыша поехала от ревности.
Поворачиваюсь на шум, это Анжи сбегая, сбила официанта с подносом.
Глава 6
– Папа! Мама! – несется к нам навстречу Даня, стоит только переступить порог. Ник подхватывает его на руки.
– Кто это у нас еще не спит? – целует его в шею.
– Простите, Никита Александрович, – извиняется няня. – Никак не могла уложить. Стоял под окном и караулил вас, – смотрю на часы.
– А между тем, время то совсем недетское. А у нас режим. Завтра в садик.
– Простите, Агния.
– Не волнуйтесь, – говорит Ник, толкая меня в бок. – Я сам уложу.
Он расплачивается с няней, пока я иду снимаю ненавистное платье и выкидываю в мусорное ведро. Из детской раздается смех и радостный визг сына. Классно он его спать укладывает. Иду на разведку.
Ник, задрав пижаму сына, щекочет ему живот, а тот заходится истерическим смехом.
– Кто ж так спать укладывает?
– А как? Колыбельную как ты петь не умею.
– Это год назад Даня под колыбельную засыпал, а теперь мы читаем сказки на ночь, – достаю книжку с полки и передаю ему.
– Ая, – смотрит на нее как на врага народа. – Давай сама. Знаешь же, что я не люблю читать, тем более сказки.
– Ничего, роли свои учишь же. Тем более ты сам вызвался.
Вздохнув, начинает читать. А я ухожу в душ, смываю сегодняшний тяжелый день.
Вспоминаю, как целовал меня у всех на глазах и улыбаюсь. Но тут же все хорошие воспоминания стирает улыбающаяся физиономия моей новоиспечённой «подружки». Да и фиг бы с ней, по большому счету, а вот непоколебимость мужа в чистоте её помыслов, искренне раздражает. Хреново он разбирается в женщинах, не видит какая она на самом деле хитрая и коварная.
Выхожу. В доме подозрительно тихо. Никиты в нашей постели еще нет. Войдя в спальню, вижу картину маслом.
Никита сидя на кресле, запрокинув голову, храпит во все горло, а Даня читает книжку.
– Я не поняла. Кто кого укладывает? – Даня тихонько смеется.
– Папа прочитал одну страницу, а потом сказал, что я сам умею.
– Так все! – забираю книгу. – Давай спать ложись. А мне еще поделку в садик делать, – укрываю сына одеялом и целую в щеку. Красавчик мой. Весь в папу. Чувствую, помотает он мне нервы, когда вырастет. Девчонки толпами бегать будут.