Какого биджуу я теперь волшебник?! (СИ)
Я почувствовал чей-то взгляд и огляделся. В девятом секторе, с противоположной стороны ворот Гриффиндора, сидели преподаватели, я встретился взглядом со Снейпом-сенсеем.
В прошедшую пятницу уже хотел нарваться на отработку, чтобы поговорить с ним, но на зелье из бадьяна, которое должно быстро залечивать раны, у меня не поднялась рука. Более того, убедившись, что «экстракт» сварен почти идеально, кроме полагающегося фиала на проверку, я набрал ещё несколько склянок для своей личной аптечки.
* * *
— Гол! Гриффиндор пополняет счёт! Ай да Анджелина, не только прекрасная девушка, но и отличный охотник! Тридцать очков у Гриффиндора! — радостно объявил чернокожий пацан. Я видел его в гостиной факультета. Рон сообщил, что «это Ли Джордан, приятель Фреда и Джорджа».
Ли Джордан сидел в противоположном нам двенадцатом секторе с видом на центр поля, рядом с ним разместилась МакГонагалл и периодически одёргивала, когда пацан заговаривался. А если судить по комментариям, то этот Ли, вещавший в какой-то магический микрофон, похожий на большой колокольчик, был весьма неравнодушен к этой самой «охотнице Анджелине», забившей уже третий гол слизеринцам.
Вообще квиддич — занимательная игра. В неё играют верхом на мётлах и используют четыре мяча трёх видов: квоффл — им забивают «десятиочковые» голы во вратарские кольца; крошечный золотой «ста пятидесяти очковый» снитч, его должен поймать ловец, чтобы игра закончилась; и два диких бладжера, создающие суматоху и летающие по полю и сами по себе, и от ударов дубинок «загонщиков» — нападая на игроков. Драко уже грезит, что на следующий год пойдёт на отборы в команду факультета. Туда принимают со второго курса. Мне летать на метле тоже понравилось, хотя на уроках полётов нам не разрешали разгоняться. Если выбирать, то я бы хотел стать охотником, в команде их трое — они забивают квоффл. Жаль, что другим игрокам запрещено ловить снитч, если получится. Но при должном умении и скорости охотникам можно накидать довольно много голов, чтобы даже перевес команды соперников в сто пятьдесят очков при поимке снитча их ловцом был неважным. Пока наблюдал за игрой, то созрело несколько комбинаций, которые можно было бы провернуть на поле.
Внезапно прямо в нашу трибуну полетел бладжер. Показалось, что мяч целил в меня, тем более его траектория поменялась вопреки удару дубинки загонщика Слизерина, отправившего бладжер в сторону Анджелины Джонсон.
— Осторожней! — оттолкнул я Драко и Невилла от себя, приготовившись ударить, подозреваю, что очень твёрдый мяч. Но за две секунды до столкновения перед нами появился рыжий близнец Уизли и отбил бладжер к центру поля.
— «Выбивание»! Это нарушение правил! — возмутился Рон.
— Что такое «выбивание»? — спросил я.
Первой успела ответить Гермиона, она уже проштудировала книгу «Квиддич с древности до наших дней», на которую я только ещё посматривал.
— Удар по бладжеру в сторону зрителей, чтобы помешать игре, — пояснила Грейнджер, — считается нарушением. Потому что зрители не должны пострадать, и загонщики и остальные вынуждены защищать их, тем самым теряя хороший момент или открывая вратарские кольца соперникам.
— Но он вроде сам по себе в нас полетел… — пробормотал наблюдательный Драко.
Дикий бладжер ещё четыре раза налетал на наш сектор. Я уже на втором «залёте» заподозрил, что дело нечисто, и внимательно просмотрел зрителей через бинокль. Хигэканэ на матче не было, чтобы можно было подозревать его, так как бладжер «сошёл с ума» примерно через полтора часа игры, а значит, кто-то колданул мячик прямо в процессе. Ещё и неизвестно, в кого точно целились, в меня или Драко, или вообще Невилла, который с другой стороны сидел.
Снейп-сенсей передвигался по рядам, после того, как он сел обратно, налёты прекратились. И думаю, что одно с другим связано. Нам точно очень нужно поговорить.
— О, нет!.. Кажется, Теренс Хиггс, ловец Слизерина… Точно! Хиггс ловит снитч и приносит своей команде сто пятьдесят очков! — по голосу Ли Джордана было слышно, что он весьма расстроен. — Сборная Слизерина победила со счётом сорок — двести десять.
Игра закончилась как раз к обеду, и мы дружно двинулись в замок. Факультет зелёно-серебристых радовался и поздравлял свою команду.
— После обеда, ладно? — нагнала нас и дёрнула Драко за рукав Гермиона.
Драко многозначительно посмотрел на меня, я пожал плечами.
— Пойдём вместе.
Часть 2. Глава 3. Подготовка почвы
17 ноября, 1991 г.
Шотландия, Хогвартс
— Так зачем это нужно? Чего ты хочешь добиться? — спросил я, когда после обеда мы втроём с Гермионой и Драко дошли до одного из пустующих классов на четвёртом этаже, недалеко от аудитории «4Е».
— Я хочу восстановить в памяти события вечера Хэллоуина, — пояснила Гермиона. — Это — следственный эксперимент. Гарри, может, ты побудешь Роном? Сядь вот сюда. А ты, Драко, попробуй повторить, что ты тогда сказал.
— Я не помню уже, — попытался отмазаться Малфой.
— Можно не дословно, — величественно кивнула Гермиона. — Важно выполнить чёткую последовательность наших действий. Неужели тебе не интересно, что могло произойти?
Я заинтересовался экспериментом и сел, куда сказали. Ещё и надулся, подражая Уизли, отчего Малфой фыркнул и чуть не заржал. Несмотря на мои опасения, Драко вполне нормально вёл себя с магглорождёнными, что ещё раз доказывало мою теорию о том, что всё это — наносное, он ещё совсем ребёнок с навязанными взрослыми линиями поведения. А ещё возможно, что в том мире, в котором был Гарри, Малфой просто хотел ударить его больнее — по друзьям, обзывая ту же Гермиону. Впрочем, насколько я помню, никаких низостей по отношению к Грейнджер, кроме редких обзывательств, он себе не позволял. А то я почитал, что могут прислать с почтой. Имея в настоящих врагах кого-то из волшебников, магглорождённому можно было не дожить до окончания Хогвартса.
Когда детям по одиннадцать, как говорят, ещё возможна дружба между сыном золотаря и сыном даймё. А если бы Драко пошёл на Слизерин, то был бы лишён общества простых детей, возможно, из уважения ко мне и не оскорблял магглорождённых и сквибов, но… Вполне вероятно, что наше окружение было бы против подобной толерантности Малфоя. А сейчас у нас яркий пример полезности и организации совместной работы между аристократами и детьми магглов. Может быть, не так уж и плохо, что мы попали на Гриффиндор…
— Рон, ты не дуйся, пойдём в башню, — отвлёк меня от размышлений Малфой, дёрнув за рукав мантии. — Прошу прощения за свою несдержанность, но нам надо отсюда уйти.
— Тут ещё Рон сказал что-то вроде, что ему и тут хорошо, — задумчиво протянула Гермиона. — А я сказала, что в школе тролль разгуливает и всем сказали в своих гостиных собраться.
— Уизли сказал, что не верит нам, — кивнул Малфой, — хотя и удивился, что я извинился.
— А потом… — Гермиона замерла и прикрыла глаза, вспоминая. — Мы что-то услышали? Какой-то… звук шагов… Громкий.
— Я не уверен… — задёргался Драко, бросая на меня выразительные взгляды.
— Может, это был Пивз? — предложил я. — Вроде бы он напугал профессора Квирелла?..
— Ну… — Гермиона потеребила одну из своих косичек, которые ей заплетали девчонки, после того как Малфой как-то намекнул, что леди не должны ходить с распущенными волосами вне будуара.
— Ладно, значит, вы что-то услышали и побежали в гостиную? — спросил я.
— Да, возможно, — наморщила лоб Гермиона. — Пойдёмте, пройдем тем коридором.
Мы вышли из кабинета и направились в сторону башен к тому коридору, в котором я их и встретил. Прошли мимо того самого туалета для девочек и почти дошли до поворота и пересечения коридоров, в котором мы столкнулись со Снейпом-сенсеем.
— Стоп! — скомандовала Гермиона и развернулась, внимательно разглядывая дверь туалета. — Кажется… Я…
— В туалет захотела? — намеренно сбил с мысли я. Драко хихикнул.