Степень искренности (СИ)

— Прекратите, — приказывает отец, больно задирая его голову назад за волосы.
— И вы, отец, ничем не лучше, — он продолжает, несмотря на боль, потому что знает, что чем дольше заговаривает их, тем больше времени выигрывает для Иена и принца. — Я до последнего пытался понять вас, но вот вы меня понять отказались напрочь. Иен — мой истинный, и это предопределено судьбой, ни он, ни я, не желали рождаться истинной парой. Но вы обвинили меня, как крайнего. И где ваша справедливость, глава Фахо?
В следующий момент двери и окна вылетают. Через них под гул и пыль забираются повстанцы. Джей судорожно ищет среди окружающих их людей Иена. И находит, выдыхая сквозь зубы. От нервного перенапряжения мышцы дрожат.
Повстанцев намного больше, чем стражников Императора. И правитель это видит, отступая шаг назад. Вместо бороться и отстаивать право на трон, он прячется за спинами слуг. Низко.
— Сдавайтесь, дядя, — вперед выходит принц, который, вопреки, не боится, хоть на него направлено оружие стражников. — Это ваш конец. И начало эпохи Новой Итаны.
Император ему не отвечает.
— Уходите, — рычит отец у головы Джея, так, что в ушах звенит.
— Отпустите Джейми сюда, — требует Иен не менее угрожающим голосом.
— Отпустить? — отец вдруг слышно усмехается. — Да разве что на тот свет, — и приставляет револьвер к голове Джея.
— Не смейте! — Джером подбегает ближе. — Он же ваш сын…
Но отец не обращает на него внимания, плотнее прижимая дуло пистолета в голову. Джей каждую секунду ожидает выстрела. Больно ли умирать? Он не знает. Но знает точно: последнее, что он увидит, это лицо его возлюбленного альфы. Вырваться — никак. Отец держит сильно.
— Вы немедленно освобождаете дорогу и даете Их Величеству уйти, и тогда я отпущу Джейми невредимым. И поверьте, мне ничего не стоит его убить. Опускайте оружие, Иен, если хотите видеть его живым.
«Не сдавайся, прошу тебя», — шепчет Джей, не чувствуя себя от стресса. — «Не опускай, Иен, плевать на меня, Революция ведь важнее».
Он умоляет, но Иен его не слышит. Медленно опускает револьвер вниз, а его люди следом за ним.
— Освободите дорогу, — через зубы говорит альфа.
«Нет, не надо, Иен», — Джей крепко жмурится, слыша, как отец взводит курок. Резкой толчок в спину, и вот — он падает на пол. Опирается на него руками, оборачивается назад. Отец наводит оружие на него.
— Стойте, — внезапный голос. — Хватит, прекратите, я устал от вашего представления, — Император выходит вперед. — Живым вы меня все равно не выпустите. Если не тут, то в порту поймаете, верно? Я сдаюсь, — правитель поднимает руки. — Я добровольно отдам тебе трон, принц, но взамен оставь меня в живых и отправь в монастырь. Я больше не помешаю тебе. Только знай, что трон, которого ты так добиваешься, это не игрушка. Ты еще поймешь тяжесть власти и пожалеешь.
— Я не подведу надежды тех, кто отдал ради меня и Итаны жизни, и тех, кто ими рисковал, дядя, — возражает принц. — И я принимаю ваше условие.
Джей видит, как Джером выбивает у растерянного отца оружие, и шепчет ему краткое: «Иди к нему». И он идет. Поднимается и бежит на ослабевших ногах, вцепляется в Иена, вдыхая на полную грудь его феромон. Растворяется в его объятиях, совсем не слушая дальнейших разговоров. Он переизбытка эмоций его трясет, а на глазах выступают слезы. Джей не верит, что все закончилось и что они победили.
Лязг сложенного противником оружия, люди, голоса. После улица, чистое небо освободившейся Итаны над головой.
Джей счастливо улыбается, переплетая пальцы руки и рукой Иена. Он не представляет, как сложится их будущее, но знает одно. Наконец он сделал правильный выбор.
========== Эпилог ==========
Ему сложно поверить, что теперь так будет всегда. Что Иен рядом и он никуда не денется, что сюда не ворвутся люди отца и не разлучат их. Джей пережил такое сильное напряжение, что подсознательно ожидает продолжения проблем. Эта атмосфера спокойствия вокруг кажется неестественной. Но размеренно дышащий Иен, комната, переполненная рассветом, мелкие пылинки в воздухе, теплая кровать… все это реально.
Все это происходит с ним.
Джею хочется расплакаться от счастья. Он прислоняет голову к груди Иена, утыкается носом в кожу, трется, дышит альфьим запахом. Теперь рядом с ним не просто любимый человек, а муж. Официально.
Джей переводит взгляд на руку, где в луче утреннего солнца отблескивает золотом кольцо. Ему вспоминается момент, когда оно впервые оказалось на его среднем пальце. И было это вчера — как в мареве. Сразу же после происходящего в доме Антарей, Императора — уже свергнутого — увел, как узника, будущий правитель. В столицу. Они разделились, часть людей уехала с принцем, а часть осталась со своим капитаном.
Джей, как был, без вещей и прочего ушел вместе с Иеном, не прощаясь с Релом, Йори и отпустившим его Джеромом. И с первыми рассветными лучами они были уже далеко за границами Окавы. Корабль, море, полдня — берег.
А на суше другой страны в первом попавшемся Храме Иен и Джей, по поддельным документам, но стали официально семьей. Без пиршеств и пышностей, нарядов и обычаев, без благословения родителей. Но зато под свист и крики двух десятков воинов. Джей толком ничего не помнит: он был как в тумане. Постоянно держался за Иена и не верил своему счастью.
А после было празднование в кабаке, в шумной компании альф и бет, которые искренне радовались за командира и его новообретенного супруга. Джей и сам немало выпил, от чего уснул сразу же, как оказался в постели, позабыв, что это его первая брачная ночь. После нервного перенапряжения Джей спал беспробудно, и даже не заметил, в какой момент Иен лег рядом на узкую постель и крепко его обнял. И обнимает до сих пор, лежа на боку. Это напоминает Джею то, как они лежали в доме на холме. Только с тех пор столько всего поменялось… В том числе сам Джей.
Он расслабленно потягивается. Кровать пододвинута к окну и он может видеть, как в ветвях дерева скачут туда-обратно птицы. Их щебет слышен сюда, как и шелест листвы. Триада Солнца подходит к концу, но в этих краях, в Феродии, холода будут мало ощутимы. Климат тут теплее и суше. Джей пока не знает, останутся ли они в Феродии или переедут в другое место. Ему известно только одно: в Итану они больше не вернутся.
Джей скучает разве что за брошенным домом на холме, но он обещает себе сохранить его в голове, как воспоминание о прекрасном. К сожалению, некоторых вещей или людей из прошлого не вернуть. Остается хранить их в памяти.
Но его светлые годы только начинаются. Да, Джей догадывается, что все так гладко у него с Иеном не будет: у них всегда возникали разногласия. Однако это не испортит общей картины. Джей неимоверно рад уже от того факта, что остаток жизни он проведет с самым близким и любимым человеком. И может быть, однажды их станет больше, чем двое.
Джей задерживает руку на животе, но чувствует холодок. Неприятные воспоминания о подстроенном выкидыше начинают душить. Он проглатывает ком. Что, если он больше не сможет забеременеть?
Джей щурится, переводя взгляд с дерева за окном на Иена. Проснувшегося. Его лицо в рассветных лучах, кажется, светится, а взгляд преисполнен нежностью. Именно той чувственной нежностью, с которой Иен всегда на него смотрел. Джей прикасается к нему осторожно, будто боится, что все это пропадет. Но альфа не пропадает: перехватывает его ладонь и расслабленно целует, едва касаясь губами. Как Иен, строгий и порой жестокий с остальными, может так трепетно относится к нему?
Быть для него особенным — воодушевляет.
— Ты все-таки заполучил меня, — улыбается Джей и следит за тем, как Иен приподнимается. — Как тебе этот трофей?
— Ты не трофей, Джи, — сонно смеется альфа, — ты мой любимый.
— Так приятно снова слышать это, — сознается он и тянется за поцелуем, прикрывая глаза.
Кровать под ними скрипит. Иен перемещается и наклоняется над ним, неторопливо целуя. Джей обнимает его за шею и прижимается к его груди своей, приподнимаясь. Альфа продолжает его целовать, гладить руками, пощипывать соски через тонкую ткань рубашки. Его действия вызывают томление во всем теле. Каждое прикосновение — остро. Но вскоре их перебивают настойчивым стуком в дверь. Иен нехотя поднимается.