Принять учись (СИ)
Глава 5
Чёрт возьми, я как будто снова превратился в школьника, который впервые хочет приударить за девчонкой. Несмотря на то, что нам помогает наша волчья сущность, на Лизу это словно не действует. И хрен бы знал, что с этим делать.
Но мне нравилось просто наблюдать за ней, подмечать какие-то детали, привычки. И как будто бы этого было достаточно. Вот просто видеть и знать, что она цела, жива и здорова.
Она улыбается своим мыслям и думает, что этого никто не видит. Но я вижу, и её улыбка для меня кажется самой красивой, как и она сама собственно. В её глазах видно, что она много пережила, очень. И не удивлюсь, если события в жизни Лизы закалили её. Не зря же она такая колючка.
В её взгляде была та же тоска, которая была и в моих глазах, вот только моя была сглаженной что ли, а её оголённой, как провод, стоит только дотронуться и заискрит, а там уж как повезёт.
Лиза была холодной, острой на язык, и можно было бы подумать, что безразличной, однако стоило только рядом с ней появиться друзьям, она менялась. Может она этого сама и не замечала, но её брови переставали хмуриться, на лице появлялась улыбка, и смеяться она могла заразительно и звонко.
Но всё это прикрывалось мастерским талантом скрывать свои эмоции. Откуда это у неё?
Конечно, я мог всё разузнать о ней, всю историю жизни, но решил, что лучше если она сама довериться мне и всё расскажет.
А ещё Лиза внимательно слушает посетителей, которые с ней говорят. Но держит их как будто на поверхности, не лезет в душу, не раздаёт советов. Просто слушает. Она позволяет людям выговориться, выпустить свою боль или переживания, любые эмоции. Но выпускает ли она свои?
Удивительно, откуда это во мне взялось. Я никогда не был особо чувствительным или внимательным до такой степени, а тут… Связь работает? Надо будет поспрашивать у старика.
— Уже поздно, как домой собираешься добираться?
— Такси вызову, — смотрит на меня подозрительно так.
— Зачем такси? Давай, подвезу, идём
— Почему я должна с тобой идти? Вдруг ты…
— Маньяк? Даже обидно как-то, Лиса. Я думал за столько дней ты должна была понять, что меня можно не бояться.
— Ты…
— Просто проявляю заботу о сотрудниках, — поднимая руки в сдающемся жесте, говорю я.
— Ладно.
Когда мы сели в машину, я не задумываясь спросил:
— Почему ты не доверяешь людям?
Мне было очень любопытно, и я понимал, что надо бы держать язык за зубами, потому что Лиза не из тех, с кем можно вот так в лоб.
— А почему должна?
— Ну, это вроде как нормально.
— В моей жизни нормально не доверять.
Вот вам и ответ. В её жизни было много разочарований, иначе бы такого недоверия не было. А следовательно, придётся заслужить доверие этой девушки.
— От чего так?
— Ты слишком любопытный.
— Понял, отстал, — и улыбнулся, чтобы сгладить неловкость.
Когда мы приехали, я не смог сдержать удивления.
— И ты каждый раз мотаешься с другого конца города на работу⁈
— А что?
— Тебе во сколько вставать тогда приходится?
— Это не смертельно. Ладно, спасибо, что подвёз.
— Удачи.
— Угу.
И она ушла.
Вот что с ней делать, как подступиться? Порой разговор вроде идёт нормально, а порой вот так, обрубает на корню.
Катаясь по ночному городу, набрал деду:
— Старик, привет.
— Ты сдурел, звонить в такой час!
— Прости старик, но кроме тебя, мне обратиться не к кому.
— Что ты опять натворил?
— Что сразу натворил. Это личный вопрос.
— Личный? И что же там?
— Что бывает, когда ты встречаешь Пару?
— Так ты её уже встретил, так?
— С чего ты взял?
— Иначе ты бы не позвонил.
— Ты прав.
— Всё, что ты чувствуешь нормально. Главное не противиться этому. Она хороша?
— Несомненно, но крепкий орешек.
— Не поддаётся чарам?
— Нет.
— Прямо, как твоя мать.
— Мама?
— Да, она тоже была упряма и стойка. Твой отец не сразу добился расположения Даши.
— Как он смог это сделать?
— Был с ней честен и терпелив, а ещё упорен.
— Это обнадёживает.
— Уважай её, её мнение, решение, чувства. И тогда всё получится.
— Спасибо, дед. Не буду больше мешать.
На следующее утро встал пораньше и приехал к дому своей зазнобы, чтобы подвезти её до работы. Весь такой из себя деловой, вышел, облокотился на капот машины в ожидании чуда. Я-то представлял, что вот она выйдет, покорчиться и пофырчит для начала, но потом согласится и мы поедем до бара с ветерком. Но кто бы знал, что она взглянет на меня так, словно я насекомое, честное слово, а потом фыркнув, пройдёт мимо.
— Эй, постой. Да постой же!
— Ну, чего тебе? — оборачиваясь ко мне, говорит Лиза.
— Куда так бежишь?
— На работу так-то.
— Так давай подвезу.
— Ты за этим сюда приехал? — она удивлённо вскидывает брови.
— А что в этом такого?
— И всех работников развозишь?
— Только тебя.
— С какой такой стати?
— Просто захотел.
— Тогда перехоти, — и развернувшись, потопала в сторону метро.
Если бы не слова старика вчера, я бы помчался за ней и попытался уговорить, но решил не трогать. С такими, как она — это игра в долгую.
Так продолжалось еще несколько дней, но каждый раз все заканчивалось одинаково. Порой мне казалось, что моё терпение на исходе.
— Женя, ты чего такой смурной? — спрашивает меня Юлия Николаевна, мама Димана.
Эта женщина и мне, как мать, поэтому люблю её, как родную, и секретов от неё нет.
— Тёть Юль, да я не могу уже! Вот честное слово!
— Что стряслось, родной? — обеспокоенно спрашивает эта чудеснейшая женщина, а вот на фоне ржут все остальные.
— Да Пара ему не даётся, — кричит Диман, контролируя приготовление шашлыков у мангала.
— Женя! Ты встретил Пару и ничего не сказал⁈ — искренне негодовала Юлия Николаевна.
— А разве он должен сообщать? — усмехается Григорий Антонович, вожак главной стаи сибирских волков и пока что, мы подчиняемся ему.
— Конечно! Мы же одна семья! — шикнула на мужа женщина. — Рассказывай, что там у вас.
И она утащила меня помогать накрывать на стол, чтобы поблизости не было лишних ушей.
— Как ты встретил её? Как зовут?
— Лиза. А встретил… весьма неожиданно…
— Как и каждый из волков, — улыбнулась она.
— Да, наверно…
— Что тебя смущает?
— Она, как неприступная крепость. Старик сказал, что надо набраться терпения, но мне кажется, что его не хватит.
— Расскажи о ней.
— На самом деле я не так уж и много знаю. Мог бы, но не стал.
— Хочешь добиться её доверия.
— Вроде того.
— Какая она?
И я выложил ей всё, что успел подметить, все свои мысли.
— Ты улыбаешься, когда говоришь о ней, — заметила Юлия Николаевна.
Я уставился на неё.
— Ну, что ты как маленький. Ты же сам всё прекрасно понимаешь.
— Это всё связь…
— Связь, конечно, есть, но Жень, ты в первую очередь человек. Ты можешь чувствовать связь волка с Парой, но в первую очередь ты испытываешь свои собственные, человеческие эмоции.
— Откуда вы…
— Столько знаю?
— Угу.
— Забыл за кем я замужем? А ещё и воспитала двух волчат, да и ты рядом был с остальными. Мне ли не знать.
— Что мне делать, тёть Юль.
— Позволь ей привыкнуть к тебе.
— Привыкнуть?
— Да. К твоему присутствию в её жизни, в поле её зрения. Дай ей время понять, что ты для неё безопасен.
— Считаете, что она думает, что я опасен?
— Нет, просто из твоих слов, мне кажется, что жизнь её потрепала и с уровнем доверия там всё тяжело.
— Тут да. Она свободно себя чувствует только с друзьями.
— А родители?
— Я не знаю о них. Никогда не слышал, чтобы она о них говорила.
— Делай маленький шаг за шагом. Я понимаю, что вы ребята, привыкли всё делать с размахом, всё и с разу, но твой дедушка был прав, когда сказал, что надо набраться терпения.