Син-Бин (ЛП)

— Я не знаю. Мне нужен холодный душ, а не учеба.
— Но ты же ненавидишь заниматься в общежитии.
— Не то чтобы ненавижу, но заниматься в своей комнате мне некомфортно.
— Твоя соседка по комнате все еще создает проблемы?
— Иногда. — Я хнычу, когда он посасывает мою шею, оставляя засос. — Мы не ладим.
— Хочешь, я поговорю с ней? Я могу сделать это лучше.
И преподнести ей наш секрет на блюдечке с голубой каемочкой? Нет, спасибо. Прошло три месяца, и я уже привыкла к ее выходкам. Это не то, с чем я не могу смириться.
— Нет, все в порядке. — Он гладит мою грудь, его губы оставляют дорожку легких поцелуев на моей шее. Другая его рука проникает под юбку и колготки, в следующее мгновение он уже прижимает большой палец к моему клитору через трусики. — Кольт.
— У меня нет с собой презервативов, но я все равно могу сделать так, чтобы тебе было хорошо.
— Ты не обязан. — Возражаю я, пока он медленными и нежными кругами массирует мой клитор, отправляя мои эмоции в мою собственную вселенную. Вселенную, которую я назвала в его честь. — Я не это имела в виду…просто ты выглядел одиноким, и я…о, блять, Боже, Кольт.
Впиваюсь пальцами в его предплечье, пытаясь устоять на ногах, потому что они вот-вот подкосятся. Колтон не просто проводит большим пальцем по моему клитору, он уже сдвинул в сторону мои трусики и ввел в меня два пальца. Когда я ловлю его взгляд, тону. У него самый красивый цвет глаз, который я когда-либо видела.
— Скажи мое имя.
— Кольт.
— Ещё раз.
— Кольт. — Мое зрение расплывается. Мои ресницы дрожат, когда я пытаюсь держать глаза открытыми. — Кольт.
Он прижимается своими губами к моим, заглушая мои стоны.
Я цепляюсь за его плечи, потому что если этого не сделать, я упаду.
Возможность того, что нас поймают, захватывает. Это даже более пьяняще, чем когда он ласкал меня здесь в первый раз. Одна мимолетная мысль об этом, и я пропала.
Сильно кончаю, на все его пальцы, с его именем на языке, едва слышным голосом.
Колтон поправляет мои трусики и убирает руку. Я хватаю его за запястье, останавливая его. Мне любопытно посмотреть на его реакцию. Тяну его руку обратно, но он отталкивает меня и втягивает пальцы в рот.
— Это мое, и я не собираюсь делиться.
Я поправляю юбку, разглаживая ее руками. Мне нужно принять душ и сменить трусики. Учеба может подождать.
Он достает из кармана телефон и улыбается, глядя на меня.
— У меня десять минут до тренировки, так что у меня есть время на душ.
— Повезло тебе. — Говорю я, проходя мимо него, но он хватает меня за локоть, останавливая.
— Повезло мне — это когда твоя киска сжимается вокруг моего члена, смачивая его своими соками, а мои ладони лежат на твоих идеальных сиськах. Вот что значит «повезло».
— Сейчас я тебя ненавижу. — Пробормотала я, когда он нежно поцеловал меня в лоб.
— Потому что ты снова хочешь меня? — Смеется он.
Затем отпускает меня, и мы оба идем к столу, чтобы забрать свои вещи.
— Потому что я снова хочу тебя. — Ворчливо отвечаю я.
Он смеется, притягивает меня к себе и целует в висок. Эта его ласковая сторона должна исчезнуть, иначе я могу влюбиться.
— Приходи ко мне позже.
— Я не могу. — Я поднимаю рюкзак, внезапно ощущая тяжесть на душе. Я хочу пойти к нему. Я хочу провести с ним время, и речь не о сексе — может быть, немного о сексе, но не совсем. Даже просто посмотреть что-нибудь вместе с ним звучит идеально. — Я иду за покупками с Лейлой. Увидимся, Кольт.
— Увидимся, Ава.
Он подмигивает, разворачивается и выходит из библиотеки.
Следую за ним, нарочито медленно волоча ноги. Я все еще плыву на волнах удовольствия, которое он мне подарил, и не хочу спускаться.
— Ава? — Окликает мисс Льюис, когда я прохожу мимо ее стола.
Останавливаюсь на месте, вежливо улыбаюсь и поворачиваюсь к ней. Ей около сорока, и она очень милая.
Она — одна из причин, почему мне нравится сюда приходить. Мы много говорили о книгах, которые нам обеим нравятся, постоянно добавляя новые в наши бесконечные списки для чтения. Теперь она даже следит за моей страничкой в Bookstagram.
 
— Да?
— Постарайся быть тише в следующий раз.
Моя кожа пылает от смущения. Она смеется, качает головой и берет свою книгу.
— Ты отвлекала меня от свидания с Дэймоном Торренсом.
Она читает «Курок»? Интересно, кто ее любимый персонаж?
О, Боже мой. Ава. Ты невероятна. Женщина только что услышала, как тебя ласкают в библиотеке университета, и тебе интересно, какую книгу она читает?
— Извините. Этого больше не повторится. — Бормочу я.
Затем я убегаю, слыша за спиной ее звонкий смех. Она точно не скажет ни слова, если мы сделаем это здесь, но я не уверена, что хочу, чтобы библиотека больше не была нашим местом. Не хочу, чтобы кто-то лез не в свое дело.
По дороге в общежитие достаю из кармана телефон и замечаю одно новое сообщение. Прочитав его, ухмыляюсь, как идиотка, и мгновенно набираю ответ.
КТ:
Как насчет среды?
Я:
Да.
Мне все больше и больше нравится наше соглашение.
Надеюсь, я не обожгусь.
35. Надежда
Две недели пролетели молниеносно. Сегодня четверг, и завтра все уедут на зимние каникулы.
Кроме меня. Обычно я не возражаю.
Я счастлив провести время в одиночестве, когда никто не беспокоит меня, не требует моего внимания. А сейчас? Мне чертовски не нравится мысль о том, что она уезжает. Наверное, это будут самые длинные две недели в моей жизни.
Между экзаменами и хоккеем мы с Авой почти не виделись. Мы дважды трахнулись после момента в библиотеке, но мне этого явно недостаточно.
Я скучаю по разговорам с ней, по просмотру фильмов, по любым другим делам, потому что она делает даже самые хреновые вещи лучше.
Но мы много переписываемся. Шутим, флиртуем, говорим о колледже, о книгах, которые она читает, о сериалах и фильмах, которые мы оба хотим посмотреть, о новых песнях, которые хотим послушать.
Я чувствую себя беззаботным и счастливым, когда она рядом, и я разговариваю. Я действительно говорю. Рассказываю ей то, что обычно держу при себе.
— Томпсон, готов идти?
Поворачиваю голову и смотрю на Бенсона так, будто вижу его впервые в жизни.
— Что?
Он поправляет сумку, перекинутую через плечо.
— Я спросил, готов ли ты идти. Все уже ушли.
Оглядываю раздевалку, и мои глаза расширяются.
Я был настолько погружен в свои мысли, что даже не слышал, как ушли другие парни.
Присутствие Авы в моей жизни испортило мой разум. Или это ее отсутствие? Встаю и натягиваю капюшон своей толстовки. Я поднимаю с пола свою сумку, застегиваю ее и подхожу к Дрейку. Он ухмыляется, открывает дверь, я следую за ним на улицу. У меня очень странное чувство, будто он специально задержался, потому что хочет поговорить.
— Какие у тебя планы на зимние каникулы? — Спрашивает Бенсон, пока мы идем по коридору к выходу.
— Никаких планов. Я остаюсь здесь.
— Должно быть, одиноко.
— Я уже привык к этому. Летние каникулы — единственные, когда я бываю дома.
Он смотрит на меня, разглядывая с ног до головы. В его жалости нет нужды. Я совершенно нормально отношусь к тому, что не вижу свою семью. На самом деле я чувствую себя намного лучше, когда я один. Или когда я с Авой, но этого не случится. Она уже рассказала мне, как сильно скучает по отцу и как рада, что наконец-то поедет домой не на выходные.
Открываю дверь, и мне в лицо ударяет холодный воздух. Вздрагиваю, мурашки бегут по коже. Слишком холодно, черт возьми.
— Колтон?
Я останавливаюсь на месте и поворачиваюсь направо, глядя на Бенсона.
— Слушай, я не из тех, кто лезет на рожон, и уж точно не из тех, кто сплетничает, но я внимательный. Я вижу вещи, слышу слова и делаю предположения. — Бенсон переключается, внезапно становясь серьезным. — Между тобой и Авой что-то происходит?