Чисто убойное дело

Она допивала уже вторую чашечку кофе, когда появились запыхавшаяся Яна, а за ней ее приятель Витольд Леонидович.
– Аська, привет! – закричала Цветкова, приближаясь к столику, за которым сидела ее подруга. – Сто лет тебя не видела! – Она плюхнулась на жёсткий стульчик и поморщилась, ударившись пятой точкой.
– Привет, Янка! – ответила подруга. – Я тоже соскучилась по тебе.
– Я бы чего-нибудь поел, – встрял в разговор Витольд Леонидович, которому Яна никак не давала нормально питаться.
Цветкова кивнула на стеклянную витрину:
– Здесь, Витольд, самообслуживание. Бери поднос – и вперёд.
Патологоанатом покорно потащился к стойке с чистыми подносами.
– Ну, зачем ты мне назначила свидание? – перешла к делу Цветкова и размотала шарф.
Подруга отодвинула пустую чашечку и вытерла салфеткой губы:
– Меня просила с тобой поговорить Валентина Петровна.
– И ты из-за этого прилетела в Питер?
– Нет, я тут в командировке. Представляешь, под самый Новый год послали! Я позвонила Валентине Петровне, она сказала, что ты в Питере и передала мне свою просьбу.
– Так в чём дело-то? – спросила Яна, отпивая апельсиновый сок, который поставил перед ней Витольд Леонидович.
Себе ее друг взял салат из свежих овощей, тарелку борща, плов, два пирожных «картошка» и два компота из сухофруктов. Он так аппетитно ел, что на него было приятно смотреть. Крепко проголодался мужчина!
Ася расстегнула верхнюю пуговку на своей белоснежной блузке.
– Твоя мать просила меня поговорить с тобой об Егоре Вениаминовиче.
– Он убийца!
Ася покачала головой:
– Я в этом сильно сомневаюсь. Он оговаривает себя.
– Зачем ему это нужно?
– Да я сама не пойму, но чувствую, что он невиноват.
Яна отпила сок.
– Ничего не понимаю… Он же признался! Может, он с ума сошёл? Возраст, сама понимаешь…
– Думаю, что тут дело серьёзнее. Мне кажется, что он взял на себя вину специально, он кого-то выгораживает.
– И кого же?
– Понятия не имею. Но этот человек должен быть ему очень близок, так как старику светит пожизненное. Я пока ничего доказать не могу, но у меня интуиция…
Яна вздохнула:
– Твою интуицию к делу не пришьёшь.
– Я знаю.
– А может его признают невменяемым? – предположила Яна. – Отправят на лечение?
– А ты видела эти больницы? – усмехнулась Ася. – Он оттуда живым не выйдет. Девяносто лет человеку. – Я имею очень большой опыт работы, ты знаешь, кого я только ни защищала, какие только дела ни вела. Ты понимаешь, что я как профессионал чувствую людей, я могу отличить правду от лжи? – спросила Ася.
– Конечно, верю! Это твоя работа. Ты же прекрасный адвокат, – согласилась Яна, доставая из карманов пирожки Стефании Сергеевны. Откуда они взялись история умалчивает. – Угощайся, домашние.
– Спасибо. Я могу со стопроцентной уверенностью сказать, что Егор Валерианович этого не делал. Актёр он хороший, просто гениальный.
– И решил напоследок сыграть роль убийцы? Но зачем?
– У Егора Валериановича, насколько я знаю, родственников нет. На такое можно пойти не просто так, а только ради очень родного, близкого человека, – сказала Яна.
– Вот и я о том же.
Витольд Леонидович отодвинул от себя пустую тарелку из-под борща.
– Так что же делать? – спросил он.
– Вот ты как патологоанатом человеческих душ можешь ответить при каких условиях человек может взять на себя, заметь добровольно, вину за убийство? – спросила Яна.
Витольд даже подавился пловом, и Яна стукнула его по спине, усугубив кашель еще больше.
– Я не знаю. Точно добровольно? Может в заложниках держат дорогого для него человека?
– Думаю, что нет, – ответила Ася.
– Такая жертвенность только ради близкого человека возможна. Или человек знает, что смертельно болен, что ему всё равно не жить, и для чего тогда другому человеку жизнь ломать? – размышлял Витольд Леонидович.
– Скорее, возраст. И это понятно, – кивнула Ася.
– Вы про кого? Постой-ка! Уж не про этого ли почтенного артиста Егора Валериановича? Да, не такой уж он и не́мощный! Его удар до сих пор ощущаю.
 
– В накладной живот, – хихикнула Ася.
– Он-то этого не знал! – воскликнул патологоанатом.
– Профессиональный артист такое видит сразу, – не согласилась с ним Яна. – В постановке «Карлсон, который живет на крыше» сам Егор Валерианович носил такой живот с кнопкой.
– А с чего вы решили, что он не виноват? Он отказался от показаний?
– Нет. В том-то и дело, что нет. Он стоит на своём, – сказала Ася.
Яна подняла указательный палец:
– Слушайте! – сказала она. – У меня родилась идея!
– Очередная? – поинтересовался с испугом патологоанатом.
– Пусть будет очередная. Но она гениальная».
– Озвучь нам! – попросила Ася.
– Я хочу попросить своего хорошего знакомого из Москвы осмотреть еще раз квартиру Егора Валериановича и описать буквально всё, что он там увидит.
– Но там же был обыск.
– Искали разные улики, а я попрошу сделать подробную опись имущества.
– И кто же пойдёт на это? – поинтересовалась Ася. – И где взять ключи от его квартиры?
– С этим всё просто, – ответила Яна. – Старик, когда уезжает, то всегда оставляет ключи в своем почтовом ящике. Его соседка знает об этом и берет ключи, чтобы проверить всё ли в квартире в порядке.
– А почему он не оставляет ключи соседке? – удивилась Ася.
– Потому, что она их не берёт. Боится, что Егор Валерианович что-нибудь потеряет, а ее обвинит в пропаже. У старых людей свои странности, свои тараканы в голове. Вот они и держат ключ в почтовом ящике. Так что мой приятель без труда его из ящика возьмёт.
– Да, идея хоть куда! – покачал головой Витольд Леонидович. – А твой приятель точно выполнит твою просьбу?
– Конечно. Он, как говорят, мне должен. Я очень помогла ему когда-то, теперь он поможет нам.
– А что он всё-таки будет искать? – настаивала Ася.
– Да говорю же – не знаю! Но это обязательно должно нам помочь.
Витольд Леонидович подавился суховатым пловом во второй раз. Женская логика!
  
Глава двадцать первая
 
В Следственный изолятор адвокат Ася Юрьевна Кудина пришла в строгом облегающем костюме. В руках она держала небольшой портфельчик. Дежурный провёл ее в допросную, где уже находился Егор Валерианович и вышел, оставив их наедине.
Ася вошла и поздоровалась:
– Добрый день, Егор Валерианович. Я ваш адвокат Кудина Ася Юрьевна.
Старик поднял голову и посмотрел на Асю.
– Здравствуйте, – сказал он. В голосе его сквозила усталость и равнодушие. Под глазами набрякшие мешки.
Ася села перед ним за стол и вынула из портфельчика бумаги и ручку.
– Егор Валерианович, я не буду утомлять вас вашими же рассказами об убийствах, потому что я не верю ни одному вашему слову.
Старик с удивлением посмотрел на Асю.
– Да, – повторила она. – Я вам не верю. И хотела бы услышать от вас правду о том, что всё-таки произошло.
– Всё произошло именно так, как я изложил следователю, – заупрямился старик. – Я старый человек, зачем мне врать?
– Вот и я хотела бы услышать правду. Иначе как я могу вам помочь?
– А почему вы решили, что я нуждаюсь в помощи? – спросил старик. – Я для себя всё уже давно решил.
– Зачем вы берете грех на душу? – спросила Ася.
– Да еще какой грех!
– Правду говорить не хотите? – уточнила Ася.
– Девочка, какая правда? Всё давно сказано и запротоколировано!
– Я тут навела справки. Вашу покойную жену звали Зинаида, так?
– Совершенно верно. А зачем вам это?
Но Ася продолжала:
– У вас не было детей.
– Да, не было. Мы с Зиной даже хотели взять ребёночка из детского дома, но она заболела, а вскорости и умерла.
– Сочувствую. Егор Валерианович, я знаю, вы хороший человек, мне жаль и вас и вашу покойную супругу, но это не повод заканчивать свою жизнь вот так. Вы этого не заслуживаете.