Чисто убойное дело

Яна подошла поближе к снежному изваянию, пригляделась и потрясённо оглянулась на патологоанатома.
– Ой! – воскликнула она. – Мамочки!
Витольд Леонидович тоже снял лыжи и подбежал к ней.
– Почему статуй красный? – удивился он.
– Я могу предположить, – сказала Яна, – но боюсь…
– Ты хочешь сказать… Жуть какая… – вздрогнул Витольд Леонидович. – Я в каком-то фильме ужасов что-то подобное видел. Приглядись, Яна, он словно живой. Мне кажется, что снег пропитан кровью.
– Ты тоже так думаешь?
– Это определённо кровь. Хорошо бы взять снег на анализ, – протянул руку к снежному чудовищу патологоанатом.
– Не троньте нашего снеговика! – раздался звонкий детский голос.
Яна и Витольд Леонидович оглянулись и увидели, что от дома бегут двое ребятишек, которые, наверное, заметили пришельцев в окошко. Гости отступили на несколько шагов от кровавого изваяния, но патологоанатом сунул горсточку кровавого снега в целлофановый мешочек, который очень кстати оказался в его кармане куртки. Он носил пакетики, чтобы убирать за своей собакой на прогулке.
Злобно пыхтя, мальчишки остановились около них и тот, что постарше, строго произнёс:
– Не трогайте нашу бабу! Вы кто?
– Мы туристы, деточка, – ласково начала Яна. – Вот, шли на лыжах, – она покачала лыжами, которые держала в руках, – и заблудились. Смотри как темно, – она обвела рукой тёмный небосвод, на котором сияла полная луна, освещая дом, поляну, снеговика и край леса. – Нам стало страшно и тут мы увидели вдалеке огоньки. Это была ваша деревня.
Мальчишки стояли и молчали. Яне пришлось продолжить:
– Вы с кем живете? Можно поговорить с вашей мамой? Может быть, она укажет нам дорогу.
В этот момент распахнулась дверь дома, и на заснеженном крыльце появилась женщина в накинутом на плечи пуховом платке.
– Санька! – закричала она. – Витька! А ну марш домой немедленно. Ишь, выскочили в темноту! Смотрите, волк-то унесёт, будете знать!
Мальчишки бросились к матери.
Витольд Леонидович подошёл к калитке, громко и вежливо произнёс:
– Добрый вечер! Извините нас, пожалуйста, за беспокойство, но мы с женой заблудились. У нас машина на лесной дороге в снегу застряла. Мы пришли спросить не мог ли бы кто-нибудь в вашей деревне помочь нам с трактором?
Женщина призывно махнула им рукой:
– Трактор в деревне есть. Да вы заходите-заходите, погрейтесь!
Яну и Витольда Леонидовича не нужно было уговаривать, они быстрым шагом, почти бегом, побежали к крыльцу и долго старательно отряхивались от снега, прежде чем войти в дом.
Радушная хозяйка напоила их горячим чаем, поставила на стол домашний хлеб, масло, варенье. Гости подкрепились и отогрелись.
– Так вам трактор нужен? – спросила хозяйка Людмила.
– Да, очень, – подтвердил патологоанатом, доедая четвёртый, последний ломоть хлеба, щедро облитый клубничным вареньем.
– Тракторист у нас через четыре дома живет, – сказала Людмила. – Мальчишки вас проводят.
– Спасибо огромное, – улыбнулась Яна. – Вы просто наша спасительница. А скажите, пожалуйста, почему ваш снеговик такого странного цвета?
Женщина засмеялась:
– Мальчишки балуются. Снеговика из снега, пропитанного кровью, слепили.
– Это как? – побледнела Яна.
Хозяйка заметила ее испуг и замахала руками:
– Да вы не пугайтесь! Мы свинью на Новый год закололи, сами понимаете, крови было много. Вот мальчишки и скатали снежную бабу. Баловники! Зимой забав для ребятни в деревне мало, это летом бегай где хочешь – речка, лес, грибы-ягоды. А зимой всё больше телевизор, вот они и развлекаются. Эй, пострелята, одевайтесь, – обернулась она к сыновьям. – Проводите гостей до дяди Мити.
Мальчишки радостно бросились одеваться.
К счастью, дядя Митя был дома и был трезв, поэтому вопрос с трактором решился быстро. Вскоре Яна и Витольд Леонидович мчались по заснеженной дороге в город, домой.
  
Глава седьмая
 
Раннее питерское зимнее утро добрым не бывает.
Скрипнула металлическая дверь морга, и в помещение вошла, отряхивая снег с сапог, высокая, видная женщина в белом халате, надетом на тёплый толстый свитер. Она включила свет, прошла в подсобное помещение, взяла швабру, набрала из крана воды в ведро и направилась в прозекторскую.
 
Первым, кого она увидела, был спящий в скрюченном положении на узкой кушеточке уважаемый патологоанатом Витольд Леонидович. Женщина подошла к нему и потрясла за плечо.
– Эй, слышь… Давай, вставай. Хватить дрыхнуть-то!
Тот от прикосновения мгновенно проснулся, и аж подскочил на своей лежанке:
– А? Что? Клава? Ты чего? – торопливо забормотал он.
– Доброе утро! Прячь следы своего преступления, скоро начало смены, – сказала она строго. – Ты же знаешь, я на электричке езжу на работу, всегда раньше получается. А поедешь на другой, так уже опаздывать буду.
– Какая электричка? Какие преступления? – протёр глаза абсолютно не выспавшийся Витольд Леонидович.
– Вон лежит, – махнула Клава головой на металлический стол. – Как ты вообще додумался баб своих в морг приводить? Совсем уже…
Витольд Леонидович с трудом повернул голову и увидел лежащую на боку спиной к нему Яну. Лежала она тоже в позе эмбриона, неудобно свесив длинные светлые волосы, которые доставали почти до пола.
Кряхтя, Витольд Леонидович сел на кушетке и тяжело схватился за голову.
Еще с вечера они с Яной решили сначала поехать к нему в морг, чтобы всё-таки сделать анализ растаявшего кровавого снега, чтобы окончательно увериться в том, что это кровь животного, а не человека. Пока патологоанатом возился с препаратами, Яна прилегла на металлический стол и мгновенно уснула, словно провалилась в небытие. Друг не смог ее разбудить, чтобы переложить на кушетку, и так и оставил на столе.
– По вызову, что ли? – с интересом шёпотом спросила Клава. – Где подцепил-то проститутку? На улице или по Интернету? Дорого, наверное? Ишь, спит… Умаялась…
Пока Витольд Леонидович злобно набирал воздух в лёгкие, чтобы найти достойный ответ нахалке, Яна зашевелилась, сладко потянулась. По всей видимости, она слышала вопрос уборщицы, потому что ответила за друга:
– У нас, у проституток, сейчас для клиентов новогодние скидки, тётя. Доброе утро, мой сексуальный гигант, – улыбнулась она патологоанатому. – С тобой мне было очень хорошо, сама бы еще приплатила!
Клава возмущённо ахнула, подхватила ведро и выбежала из морга. Яна попыталась привести свои длинные волосы в относительный порядок.
Витольд Леонидович возмутился:
– Что ты несёшь! Сейчас Клавка как сорока по всему отделению разнесёт, что я в морг девиц таскаю. И что характерно – живых.
Яна, заплетая косу, захихикала. Патологоанатом аж руками замахал:
– Что теперь обо мне подумают коллеги? Ой! Даже представить страшно!
– Да брось ты! – отмахнулась Яна. – Я тебе такую рекламу сделала, какую еще не за всякие деньги купишь! Теперь у тебя от баб отбоя не будет, уж ты поверь мне. Я женскую натуру знаю!
Витольд Леонидович уныло почесал нос:
– Нужны мне твои бабы…
– А я тебя жениться на каждой заставляю, что ли? Жизнь наладится, вот увидишь! Мы на свободе, а вот Тимофей под арестом. Кстати! Про Тимофея-то мы и забыли! Есть что-нибудь у тебя? – оживилась Яна.
– Я не забыл! Пока ты спала, я трудился! – взъерошил волосы пятерней Витольд Леонидович. – Правда, особо нечем порадовать. Но могу сказать точно – тётка не соврала, это кровь свиньи.
– Это точно? – заинтересовалась Яна, соскальзывая со стола в свои сапоги на шпильках и присаживаясь за стол к патологоанатому. – Значит, никаких убийств? А старик так красочно всё описывал…
– Объелся грибов галлюциногенных твой старичелло! – воскликнул Витольд Леонидович.
– Так, вроде, и Тимофей не отрицал злодейства…
– И Тимофей твой туда же… Тоже, небось, грибками балуется.
– Не растут грибы зимой! – ответила Цветкова.