Это война, детка (ЛП)

— Однажды…Гейб приказал мне бежать, и когда я послушалась, поймал меня. Той ночью в холодном лесу он меня изнасиловал. Лишил еще одной девственности.
Раздавшийся рык испугал нас обоих, и Бейли повернулась ко мне. Сразу стало ясно, что защитное рычание исходило от меня. Вот дерьмо. В иное время я бы слетел с катушек от разговоров об анальном сексе, как бы сильно ни интересовался им в подростковом возрасте, но сейчас мог думать лишь о том, чтобы выбить дерьмо из Гейба.
Посмотрев на меня с печалью, Бейли сделала шажок ко мне, но не прикасалась. Нас разделял всего шестьдесят один сантиметр. Я не был ни с кем так близок по своей доброй воле с тех пор, как расстался со своей школьной пассией. На несколько кратких мгновений в присутствии разбитой девушки я почувствовал себя сильным. Почувствовал себя нормальным.
— А огурец… — горько прошептала Бейли, и я поежился. — Гейб засунул его мне во влагалище, пока сам брал сзади. Иногда мужчины захотят использовать тебя вместе, ты должна быть готова, как сказал он.
Я испугался, что моя голова вот-вот взорвется от ярости. Одна-единственная прядь светлых волос выпала из хвоста Бейли, и у меня чесались пальцы ее откинуть. Не потому, что она была там не к месту. Просто я хотел лучше видеть лицо Бейли. Хотел ее утешить.
Но я, чтоб меня, не мог.
— Я никогда не причиню тебе подобной боли, — прорычал я свое обещание, сжав руку в кулак. — Бэй, Гейб кажется мне невменяемым.
На ее глаза навернулись слезы, и я подался к ней. Я хотел прочувствовать ее присутствие. Пускай мы не соприкасались, но я физически реагировал на ее близость. У меня по коже пробежали мурашки. Волоски на руках встали дыбом, словно через Бейли проходил какой-то магнитный ток, притягивавший мое тело.
Семнадцать.
Сглотнув, я поверх ее головы посмотрел на океан. Он был красив — редкое явление, к которому я не допускал свою одержимость и не начинал размышлять о множестве населявших его существ и организмов.
Вместо них я думал о ней.
О своей матери.
О том, как ее темные локоны развевались на ветру, когда я гонялся за волнами. Время от времени она заставляла меня выходить из воды и, взъерошив мои волосы, целовала в лоб. Иногда мама давала мне песочное печенье, чтобы поддержать мои силы для дальнейших игр.
Я не позволял своему психическому недугу разрушить воспоминания о ней. Они остались нетронутыми, несмотря на непрерывно бушевавший во мне шторм ненависти и отчаяния. Он всегда угрожал навредить. Но каким бы испорченным ни был мой разум, я всегда мог мысленно вернуться к маме и к нашим дням на пляже.
Один из немногих способов успокоиться.
И теперь…
Я нашел еще один.
На меня смотрели великолепные голубые глаза, блестевшие от слез. Бейли был так красива, что на миг я чуть не забыл обо всем и не поцеловал ее.
Чуть не забыл о микробах.
О числах.
О вероятностях.
О крови.
Чуть не утонул в исключительном отвлечении.
На этот раз вместо моих страданий меня сдержала реальность, и я вытолкнул изо рта слова, сожалея, что у меня не хватило мужества сказать правду.
— Ты еще ребенок. В отличие от Гейба, я не причиню тебе вреда. Клянусь могилой своей матери.
— Вар, я не ребенок, — несмотря на скатившуюся по щеке слезу, Бейли вызывающе подняла голову. — Двадцатого числа следующего месяца мне исполнится восемнадцать. К тому же после всего, что со мной произошло, я больше не невинна. Я женщина на сто процентов.
Сорок восемь дней.
Шесть воскресений. Шесть понедельников. Семь вторников. Семь сред. Семь четвергов. Семь пятниц. Семь суббот.
Восемнадцать.
— Меня не волнует, что тебе будет восемнадцать, Бэй. Я никогда не прикоснусь к тебе без твоего разрешения.
— Но прикоснешься, если я попрошу? — она приоткрыла рот и широко распахнула глаза.
Конечно, мои слова сбили ее с толку после того, как накануне я вопиющим образом продемонстрировал свои отклонения. Черт возьми, даже меня самого мои слова сбивали с толку.
— Возможно, после твоего дня рождения.
На ее губах заиграла легкая улыбка, запутавшая меня еще больше. Как Бейли могла радоваться моему ответу? Я был ничем не лучше ублюдка, который ее похитил. В том отношении, что я буквально ее купил.
 
— Давай поговорим о твоей семье, — грубо начал я, прежде чем отойти от нее. Мой взгляд скользнул по стеклу, и я напрягся, снова увидев букву «Б». Но моя напряженность не была похожа ни на одну другую из всех, терзавших меня прежде. Она казалась почти собственнической.
— Мы можем перевести моим родителям немного денег и, например, отправить письмо, в котором скажем, что я сбежала с тобой, — прерывисто выдохнула Бейли. — Они будут верить в историю достаточно долго, чтобы вылечить маму. Хотя я знаю папу. Он не остановится, пока не найдет меня.
Я тут же встревожился. Меня приводила в бешенство мысль, что в мой дом поникнут люди и попытаются забрать Бейли. Она была первым осколком счастья в проклятом мире, где я прожил более десяти лет. Я не мог позволить им отнять ее у меня.
— Но проблема не в папе. А в Гейбе. Он обещал вернуться за мной. На самом деле я бы не забывала, что он преследует нас прямо сейчас, — Бейли задрожала, и я захотел обнять ее. — Он как бы одержим мной.
«И я как бы одержим тобой»
— Гейб больше никогда к тебе не притронется, — начал раздражаться я, сжав кулаки. — Я убью этого ублюдка, даже если он просто шагнет на мою территорию, — по правде говоря, не совсем. Следовало отметить, что меня начинало тошнить, едва я представлял кровь по всему дому. Хотя, если речь шла о защите Бейли, без крови могло не обойтись. Вот тогда Грета действительно меня возненавидела бы. — Я позвоню своему адвокату и договорюсь, чтобы он перечислил твоим родителями деньги, которые никто не отследит. Тебе нужно назвать мне имена и адрес. Я прослежу, чтобы они получили перевод.
Бейли кивнула, но нахмурилась.
— А как я скажу им, что со мной все в порядке?
Легко.
Я же был компьютерным гением.
Я планировал пропустить электронное письмо через такое количество зашифрованных серверов, что никто никогда не узнает, откуда оно пришло.
— Я дам тебе компьютер с электронной почтой, если пообещаешь никому не выдавать свое местонахождение.
— Обещаю. Но, Вар, Гейб знает твое имя. Он не дурак.
— Но не фамилию, — я разочарованно провел пальцами по волосам. — Мои данные есть только у аукциониста. Я никому не позволю тебя забрать.
Бейли закусила губу и не казалась убежденной. Мне хотелось потянуться и высвободить ее полную губу из тисков зубов. Провести по ней языком и успокоить боль, которую Бейли сама себе причинила из-за своей нервозности.
Член затвердел в моих штанах, и я чуть не подскочил от гребаной радости.
— Пойдем, — проворчал я, не показывая восторга, побежавшего по моим венам. За несколько мгновений с Бейли я почувствовал себя свободнее, чем когда-либо прежде. — Давай позавтракаем и приступим.
  
Глава 12
 
Бейли
Долгий день. Невкусная еда. Усталость. И на мне все еще был нелепый халат. Тем не менее, мы продуктивно провели время. Когда я предоставила всю необходимую информацию, Вар написал по электронной почте своему адвокату и дал инструкции, как отправить деньги, чтобы они казались пожертвованием от анонимного благотворителя. Также он заказал мне через интернет одежду. Садясь за компьютер, Вар будто становился с ним единым целым. Казалось, стоило ему с головой уйти в поставленную задачу и поиск решения, как все его тревоги отходили на второй план.
Пока Вар работал в своем кабинете, я сидела в его уютном кресле. Он постукивал пальцами по клавиатуре, и на мониторе танцевали коды. Поначалу они меня гипнотизировали, но мое тело было истощено после тяжелых недель, и вскоре я заснула. Проснулась я уже в одиночестве, но Вар накрыл меня одеялом. Добрый жест не остался незамеченным.