Она - Эмилия (СИ)
Лезвие режет, а раны мои не затягиваются от дешёвого медика, повреждения не исчезают и тогда все повторяется вновь… а я так изможден, что вместо криков боли, от которой агонизирует все внутри меня, вырываются лишь сиплые всхлипы, пока чернота заботливо не укрывает сознание на жалкие доли секунд.
Я даже не пытался сопротивляться и бежать.
Я пробовал однажды. Теперь знаю, что это бесполезно. Рабский ошейник можно снять только в Министерстве с волеизьявления Госпожи, тогда станешь свободен. За всю историю был такой один случай, на Мадрасе, но был один и давно..
То, что меня привели не в пыточную, стало понятно тут же. Это место скорее походило на рабочий кабинет. Просторная чистая комната, в которой витали запахи бумаги и дорогого парфюма. Впрочем, обладательницу этого самого парфюма я увидел сразу.
Она сидела за широким деревянным столом, сложив руки перед собой.
— Хриш сними кандалы— сказала она, остро взглянув на раба. Раб под её взглядом, кажется, вздрогнул и уже немного подрагивающими руками поспешил разомкнуть кандалы, то и дело промахиваясь ключом мимо скважины.
Сейчас мои ноги болели, гудели и вибрировали так, что подкашивались в коленях.
— Свободен, — лишь коротко бросила она тому, кто привел меня. Дверь затворилась, и мы остались вдвоем.
Её брезгливый взгляд скользил по мне, будто бы ощупывая и тщательно осматривая каждый сантиметр моего тела. При этом она брезгливо фыркнула, когда её взгляд упал на мою изрядно грязную набедренную повязку.
– Имя, раб?
— Лирион, Госпожа.
— Просто Лирион?
— Просто, Госпожа— ответил я.
— Хочешь пить, Лирион?
— Нет, Госпожа.
— Нет? — явно удивилась она.
— Я хочу по нужде, Госпожа— обнаглел я. — А потом пить и есть.
Вдруг меня пронзила боль, заболела буквально каждая клеточка тела, но я продолжал стоять. Тело было парализовано, хотя внутренне, в душе, я корчился от боли. Наконец боль стала стихать и я прислушался.
— Это дисциплинарное наказание. Тебе ясно, раб? Я в дарственную тебя оформляю, и что мне мешает сделать так, чтобы подарок не доехал? — скучающе ответила она, после чего махнула рукой на меня. Грузись в флайер и не смей обгадиться!
Я пытался вызвать в себе злость и ненависть, но их не было… Активировался ошейник, правда он работал в фоновом режиме. Установки были стандартные — не бежать, не убивать и не совершать самоубийство.
Эмилия
Первым, что я увидела, открыв глаза, было лицо.
Перед кроватью была зеркальная стена. Как и справа и слева от меня. Я не чувствовала запахов, не слышала звуков, пустота.
И мне не верилось, эта девушка — я?
Густые темные волосы были не разделены пробором и свободно спадали неопрятными волнами, едва доставая до худых плеч. Пухлые губы окрасились почти в тот же оттенок, что и кожа — которая, кстати говоря, была очень бледной. Я смотрела с удивлением и страхом на незнакомку.
Я вспомнила тёмный туннель, в конце него свет и такой приятный, успокаивающий голос…. этот разговор во сне…. моя могила и обещание новой жизни….
Это не моё тело, значит, моё настоящее тело мертво? Все так, как во сне, как говорил голос… Фантастика…
Я любила почитать романчики про попаданок в прошлое…. но попасть самой?
Я пощупала руки, подергала кожу, ногти, волосы, осмотрела зубы. Дёрнула себя за волосы, ущипнула за руку. Не я. Но чувствую, все чувствую….
И где я? Судя по чудо-кровати с выставленной на матрасе температурой, с зеркалами… в будущем??? И причина, по которой я здесь оказалась?!
Я резко села, глядя на свои бесконечные отражения. Они смотрели в ответ одновременно с паникой и настороженностью.
Я вытянула шею — потолок тоже оказался зеркальным. В нем было мое отражение.
Итак. Это тело живо. Моя душа жива и я здесь. Надо выживать.
Я на секунду опустила взгляд, осматривая комнату. Все остальные отражения повернулись вместе со мной.
Я вновь вернулась к отражению на потолке и смотрела в свои удивленные, голубые глаза. Узнать бы, кто я и где я….
Ожидание
Госпожа не подписала дарственную на раба…Это и ясно, как Светлый день…. Нужен ли ей лишний рот?
Вот и сознание плывет и обрывается. Я сдался. Не хочу жить, а умереть не получается.
Распорядительница стоит надо мной, что-то зло говорит, брови недовольно хмурятся. Наверное, удар по голове был слишком сильным, я потерял слух, поэтому ничего не слышу. Зато меня сняли с крюка, и теперь я лежу на мягкой земле.
Раб прижимает мне стакан к губам, я судорожно делаю глоток, сплевывая выпавшие зубы. Вода, сладкая… Шум отступает, картинка перед глазами проясняется, оказывается, я снова могу слышать..
По ягодицам течёт кровь и от понимания, что делали со мной, пока я был без сознания, меня выворачивает наизнанку. Кнут опускается на спину, раскрывая новые грани боли. Я хриплю, голос сорван.
Жив….. Снова жив… .
Я пришёл в себя в незнакомой комнате, на узкой кровати. Раб — лекарь был испуган и суетлив. Он впихивал в меня кучу лекарств, не понимая, почему мой пустой желудок сразу всё отвергает. Он жаловался мне на отсутствие восстановительной капсулы и хороших лекарств. Он снова высыпал в стакан полупрозрачные капсулы и хорошенько взболтал мутнеющий раствор…
— Вот чем мне тебя откачивать? Госпожа точно меня прибьет, я ведь не волшебник!!!!
Он помог мне приподняться, бережно удерживая за плечи, дождался, когда я выпью все, до последней капли и заботливо поправил подушку.
Лекарь уткнулся в монитор, подключенный к моей руке и заявил-относительно готов. Растяжение и разрывы приводящих бедра мышц, вывихи суставов, множественные гематомы тела, все это можно закрыть одеждой. Остальные крупные повреждения я убрал и медик сломался.
Медик вправду сотворил чудо. Уже через несколько часов я ковылял по коридору, прислушивался к ощущениям тела и ощупывал языком пустоты от выбитых зубов, осторожно втягивая носом воздух. Я ведь прекрасно помнил, как мне его снесли напрочь одним ударом.
Что меня ожидает? При наличии чудесной капсулы Госпожа нарежет на лоскуты и соберёт снова. Этакий конструктор для Высокородных Ан. Живот недовольно заболел и забурчал… Как давно меня не кормили… Постоянное чувство голода и лишь жалкие попытки урвать еды. Теперь я трясся над тарелкой с ничтожным кусочком липкой субстанции, пытаясь растянуть несуществующее удовольствие от еды. Я раздражал распорядительницу любым движением, даже взглядом, но бить меня она уже не могла.
Подписала. Приняла Госпожа.
Меня было приказано отмыть со шланга и привести в комнату ожидания.
10
— Ана Лия, как вы себя чувствуете?
В комнату бесшумно вошла уже знакомая мне девушка в зелёной форме. Она щёлкнула пальцами по матрасу моей кровати и ей в руку выехала электронная панель.
Я не знала, что отвечать, чтобы не выдать себя, но молчать тоже было подозрительно.
— Что со мной произошло? — спросила я. Когда — то нужно начинать.
— Жёсткая посадка флайера. Медик диагностировал сотрясение мозга, небольшие раны и ссадины лица. Вы прошли диагностику и лечение в капсуле. В настоящее время состояние стабильное, вашей жизни и здоровью ничего не угрожает.
— Обо мне спрашивали, искали или интересовались? — решила я хоть что-то разузнать о "себе".
— Мы связались с Мадрасом. Ваша мать просила её не тревожить информацией о вас, объясняя тем, что у неё своя жизнь. Вы в ссоре? Вашим особняком никто не управляет, вы его только приобрели. Вам нужен уход и поддержка. Я могу посоветовать вам замечательное агентство "Успех", там вы можете приобрести помимо бытовых, рабов с младшим медицинским образованием! Вам нужен грамотный уход и покой, но вы всегда можете остаться здесь, под нашим наблюдением. Правда у нас скучно, развлечений, к сожалению, не предусмотрено, как на Мадрасе….