А.Беляев. Собрание сочинений том 3
МЭГ МОРРИС (улыбается все шире, видя восхищение Паркера). Не хотите ли сделать маникюр?
ПАРКЕР (не понимает, не слышит. После паузы). Как?
МЭГ (громче, как глухому). Не хотите ли сделать маникюр?
ПАРКЕР. Ах да, да! Маникюр! Я никогда не делаю маникюр. Пожалуйста, прошу вас! (Протягивает ей пальцы с таким видом, словно готов отдать их на отсечение.) С величайшим удовольствием!
Паркер и Мэг садятся друг против друга за маленький столик с расположенными на нем инструментами и принадлежностями для маникюра.
МЭГ (ловко приступает к работе. Громко говорит). Вы очень запустили свои ногти.
ПАРКЕР. Да, да… простите! Этого больше никогда не будет. Но почему вы так громко говорите?
МЭГ. Потому что вы не ответили на мой вопрос и я думала, что вы глухой.
ПАРКЕР. Нет, нет, я не глухой. Я только немножко… (Горячо.) Я готов делать маникюр… по пятьдесят раз в день, если только вы станете заботиться о моих ногтях.
Парикмахерская преображается. Лязганье ножниц превращается в щелканье соловьев, халаты парикмахеров — в кусты цветущей белой сирени. Матовая лампа под потолком — в луну. Паркер и Мэг окружают кусты белой сирени. Мощно звучит «симфония любви».
ПАРКЕР (мечтательно). Как хорошо пахнут эти цветы сирени!
МЭГ. В нашей парикмахерской всегда употребляют одеколон «Сирень».
При этих словах видение исчезает.
МЭГ (орудуя блестящими инструментами). Вы, по-видимому, очень стремительный человек. Когда вы вбежали, я даже испугалась. Можно было подумать, что вас преследовала стая собак.
ПАРКЕР. Собак? Да, были и собаки. За мной гнались. Я подвергался большой опасности.
МЭГ. Что же или кто был причиной этого?
ПАРКЕР. Вы!
МЭГ (на мгновение прекращает работу). Я?
ПАРКЕР. Да, вы, хотя я еще не знал вас, когда бежал по улице. Дело в том, что за мной гнались из-за собаки, которая пристала ко мне… или я к ней… из-за вас… ради вас!
МЭГ (смеется). Собака пристала из-за меня, вы пристали к собаке ради меня, хотя меня еще не знали… Ничего не понимаю! Вы говорите загадками. Если можно, объясните мне.
ПАРКЕР. Объяснить? Это не так легко. Я мечтал о вас, еще не зная вас. Ваш образ смутно снился мне во сне. Я хотел и боялся встретиться с вами, прежде чем…
МЭГ. Простите, я, кажется, обрезала вам палец. Сами виноваты! Говорите несуразное. Сейчас смажу йодом.
ПАРКЕР. Ничего, ничего! Пожалуйста, режьте! Режьте! А если хотите разгадать загадки, которые я вам загадал, то… то, быть может, в свободный день вы согласитесь… Я был бы счастлив повидаться с вами в саду… Согласны?
МЭГ. Согласна.
Парикмахерская превращается снова в цветущий сад. Белые кусты сирени танцуют, кружатся. Звучит «симфония любви».
ГОЛОС ПАРКЕРА. Как ваше имя?
ГОЛОС МЭГ. Маргарита Моррис. Короче — Мэг.
ГОЛОС ПАРКЕРА. Мэг! Мэгги! Мэг! Мэгги! Мэдж! Мэджи!
Звучание «симфонии любви» достигает своего апогея.
Улица. Паркер спешит домой, не чувствуя под собой ног. На лице блаженная улыбка. Он на седьмом небе. Беспрерывно звучит «симфония любви».
ПАРКЕР (восклицает):
— Мэг! Мэгги! Мэдж! Мэджи! Мэгги! Мэджи!
Победоносно смотрит на проходящих женщин. Мэг лучше! Моя
Мэгги лучше!
Бедно одетая девочка продает цветы. Паркер гладит ее по головке.
ПАРКЕР. Милый ребенок! Я возьму у тебя все цветы с корзиной! Для моей Мэг! Получай деньги!
Берет корзину с цветами и бежит дальше, повторяя: «Мэг, Мэгги». Проходит через сад. Видит маленькую собачку, которая мечется, — потеряла хозяина.
Паркер оглядывается. Безлюдно. Приманивает собачку колбасой и берет на руки. Бежит дальше.
Комната Майкла. Майкл, нагнувшись, кормит худую собачку. Стук, дверь открывается.
Входит Паркер. В левой руке собачка, в правой — корзина с цветами.
МАЙКЛ (поднимаясь навстречу другу). Поздравляю с удачей! Вы видите, дело несложное.
ПАРКЕР. Благодарю, Майкл. Такая удача… Я безумно счастлив! Ах, дорогой Грот, мечта! Какие у нее глаза, какие волосы!
МАЙКЛ (смотрит на собаку). Глаза как глаза, а шерсть… Зачем это вы корзину цветов принесли?
ПАРКЕР. Для нее. Для моей Мэг, Мэгги, Мэдж!
МАЙКЛ. Это ее кличка? Цветы для собаки? Вы с ума сошли, Джон!
ПАРКЕР. Это вы с ума сошли, Майкл. Не для собаки, а для моего сокровища, моей Мэг, моей невесты! Да-да! Она будет моей невестой, моей женой! Какие глаза, нос, волосы… Ни у кого таких нет… Поставьте, пожалуйста, цветы в воду и накормите собачку. (Спускает на пол собаку, отдает букет.)
Майкл ищет, куда бы поставить цветы.
Наливает воду в таз, кружку, тарелку, ведро. Кладет в них цветы.
МАЙКЛ. Значит, кончено, Джон? Нокаутирован? Положен на обе лопатки?
ПАРКЕР. Да, Майкл. Полный нокаут, от которого не могу прийти в себя. Я безмерно счастлив, Майкл! (Бросается к нему и обнимает. Майкл освобождается от его объятий.)
МАЙКЛ. А ваши счеты и расчеты? Счастье — это деньги. Так, кажется, вы сами говорили?
ПАРКЕР. О, я готов рыть землю руками, схватить жизнь зубами за горло, но я достану денег! Я не могу ждать, Грот. Я пойду на работу! Только не собаки… Эту я как-то случайно поймал. Зато и меня едва не поймали. Суд, тюрьма… тогда все пропало! Надо искать другой заработок.
МАЙКЛ. Поищите. Может быть, на тротуаре валяется. (Кормит собаку Паркера.) А собачка ничего. Эту вы отведите к доктору Никольсу. Я дам адрес. Он делает объявление, что ему нужны собаки. Обещает хорошую плату.
ПАРКЕР. Да, да. Спасибо. Отнесу… Майкл, если бы вы ее видели! Ее глаза, ее волосы, ее…
«Симфония любви». Цветущая белая сирень. Среди цветов — лицо Мэг.
Приемная врача Никольса. На венских стульях и диванах сидят пациенты — старики и старухи.
Возле входной двери, за столиком, госпожа Вуд, домоправительница и кассирша врача Никольса. Ей лет пятьдесят. Крашеные черные волосы, вставные зубы. Злые глаза и фальшивая любезная улыбка.
Входят новые пациенты. Вуд записывает их и принимает деньги.
ВУД. Массовый гипноз — пять, индивидуальный — двадцать пять. Повторные визиты — половина.
СТАРИК (опирается на палку. Руки дрожат. Подходит к Вуд, спрашивает). А какая разница, скажите, пожалуйста, между массовым и индивидуальным гипнозом?
ВУД. В смысле результатов — никакой. Дело в удобстве. При массовом гипнозе некоторые лица, одним словом трудно поддающиеся внушению, не засыпают. Приходится оставаться на следующий сеанс… Вы на индивидуальный?
СТАРИК (в нерешительности). Но… это поможет?
ВУД (внушительно). Посмотрите на меня. Мне семьдесят два года и три месяца. А кто даст мне больше пятидесяти? Я была совершенно дряхлая, седая старуха, и профессор Никольс омолодил меня.
СТАРИК. Неужели даже волосы?..
ВУД. Даже волосы, представьте. Из благодарности я осталась у него работать. Безвозмездно… Вам индивидуальный?
СТАРИК. Пожалуйста! (Уплачивает деньги и садится. Соседке старухе.) Вы тоже… омолодиться?
СТАРУХА. Да. Я преподавательница музыки. В последнее время пальцы не слушаются меня (с трудом шевелит пальцами), и я теряю учеников. Про господина Ни-кольса рассказывают настоящие чудеса.
ЛЫСЫЙ СТАРИК.А по-моему, все это одно шарлатанство.
СТАРИК. Зачем же вы пришли сюда?