А.Беляев. Собрание сочинений том 3
ЭЛИС. Я подтверждаю это.
АДВОКАТ. Таким образом, госпожа Вуд вела «двойную бухгалтерию»! Подлог! Госпожа Вуд клала себе в карман за повторные визиты.
ВУД. Нахал! Как вы смеете оскорблять беззащитную женщину!
Вуд закатывает истерику. Ее успокаивают и усаживают.
ЭЛИС. Господин Битл здесь нагло лгал. Это он пытался получить деньги от господина Никольса за рекламные статьи, но Никольс выгнал его вон.
БИТЛ. Осторожнее, барышня! Я привлеку вас за клевету.
ЭЛИС. Что касается господина Сантано, то он топит доктора Никольса, чтобы захватить в свои руки Паркера.
СУДЬЯ. Прошу не делать своих выводов!
ЭЛИС. Никольс не внушал Паркеру…
СУДЬЯ. Об этом может судить только эксперт.
ЭЛИС. Но я сама специалист по гипнозу.
СУДЬЯ. Здесь вы только свидетельница. Садитесь!
АД В О КАТ. Позвольте, но я имею еще ряд вопросов.
СУДЬЯ (заглушает адвоката). Судебный эксперт профессор Истмен!
Элис, возмущенная, садится на место. Истмен подходит к столу.
ПРОКУРОР. Ваше мнение, господин Истмен, о возможности омоложения под гипнозом?
АДВОКАТ. Я возражаю против этого вопроса. Профессор Истмен не специалист по гипнозу.
Судьи совещаются.
СУДЬЯ (с неудовольствием). Профессор Истмен! Ваше мнение о потенцировании?
ИСТМЕН. Мощное, но опасное средство воздействия на организм. Опыт господина Никольса над Паркером может служить этому примером. Во всяком случае, эти опыты над людьми были преждевременными.
ПРОКУРОР. Иначе говоря, Никольс применил недозволенные, а значит, и преступные методы лечения, воздействия на организм?
ИСТМЕН. Да, поскольку потенцирование не вышло из пределов опытов.
ПРОКУРОР. Вопросов не имею.
АДВОКАТ. Я просил бы выслушать мнение профессора физиологии господина Кронина.
Суд совещается.
СУДЬЯ. Суд постановил в просьбе защитника отказать, так как профессор Кронин не состоит в числе судебных экспертов. Объявляю перерыв.
Затемнение.
Зал суда. Все стоят.
СУДЬЯ (заканчивает читать приговор). И лишить доктора Никольса права врачебной практики на три года. Оштрафовать его на тысячу долларов с заменой в случае неуплаты пятимесячным заключением. Возложить на него судебные издержки… Приговор может быть обжалован…
Вестибюль суда.
Выходит публика. Сантано и Паркер идут вместе.
САНТАНО (сердито дергая Паркера за рукав). Я же говорил вам, о чем говорить, а вы говорили… (Проходят.)
Слышатся голоса:
— Мало дали!
— Такого бы прямо на электрический стул! Людей зажигать!
ДАМА (другой). Бедная Мэг! Его невеста!
ВТОРАЯ. А я бы не бросила его!
МОЛОДОЙ, ПЛОХО ОДЕТЫЙ ЧЕЛОВЕК. Это не суд, а расправа. Хладнокровное убийство человека. И какого человека!
ВТОРОЙ. Уж и убийство!
ПЕРВЫЙ. Да, убийство. Кто опорочен судом, тот у нас вычеркнут из общества, из жизни.
Группа студентов. Голоса:
— Мы поднимаем кампанию в газетах. Никольс должен быть оправдан! Приговор кассируют.
— И вас бы вместе с Никольсом в тюрьму засадить!
Освещенный огнями паноптикум Сантано. На стенах огромные плакаты с изображением «мирового чуда» — светящегося человека. Портретного сходства с Паркером нет, зато тело светится так, что от него идут лучи, а скелет нарисован очень четко.
Играет музыка. У входа огромный негр.
В автомобиле подъезжают Сантано и Паркер. Паркер с некоторым испугом смотрит на плакаты со своим утрированным изображением.
Подъезжают новые автомобили. Ими запружена вся площадка. Толпится народ, желающий попасть в паноптикум.
Вестибюль. В кассовом окне Вуд продает билеты.
Сантано кивает ей головой и проходит в свой директорский кабинет вместе с Паркером.
Кабинет Сантано. Письменный стол. Реквизит. Плакаты и афиши на стенах.
Посредине кабинета стоит красивая девушка в костюме Прекрасной Елены. Перед ней Грин.
ГРИН (увидав Сантано и Паркера, говорит «Прекрасной Елене»), Чтоб этого у меня больше не было! Идите!
Девушка молча поклонилась и выбежала.
САНТАНО. Женушка, за что ты пробирала «Прекрасную Елену»?
ГРИН. С этими твоими девчонками нет сладу. Осталось всего полчаса до начала сеанса, а они еще не готовы. «Елена» даже не причесала волосы. «Клеопатра» куда-то засунула свою змейку и не может найти. Безобразие! Хлопот не оберешься! Я тебе говорила: купи восковые фигуры. С ними никаких забот. Есть не просят, денег не требуют и всегда в порядке.
САНТАНО. Но, милочка, восковые фигуры кусаются. Им платить не надо, зато за них сдерут тысячи, а этим нищим девушкам я плачу гроши… (Паркеру.) Пройдемте, Паркер, в артистическую, познакомьтесь со своими товарищами.
Артистическая комната. Углы комнаты, грубо сколоченные столы и табуреты завалены реквизитом, бутафорией, фокусной аппаратурой, яркими костюмами. Карлики, великаны, уроды.
К Паркеру подходит высокая статная женщина в шелковом платье с очень длинными распущенными волосами, усами и длинной бородой, покрывающей всю грудь. Задом к Паркеру стоит женщина с декольтированной спиной. У нее между лопатками свисает длинная, как лошадиный хвост, прядь волос. К Паркеру подходят сросшиеся боками близнецы.
БОРОДАТАЯ ЖЕНЩИНА (спрашивает Паркера густым басом). Новенький?
ПАРКЕР. Да, господин… госпожа…
БОРОДАТАЯ ЖЕНЩИНА. Какой у вас номер?
ПАРКЕР. Номер? Какой номер?
БОРОДАТАЯ ЖЕНЩИНА. Что умеете делать?
ПАРКЕР. Я… свечусь в темноте.
БОРОДАТАЯ ЖЕНЩИНА. Ого! Так это вы? Эй, светящийся человек пришел!
Из тесненьких уборных выбегают полуодетые артисты. Обступают Паркера «знаменитые женщины мировой истории»: «Елена Прекрасная», «Аспазия», «Семирамида», «Клеопатра», «Мария Стюарт», «Мария Антуанетта», «Екатерина II» и другие артисты.
БОРОДАТАЯ ЖЕНЩИНА. Сейчас он нам покажет свой номер. Погасите свет!
Свет выключен. Все молча и деловито разглядывают засветившегося Паркера. Потом слышатся голоса:
— Ловко!
— Этот номер поднимет сборы!
— Вероятно, Сантано не поскупился на расходы. Сколько вы взяли с него?
— Молодец Сантано!
Свет зажигают. К Паркеру подходит человек в длинной одежде мага, с приклеенной седой бородой и унылым лицом. Подает Паркеру руку — это иллюзионист Янос.
ЯНОС. Янос. Иллюзионист. Продайте мне ваш секрет, господин Паркер!
ПАРКЕР. С удовольствием отдал бы вам даром мой секрет, если бы только мог.
ЯНОС. Зачем же даром? Я хорошо заплачу вам. Неустойка — чепуха. Я и неустойку заплачу.
Звонок. Все бегут в дверь, ведущую в зрительный зал. «Клеопатра» мечется.
«КЛЕОПАТРА». Девочки! Не видали мою змейку? (Находит змейку на столе, хватает.) Вот она, проклятая! (Убегает.)
Паноптикум. С левой стороны — стеклянные ящики, за которыми размещены восковые фигуры «знаменитых женщин». Публика быстро проходит, направляясь к выходу. Голоса:
— Изумительно!
— Я не мог поверить!
— Судебный процесс сделал хорошую рекламу светящемуся человеку.
Зрительный зал возле сцены. Занавес закрыт.
С задних рядов доносится шум последних аплодисментов, вызовов.