Очень злой дракон, или Бытовая магия для неумехи
И вообще, если у дракона встанет выбор: есть крупно нарезанную колбасу или совсем не нарезанную меня, надеюсь, он поступит разумно и выберет первое.
Я уже приноровилась кромсать ветчину, и хотя вместо соломки получались бревнышки, все-таки собой гордилась. Но чувствовала, что что-то тут не так. Чего-то в этой картине не хватает.
Озарение пришло внезапно и ударило меня как обухом по голове. Кота не хватает, кота! Филимона. Он живет со мной уже четыре года и ни разу, ни разу такого не было, чтобы я достала из холодильника колбасу, а он не появился рядом, не начал тереться об мои ноги и жалобно заглядывать в глаза.
А сейчас его не было…
Руки похолодели, пальцы выпустили нож.
А разве он не остался досыпать под одеялом на моей кровати?
– Караул! – бросив ветчину на произвол судьбы, я со всех ног рванула наверх, в свою бывшую комнату.
Если этот деспот чешуйчатый сожрал Филю, я не посмотрю, что он дракон и хозяин! Хвост оторву!
Через несколько секунд я уже была под дверью, в которую сходу заколотила кулаками и даже ногами. Это странно, конечно, что возможность потерять Филимона напугала меня сильнее, чем само попадание. Словно в коте сосредоточилось все мое спасение и память о том, что я вообще-то обычный человек, а не магический прибамбас для драконьей уборки.
Кота вернуть было жизненно важно. К тому же он ведь живой! Теплый! И ни в чем не виноватый…
Но на мой стук никто не отозвался. Даже дракон не взрычал. Уснул он там в ожидании обеда? Или уже закусил моим ненаглядным Филенькой?! А дверь запер, чтобы никто не помешал сдирать пушистую шкурку и безжизненного тельца…
Одна мысль о таком развитии событий придала мне не только сил, но и бешеной решимости. Поняв, что в дверь колошматить бесполезно, я сама зарычала не хуже дракона, отступила на полшага, напрягла в голове то неизвестно что, которое у меня там звенело во время колдовства, и приказала:
– Откройся!
А когда дверь не отреагировала, рассвирепела окончательно:
– Бомбарда! – и ткнула пальцем в филенку.
Как ни странно, гаррипоттеровский плагиат сработал. Правда, не совсем так, как в книге про невезучего мальчика. Ничего не взорвалось, но дверь будто пнули великаньим могучим пинком, она крякнула, дернулась и медленно завалилась внутрь комнаты. А я, горя страхом и возмущением, издала боевой вопль, после чего рванула в свою бывшую спальню резвой ланью.
– Где?! – дракона видно не было, кота тоже. Только на кровати едва шевельнулась гора одеял и подушек. На которую я и прыгнула с разбегу, тут же начиная ее раскидывать в разные стороны.
– Филя! Филимончик! Кс-кс-кс, мой мальчик! Где ты?! – с остервенением терьера закапываясь в постельные принадлежности, орала я. – Котик! Вылезай!
– Ты с ума сошла, женщина?! – одновременно с этим взвыл откопанный мною из под одеял дракон.
Он, как оказалось, действительно не дождался ни обеда, ни ужина, разделся догола, влез в кровать и уснул…
Догола? Ой… Я вовсе не собиралась на него пялиться, но все-таки пялилась. Если уж и одетым дракон выглядел как ожившая мечта, то раздетым… Держите меня, семеро! Безупречное, словно выточенное из камня тело. Каждая мышца бугрится, да на нем массажистов можно обучать! Или студентов-медиков. И художников всяких…
Так, стоп. Я сюда не ради студентов явилась!
– Отдай кота, сволочь! – вид взлохмаченного, великолепно раздетого и заспанного мужика подействовал на меня особым образом: я забыла о том, что он дракон и помнила только то, что этот рабовладелец мог обидеть Филю. – Если ты хоть шерстинку на его хвосте тронул, я тебя…
– Что ты меня? – даже с некоторым интересом спросил окончательно проснувшийся мужик.
– Я тебя сама съем!
Глава 7
– Мурр-мяу, – донеслось откуда-то из-под одеяла, и на поверхности появилась голова Филимона. «Что здесь происходит и почему мне мешают спать?» – был написано на его наглой рыжей морде.
– Ко-отик, – растерянно пробормотала я.
Котик же, даже не удостоив меня вниманием, выбрался из-под одеяла уже полностью, подобрался поближе к дракону, потерся щекой о великолепный торс и плюхнулся дальше досыпать.
– Так ты это ищешь? – сообразил наконец дракон.
– Ну да.
– Хороший зверь, – похвалил он. – Мягкий и не орет. А ты орешь и не мягкая, локти острые. Так что он остается, ты уходишь.
Кажется, я попала в крайне неловкую ситуацию и теперь сижу в постели с голым мужиком, который не очень хочет меня видеть. Действительно, пора уходить. Я попыталась выбраться из подушек и одеял, но это оказалось не так просто. И вместо того, чтобы высвободиться, я как-то неловко повернулась и снова рухнула на дракона.
– А, понял. Ты желаешь разделить со мной ложе, – проявил дракон чудеса догадливости. – Займись сначала ужином, а потом уже обсудим. Спать хочу. На любовные подвиги пока не тянет.
Ах ты ж… Моя неловкость разом куда-то испарилась, я пулей выскочила из постели дракона и оказалась на ногах.
– Ничего я не желаю! Больно надо мне это ваше ложе. И кстати, оно вообще-то мое…
Пытаясь сохранять достоинство и высоко задрав подбородок, я вышла из комнаты. И чуть не растянулась, споткнувшись о чертова паука. Оказывается, он стоял у открытой двери и внимательно наблюдал за происходящим. Открытую дверь я тут же с грохотом захлопнула, а пауку сказала гневно:
– От работы отлыниваешь? А ну-ка найди столовую и убери ее, чтоб блестела. Или предлагаешь ему ужин в постель подавать? Вот тогда сам и понесешь.
– А ты не промах, – паук совершенно проигнорировал мой приказ и угрозы. – Решила, значит, любовницей заделаться? А что, неплохой вариант. Статус любовницы, конечно, не особенно почетный, но уж получше, чем поломойка.
Красная пелена упала перед глазами. Если бы этот гадский паук не нужен был мне для уборки, я бы, наверное, каким-нибудь мощным заклинанием распотрошила его на составные части.
И вдруг подумала, что это не обязательно. Моя месть будет страшнее и изощреннее. Ведь, по большому счету, для размножения этому вредине вовсе не нужна большая плотоядная самка. Он и отказался наверняка потому, что знал: его первого и сожрут.
Только я же тут не просто так, а очень даже с магией! Я же без посторонней самки могу настрогать ему целый десяток маленьких пылесосиков. Чтобы грязь ели, а меня нет!
Переварив эту мысль, я даже почувствовала, как улучшается настроение и возвращается былая бодрость. Напинать дракону-рабовладельцу мне слабо. Пока. А вот победить хотя бы пылесос – вполне могу. Не зря же я человек разумный.
– Ты что задумала? – тут же преисполнился подозрений принципиальный бытовой холостяк. – Небось гадость какую? Аж глаз заблестел!
– Да так, ерунда, – радостно ухмыльнулась я в ответ.
– Что за ерунда? Какого рода ерунда?
– Увидишь, – многозначительно-зловеще пообещала я. – Так где тут столовая?
Столовая отыскалась довольно быстро. А что еще это может быть: огромный стол посередине и тяжеленные, несдвигаемые стулья. И все это в такой здоровенной комнате, что мое сердце наполнилось приятным чувством злорадства.
– Ну, фронт работы видишь, приступай, – объявила я пауку-пылесосу.
Он, похоже, тоже оценил масштабы бедствия, а потому заявил:
– Что-то я забегался. Устал. Надо зарядиться.
И по своему обыкновению пополз в угол.
Ага, ну сам виноват. Вот не надо попадаться бытовой магессе под горячую руку. Бытовая магия – она, возможно, самая ужасная и разрушительная. Во всяком случае, в неумелых руках.
– Устал? Ну что ж, заряжайся, а я постараюсь сама справиться.
Я отдала мысленный приказ, и из хлама и мусора соорудила небольшую кучку. Потом так же мысленно сделала вторую, потом третью.
– Эй, а ты что тут творишь? – забеспокоился паук.
Он нервно забегал вокруг меня. Куда только усталость делась?
– Да так, магичу, – небрежно бросила я, формируя четвертую и пятую кучки.
А затем проговорила про себя свои пожелания этим кучкам и – хоба! Они зашевелились, как пять маленьких трансформеров, а затем сложились в очаровательных пылесосопаучков.