Очень злой дракон, или Бытовая магия для неумехи
Я немного поплутала по коридорам, обнаружила широченную лестницу, заваленную всяким хламом, спустилась в фойе и присвистнула: да уж, вот это комнатка. Мало того, что размером с футбольное поле, так еще и потолки высоченные. И окна во всю стену. За окнами что-то там простирается, а что, не видно. Потому что эти чертовы трехэтажные окна такие грязные, что даже свет сквозь них едва продирается. И весь этот зал, все футбольное поле засыпано хламом. Неровным таким и очень пыльным слоем.
Приплыли.
По сравнению с этой огроминой кухня теперь казалась небольшим чуланчиком. Перспективы вырисовывались не радужные. Или я убьюсь окончательно на уборке одного-единственного помещения, или меня испепелит дракон. Красота. Ладно, надо успеть хоть что-то.
Я взглянула на окнище (для того, чтобы окинуть его взглядом, пришлось задрать голову высоко вверх) и тихо пробормотала:
– Очистись, пожалуйста! Ну настолько сможешь…
И зажмурилась, приготовившись тут же грохнуться в обморок. Но не грохнулась, а лишь слегка пошатнулась. Открыла глаза и со вздохом обнаружила, что окнище не особенно-то и очистилось. Нет, пыли и грязюки стало значительно меньше, я даже смогла рассмотреть цветущий сад и кусочек высоченной стены. Однако видимость была так себе – как сквозь густой серый туман.
Ладно, с окнами разберусь потом. Похоже, это задачка со звездочкой. Попробую для начала разгрести хлам на полу.
– Уберись, – сказала я хламу, стараясь смотреть строго себе под ноги и не заглядывать далеко – во избежание летального исхода.
И хлам послушно убрался, вернее, сгрудился в небольшую кучку. Пол вокруг этой кучки стал довольно чистым. Только вот куда теперь деть мусор? А главное, где взять на это силы, потому что мои явно были на исходе…
Я сделала единственное, что могла в этой ситуации: плюхнулась задницей на тот небольшой участок пола, который мне удалось отвоевать у грязи.
Что за свинство! Таких задач даже перед Золушкой не ставили. Всего-то пару мешков крупы перебрать. Я бы сейчас с ней с удовольствием поменялась.
И ведь главное, никаких приспособлений для уборки. Ни тебе швабры, ни тряпок. Хорошо хоть воду нашла. Можно, конечно, раздобыть в кухне кастрюлю, налить туда воды и попытаться вымыть пол руками. Порыскать по шкафам, найти шмотки похуже…
Я еще раз окинула взглядом здоровенный пол и поняла, что на то, чтобы убрать вручную, пусть даже при помощи тряпок, у меня уйдет полжизни. А если в промежутках еще таскать воду в кастрюле по лестнице вверх и вниз, то эти полжизни станут очень короткими. Я просто отброшу копыта.
– Мне нужен робот-пылесос, – сказала я вслух. Нет, действительно, красота же. Он бегает, убирает, а ты сидишь себе и листаешь книжечку. Вместо того, чтобы тратить магию на окна, лучше потратить ее один раз и создать что-то действительно полезное.
Я покосилась на кучу мусора, которая возвышалась прямо передо мной. Вот и материальчик есть.
– Значит так, – сказал я вслух, обращаясь к куче. – Сейчас ты превратишься в такую специальную магическую штуку, которая питается грязью и пылью. Любит это дело, жрет, аж за ушами трещит. И тут же внутри себя перерабатывает все, – я задумалась: во что же она ее может перерабатывать? Вот уж точно не в то, во что еду перерабатывают люди. Мне эта радость совсем не нужна. – В эманации чистоты! – радостно провозгласила я.
А что, отличная мысль!
– Там, где ты пройдешь, не только мусора не останется, а кругом чистота будет наступать. Здорово же я придумала? Вот и я говорю, здорово. А теперь превращайся.
Я выжидательно смотрела на мусор, а мусор… Я вздрогнула. Кажется, мусор смотрел на меня. Я помотала головой, чтобы избавиться от наваждения, но ничего никуда не делось. Из кучи мусора на меня смотрели два внимательных глаза. А потом куча заворочалась, завертелась, закружилась, обдав меня потоком теплого воздуха и…
– Ой, мамочки! Ты что такое? – испуганно вскрикнула я.
Рядом со мной сидело что-то черное, мохнатое, с восьмью лапами. Оно бы было похоже на паука, но лицо у этой штуки выглядело гораздо симпатичнее, без жвалов, без восьми глаз, но с огромной-огромной пастью.
– Ну привет, – растерянно прошептала я чудищу.
– Мы тут болтать будем или убирать начнем? – скрипучим голосом ответило чудище и я подскочила на месте.
– Ты что, разговариваешь?
– А ты что, не слышишь? – парировало оно.
Ясно, ясно. А в принципе, что я хотела? Я ведь создавала штуку вроде робота-пылесоса, а они как раз разговаривают. Запутаются в каком-нибудь пакете и пищат жалобно, мол, вытащи меня, хозяин, сделай что-нибудь. У моей тетушки в доме живет такое чудо-юдо, так вот она с ним постоянно разговаривает. Как и с микроволоновкой. Вот, похоже, и я создала себе собеседника.
– Конечно убирать, – я постаралась вложить в свой голос как можно больше энтузиазма. – Приступай.
Чудище как-то недобро на меня зыркнуло, и я на всякий случай сделала несколько шагов назад. А оно заурчало, задвигалось всеми восемью лапами, загребая мусор и отправляя его прямо в пасть. Двигалось оно довольно быстро, но самое удивительное, что «эманации чистоты» действительно каким-то образом распространялись вокруг. Раз проехалось у окна – и окно заметно посветлело. Развернулось, пошло обратно, еще разок проехалось – окно стало еще чище.
И вид из окна оказался вполне симпатичным. Сад пестрил экзотическими цветами на ярко-зеленых деревьях, стена крепости черного камня возвышалась строго и величественно. А огромное окно теперь уже сияло чистотой.
Ух ты, вот это красота! Вот что значит вовремя проявить смекалку.
Я подошла к одному из пыльных диванчиков у стены, смело велела ему очиститься, с удивлением обнаружила, что обивка у него не черная и даже не цвета мокрого асфальта, а очень даже белоснежная. И со спокойной душой плюхнулась на этот диванчик. Эх, жаль, книжечку не взяла. Такая уборка мне нравится. Очень даже неплохо у нас с пылесосом получается, когда он убирает, а я сижу и смотрю.
Зрелище, надо сказать, было немного жутковатым. Пасть этого существа с легкостью раскрывалась на сто восемьдесят градусов, а всяческий хлам исчезал в ней с такой скоростью и так безвозвратно, что я напрягалась всякий раз, когда оно подъезжало ближе к дивану. А ну как решит, что моя нога – это тоже ненужный мусор? Но если не считать моих страхов, сотрудничество с существом шло на славу. Ровно до того момента, когда оно убрало половину “футбольного поля”. А потом в нем что-то щелкнуло, оно захлопнуло пасть и перебирая мохнатыми лапами поползло к стене.
– Эй, ты куда? – окликнула его я. – Еще же работы полон рот… ну то есть полон дом… В общем, много работы.
– Заряжаться буду, – буркнуло существо.
Я пошарила глазами по стенам. Ни розетки, ни базы, чтобы заряжаться.
– Э-э-э, а ты от чего заряжаться-то будешь? – спросила я.
– Ни от чего. Просто в углу постою. Устал я.
Понятно. «Устал». Мальчик, значит. Была бы девочка – сказала бы «устала». И, небось, не бросила бы уборку на середине!
– А долго ты будешь это… заряжаться? – осторожно спросила я.
– Пока не отдохну, – буркнул «пылесос» и отвернулся к стенке.
А какой красивый был план. Впрочем, кто мне мешает создать второе такое же существо? Может, получится девочка, они подружатся, глядишь, полюбят друг друга, нарожают кучу маленьких «пылесосиков», и уборка в этом замке перейдет в автоматический режим.
– Размечталась, – раздался каркающий голос из угла.
Я испуганно уставилась на «пылесос».
– Ты что, мысли читаешь?
– Больно надо. Ты свои мысли вслух говоришь.
– Ну извини…
Неужели в этом пустом замке я и правда начала разговаривать сама с собой? Впрочем, с Филимоном я же говорю, а он, между прочим, даже не отвечает.
– А что, давай создадим тебе подружку. Вдвоем-то веселее бегать, – я оглядела оставшиеся развалы мусора. – Бегать и питаться полезной и здоровой пищей.
– Только жены с ребятишками мне не хватало, – буркнул «пылесос». – Я существо уникальное, и любовь к свободе у меня в крови. Так что не смей.