Изабелловая масть (СИ)

Если бы не Архип, всё ещё стискивающий мои руки… он был единственным, кто не смеялся. Но благодарности я не испытывала. Скорее всего, не смеялся он не потому что ему было меня жаль… нет. Уверена, ему просто всё это было безразлично. Какие-либо эмоции ему чужды.
— Вскрывай! — отчеканил Пётр, небрежно взмахивая рукой. Они перешли на русский. Скорее всего, это было сделано намерено. — Занимайте очередь, пока она не потасканная! А то потом будет поздно!
— Я бы не стал выстраиваться в очередь, — обронил двусмысленно ещё один: небольшого роста со свисающим круглым животом, большими залысинами и птичьими глазками. Этой фразой он едва не убил меня… Так же отставил стакан в сторону и встал с кожаного дивана, — Можем вместе распаковать… лично я не люблю ждать.
Мой подбородок задрожал. Чем дольше я это слушала, тем хуже мне становилось.
— Ублюдки, — сорвалось с языка, когда напротив меня стояли уже двое.
— Ц, — один из них весело усмехнулся и укоризненно покачал головой, — не надо так… такие слова из уст леди… нехорошо…
Его рука взметнулась вверх, заставляя меня вздрогнуть. Дернувшись, я отвернулась.
А спустя пару секунд почувствовала ещё одно грязное отвратительное прикосновение. Костяшки пальцев второго подошедшего медленно обвели мою грудь. Спустились, очерчивая пупок. И направились ниже.
Я попыталась взбрыкнуть, но от моих потуг руки за спиной свело от боли. Я взвыла, когда пальцы этой мрази коснулись меня там. Второй рукой он схватил меня за волосы и, намотав их на свой кулак, потянул так, что моя голова запрокинулась.
— Укрощать кобыл я, слава богу, научился, — прохрипел и довольно прищёлкнул языком.
— Архип, — я снова услышала имя своего надзирателя, произнесённое Петром. И его пёс, приняв команду, отпустил мои руки.
— Пошла! — эта свинья, сжав кулак на моих волосах сильнее, протащил меня по гостиной, — и не рыпайся! Поняла?! Попридержи её! — бросил кому-то.
Сквозь слезы я посмотрела на Петра. Тому, кажется, всё это доставляло извращённое удовольствие.
— Пусти! — заорав, я сделала ещё одну попытку вырваться. — Выродки! Ублюдки!
Казалось, что меня накрыло волной истерики, так долго рвущейся наружу и ждавшей своего часа. Выкрутившись, я смахнула с маленького столика увесистую антикварную лампу, и что есть сил, обрушила её на голову этого подонка.
В комнате воцарилась тишина. Гудящая и вспарывающая барабанные перепонки. Задыхаясь, я смотрела на толстого мерзавца, который, кажется, не сразу понял, что произошло. Он схватился за голову и принялся размазывать кровь по своей макушке. А затем начал медленно оседать.
Я перевела взгляд на Петра, который со стоическим спокойствием вновь поднялся с кресла. Хмыкнув, он взглянул на меня и произнёс:
— Вечер перестаёт быть томным… не так ли?
  
Глава 35
 
Виктор
— Твою мать! — Рассвирепев, я сорвал со стены оленьи рога и, почти не задумываясь бросил из в сторону большого зеркала.
Стекло молниеносно разбилось со звоном рассыпаясь по полу и отражая в своей поверхности солнечные блики. Они так весело подмигивали… искрились под лучами холодного светила и давали мне ложные надежды.
Согнувшись пополам, я закрыл лицо ладонями и нехотя сквозь пальцы покосился на Руслана. Он был растерян так же как я. Если не больше. Я, кажется, немного привык к неудачам, что преследовали меня уже долгое время… смердящим нимбом кружили надо мной, словно какое-то проклятье. А Рус, судя по всему, был обескуражен. Он был уверен, что мы идём по верному следу. Так же как и я. Я поверить не мог, что мы могли так просчитаться. Обделаться в который раз… до смешного.
Я бы даже посмеялся, если бы дело не касалось Веры.
Выхватываю из кармана телефон и набираю Клима. Он отвечает сразу после первого гудка, будто ждал моего звонка.
— Ты сейчас где? — рухнув в кресло и, разгребая ботинком зеркальные осколки под ногами, снова перевожу взгляд на Руслана. Тот тоже достал телефон…
 
— На месте. У тебя, — устало произносит Валдай, выдыхая в трубку.
— Сделай, пожалуйста, так, чтобы Солдат меня дождался.
— Есть весомые причины?
— Мы просчитались, — мой угрюмый взгляд задерживается на широком окне. Кажется, я слышу посторонние звуки с улицы. — В общем, пусть эта падаль дождётся меня. Любыми способами, хорошо?
— Без проблем, — быстро отвечает Клим, — выходим. Дождётся.
— Я перезвоню. Спасибо.
Не дожидаясь ответа, сбрасываю вызов и снова перехватываю взгляд Руслана. Расслабленный взгляд.
— Мы кого-то ждём? — Поднимаюсь с кресла и неторопливо приближаюсь к окну. Посторонним звуком оказался шелест гравия под автомобильными колёсами. Наглухо тонированный внедорожник остановился перед входом в небольшой арендованный дом, где мы с Русланом остановились.
— Ты будешь рад. Лишние люди нам сейчас не помешают.
Руслан подходит к окну и задевает своим плечом моё. Отчасти меня успокаивала мысль о том, что Вера будет жить до тех пор, пока жив я. Они не позволят ей умереть пока я дышу. Не лишат себя удовольствия от попытки сделать это на моих глазах.
В потоке мыслей на сразу обращаю внимание на то, что дверь автомобиля распахнулась и из салона вышли трое.
Спустя полминуты сообразил: Герреро. Николас.
Неожиданно… я даже рад его видеть.
Случись это пару-тройку лет назад, я был бы другого мнения о нашей встречи. Не то, чтобы бывший конкурент… но доверия он вызывал во мне крайне мало.
Но жизнь, падла, такая непредсказуемая.
— Чёрт, — произношу тихо, растирая щетину пальцами, — не ожидал…
— Мы найдём её, — Колодинский опускает на мою спину увесистый дружеский шлепок и, и тут же извиняется, услышав мой скомканный хрип: — Прости. Забыл…
Вера
Я чувствовала себя растоптанной и грязной. Стоя посреди комнаты в чём мать родила, я озиралась по сторонам, всё ещё не веря в происходящее. Не веря, что оказалась здесь. Мои губы дрожали, а пульс за ушами колотил так, что я едва слышала голос Петра. Хищный взгляд пронизывал меня насквозь. Мерзкий толстяк всё ещё был в сознании, но, кажется, он просто выпал из реальности.
— Бойкая какая, — до меня донёсся голос того, что так больно сжал мою грудь, наслаждаясь тем, как скривилось моё лицо, — это ведь ненадолго… ты же понимаешь?
Я перевела на него затравленный взгляд. Шагнула назад, прижимая руки к груди и понимая, что не выйду отсюда невредимой…
— Она понимает только силу, — встрял Семён, поднимаясь с кресла и пряча свои чётки в карман чёрных джинс. Его глаза наполнились азартом, — ты забыла какого это? М? Тебе напомнить?
Он медленно задрал рукава на тёмной водолазке, а я мысленно хоронила себя.
— Групповушка не так страшна, милая, — криво ухмыльнувшись, заявил Пётр.
Мой взгляд метался от одного мужчины к другому. Третий незнакомец оставался сидеть на диване. Молчаливо и скучающе наблюдал за разворачивающейся драмой, изредка отпивая из своего стакана алкоголь.
— Грязные ублюдки, — процедила я, сглатывая страх, и посмотрела на Архипа.
Он стоял поодаль. В глаза тут же бросилось его напряжение. Кажется, он был единственным, кому всё это не доставляло веселья.
Тогда почему ты стоишь, чёрт возьми?! Что с тобой не так?!
— Не подходи ко мне, — дёрнувшись, я сделала ещё один шаг назад, и едва не вскрикнула натыкаясь на прохладную стену. — Не подходи, слышишь?!
Мой взгляд пытался найти хоть что-то для самозащиты, однако кроме столика, с которого я схватила лампу, рядом ничего не было.
— Я убью тебя, слышишь?! — заорав на приближающегося ко мне Семёна, я обогнула стол в надежде, что это поможет мне.
— Да ладно?! — неожиданно резко воскликнул Пётр, опуская взгляд на мои ноги. — Как же не вовремя!
Растерявшись, я опустила голову и только сейчас почувствовала тепло, коснувшееся внутренней стороны моего бедра…