Одно дыхание на двоих (СИ)

Прошла по припорошенной снежком кирпичной дорожке к двери. Нажала на звонок. Тишина. Скорее всего, Марфы Константиновны нет дома. Повинуясь странному желанию, потянула за ручку.
Открыто.
Мне стало не по себе. Что если с бабулей случилось непоправимое? Не поэтому ли она мне приснилась. Помня расположение комнат, вошла внутрь и без труда нашла гостиную. Бабушкину, помнится, любимую комнату.
Марфа Константиновна сидела в кресле качалке и смотрела телевизор. Седые волосы, платок на голове, темные глаза за толстыми очками, длинный цветастый халат. Заметив меня, старушка встала, щелкнула пультом и прижала морщинистую руку к сердцу.
- Внученька! – воскликнула она и несколько секунд просто смотрела не мигая.
- Бабуль, ты как? – я подалась вперед, но Марфа жестом попросила не спешить.
Остановилась, а бабуля медленно подошла к комоду и взяла фотографию покойного деда. Мужа Марфы.
- Ну вот, Коленька, и встретились. Дождался дорогой!
Прослезившись, старушка промокнула глаза уголком платка и вернула фотографию на место. А сама открыла комод и принялась перебирать вещи.
Самое время для уборки! Наконец Марфа что-то достала и с довольным видом подозвала меня.
- Ани слушай внимательно, - строго произнесла бабуля, - больше спросить будет не у кого. Не поймешь сейчас, в будущем хлебнешь немало горя.
С этими словами она протянула наручные часы на черном кожаном ремешке. Помедлив, я все же протянула руку и приняла подарок.
- Это часы, - сказала Марфа. Словно я сама не поняла, - но не обычные. Посмотри на циферблат.
Подивившись странному сну, посмотрела внимательней. На циферблате вместо значения двенадцать вверху стояла загадочная цифра тридцать. А весь круг разбит на мелкие отрезки по пять минут. Стрелка, которая, кстати, была только одна, медленно двигалась по кругу. Приложив часы к уху, услышала негромкое тиканье.
- Довоенные что ли? – удивилась.
Неужели Марфа, предчувствуя скорую смерть, решила одарить меня наследством?
- Еще старше, - вздохнула бабуля. – Если мы с тобой встретились при таких обстоятельствах, значит жить мне осталось ровно тридцать минут. Сейчас уже меньше, - Марфа кивнула на часы, предлагая мне посмотреть.
Взглянув на часы, увидела стрелку на отметке двадцать пять.
- Понимаешь, Ани, - Марфа старалась говорить твердо, словно речь давно уже заготовлена, но я чувствовала ее волнение, - все люди смертны. С одним лишь отличием, одни умирают в окружении близких, друзей или знакомых. Но есть те, кто в момент смерти остаются один на один с одиночеством.
Не понимала, к чему ведет Марфа, но явно не к добру. А бабуля продолжила:
- Меньше чем через полчаса меня не станет. Ты появилась здесь, чтобы скрасить мое одиночество в последние минуты.
Я закашлялась. Марфа хоть и стара, но выглядит неплохо. С чего бы ей умирать.
- Теперь это твой долг. Твой дар. Твое проклятие. Назови, как угодно, – вещала Марфа. – Хочешь этого или нет, но ты будешь перемещаться к людям за тридцать минут до их смерти.
- И какой в этом смысл? – почувствовала, как меня потряхивает. На этот раз уже не от холода.
Села на стул, чтобы собраться с мыслями.
- Поговорить, скрасить одиночество. Возможно, кто-нибудь напишет предсмертную записку или позвонит близким, разобравшись с давней враждой. У каждого свои истории. Я привела примеры, но сейчас другое время и люди другие.
Марфа опустилась в кресло-качалку.
- Так ты тоже такая? – моргнула глазами, чувствуя, что если бы не сон, непременно грохнулась в обморок.
- Была такой, - улыбнулась Марфа, вновь посмотрев на фотографию Коленьки. – Весь род Меламед такой. По женской линии, - добавила она. - Мать моя и бабка. Сыну Дмитрию покойному дар не передался, но я знала, что ты его получишь. Ты в детстве была ну точно как моя мать. Такая же проницательная и острая на язык. И парни на тебя также не заглядывались.
А это здесь причем?
- Женихи, словно чувствовали, что со мной что-то не так. За версту обходили. Да и когда мне было создавать семью.
Поднявшись, бабуля взяла фотографию мужа с комода и села обратно в кресло.
 
- Только Коленька, словно не замечал моих странностей, - Марфа снова прослезилась. - Ходил за мной как приклеенный, вот я и сдалась. А когда детишки пошли, моя странность сама собой улеглась. Да и куда мамке исчезать, когда дите одно дома. У меня ведь три сына. И у всех ребята. Только ты одна девчушка получилась.
- Бабуль, - я посмотрела на часы. Стрелка в районе двадцати.
- Да, да, - словно опомнившись, пролепетала Марфа, - заболталась я, а время идет. Там в шкафу пальто синтепоновое. Таня, мать твоя, оставила в прошлый приезд.
Я встала и открыла шкаф. Желтое пальто висело на вешалке. Марфа заставила взять.
- И сапоги, - напомнила бабуля, - негоже по зиме разгуливать босиком. И деньги в шкатулке на комоде возьми. Там на обратный билет.
Жутко смущаясь, заглянула в шкатулку.
- Запомни, Ани, когда люди вокруг - нечего бояться. Опасайся, когда ты одна. Мало ли чего. Теплую одежду держи рядом. Деньги, кошелек, а главное паспорт. Никогда не знаешь, куда занесет тебя судьба, - вещала Марфа. - А теперь иди ко мне, милая, дай тебя обнять!
Мы обнялись с бабулей. Поцеловала ее в старую морщинистую щеку. Даже на слезу пробило.
- Ты не реви, внучка, - проговорила Марфа, - я по Коленьке соскучилась. Давно встречи жду. Деньки уж считаю. Ты Тане позвони, скажи, что Марфа померла. Она все поймет. А сама уходи.
Вышла на улицу, потому как Марфа гнала прочь. А по щекам слезы текут, не могут остановиться. Странные часы остановились. Стрелка замерла на тридцати и не тикают больше.
Деньги в кармане пальто, на голову капюшон накинула. В сапогах тепло.
Вспомнила последние слова бабушки. Набрала маме.
- Мам, только не паникуй. Марфа Константиновна померла.
- Марфуша! - услышала вскрик матери в трубке, и связь прервалась.
Несколько минут стояла на улице, собираясь с мыслями, когда телефон снова зазвонил. Номер незнакомый.
- Ани Дмитриевна, вы где? - голос босса.
Очуметь! Он тоже во сне, видимо красотой крепко меня приложил.
- В Гагарине, - пробормотала, оглянувшись по сторонам.
В телефоне повисла тишина.
- В каком? - спустя несколько секунд хриплым голосом уточнил Фил.
- Город такой. Родина Юрия Алексеевича.
В трубке снова воцарилась пугающая тишина.
  
Глава 4 
 
- Отправьте свое местоположение, - потребовал Фил.
Представила, как босс рвет и мечет, не обнаружив меня на рабочем месте. Прервав звонок, добавила номер шефа в записную книжку. Открыла вайбер и выбрала в контактах Фила. Миленькое фото. Нажала «отправить местоположение». Пусть посмотрит, что не лгу.
Добравшись до автостанции, купила билет на автобус. Рейс через полчаса, значит, есть немного времени для кофе. Пока стояла в очереди, по видеосвязи позвонил босс.
Ответила. Полюбовалась на Фила. Лицо невозмутимое, но, могу поклясться, готов меня убить.
- Что вы там делаете? – поинтересовался Фил, высматривая что-то за мной.
Подошла к табло, чтобы босс увидел название города.
- У меня бабушка умерла, - выдавила жалостливым голосом. Фил смутился, не ожидая такого ответа.
- Когда умерла? – он закашлялся.
Нервное. Довела мужика.
- Сегодня, - выдала не моргнув.
- Ясно.
На этом связь оборвалась. Или босс в ауте, или в жутком бешенстве. Фил меня убьет, в лучшем случае уволит. Я скрестила пальцы, умоляя, чтобы недавние события оказались кошмарным сном.
К вечеру я благополучно вернулась в город и помчалась на автобусную остановку. Четыре часа. У босса вовсю идет презентация.
 
Влетела в здание фирмы, поймав удивленный взгляд охранника, и прямиком на второй этаж. Вбежала в кабинет, скинула желтое пальто, сапоги. Вытащила из пакета туфли, сняла пиджак со спинки стула и помчалась в конференц-зал.