Эмили. Отчаянная (СИ)
— Я не хочу работать по специальности… — перебивает, устало вздохнув, кое-как отогнав непрошенные слезы.
— Я и не предлагал. Эта работа точно будет носить временный характер, чтобы ты пришла в себя и сама подобрала то, что захочешь. Учитывая, что опыта у тебя нет, многого не жди. Придется подучиться, пройти стажировку. Поблажек и классического блата не будет. Администратором в ресторане у моего знакомого — сойдет же, правда? Платят неплохо, просто график немного непривычный, домой добираться ближе к ночи.
Девушка выдохлась. Буквально за десять минут разговора с отцом будто рассыпалась, ощущение, что вышибли дух одним мощным ударом. А теперь зять пытается помочь и сгладить ситуацию, и это ее трогает. Американские горки эмоционального фона надо еще уметь пережить… Его слова правдивы, и глупо отрицать очевидное — ей теперь очень нужна работа. Эмили задумалась. Многим ли так везет? Идеальное, очень щедрое предложение. И вместе с тем, как ни крути, бешеная ответственность. Нельзя подводить Ваграма, не заслужил он такого. Да и выбора нет. Даже если будет брыкаться и изображать оскорбленную невинность, чем это поможет? Где в Сочи она найдет подобную вполне престижную должность?
— Ты… — не находит слов, будучи растерянной. — Ты неповторимый, честное слово. Слава Богу, что ты есть у Лали…
Мужчина обнимает её за плечи и позволяет устроиться на груди, по-братски целуя в макушку.
— Я тебя тоже люблю. Ты очень нужна нам, давай, приходи в себя. В любое время дня и ночи я кинусь к тебе, стоит только позвонить. И не волнуйся, Лали тоже об этом не узнает. Даже если будет догадываться, я не сдамся. И не разочаруй меня, пожалуйста.
— Постараюсь, — кивнула Эмили, вздохнув.
И она была настроена выполнить данное обещание, несмотря ни на что.
Глава 10
«Невозможно выиграть у безразличия,
как ни крути ты все равно ему проиграешь».
Неизвестный автор
— Никак не могу осознать это, — Ивета слегка заторможено тянется к затекшей шее, случайно задев рукой сидящую рядом Эмили.
— Про себя уже молчу, — кивает Лали, улыбаясь, — пять лет замужем. Обалдеть. Когда родители причитали, что время летит слишком быстро, мы почти крутили пальцем у виска, а сейчас стали хуже них — реально не понимаем, как проходит жизнь…
— Наверное, — рассеяно отвечает сестра.
— Я их, конечно, люблю, но иногда хочется привязать где-нибудь на сутки, — вздыхает подошедшая мама, взглядом провожая отбегающих внуков. — С ними я осознала, что уже старею… Чего вы тут расселись подальше от гостей? Эми?
Девушка, давно и глубоко погруженная в свои мысли, не слышит ничего из того, что творится рядом. Сегодняшний вечер ее изрядно подкосил. Помимо встречи с отцом спустя месяц молчаливой обиды, пришлось лицезреть счастливую пару…Марселя и Нелли. Почти четыре часа прошло с начала мероприятия в честь годовщины свадьбы Ваграма и Лали, а эмоции отпускать не хотят. Вроде, и сдерживается, чтобы не наблюдать в открытую за ними, но ищущий взор попеременно натыкается на мужчину с улыбающейся невестой рядом.
Хотелось бы сказать, как она ее бесит, но…Нелли вызывает исключительно положительные отклики в душе. Видно, что та не притворяется — живая, общительная, добродушная и очень милая. Длинные светлые волосы спадают волнами по спине, делая ее похожей на русалочку. Не сказать, что роковая красотка, но действительно хороша со своими классическими чертами лица и вечно блуждающей на губах улыбкой. Они с Марселем явно ровесники, но его невеста настолько ухожена, что ей можно дать не больше двадцати пяти. Выдают только глаза — в них мудрость, выстраданная посредством испытаний. О таком можно и не говорить вслух, это сразу считывается. Никаких шансов на негатив в ее сторону…
— Эмили? — обеспокоенный голос матери все же прорывается сквозь стену витиеватых мыслей.
— Да?
— Устала, дочка?
— Очень. Эти три дня после официального оформления были предельно загружены. Самое сложное — стоять на каблуках весь день. Репутация, дресс-код, лицо ресторана…
Как по команде все уставились на ее ноги в белых кроссовках.
— Да, сегодня я пожертвовала врожденным чувством стиля, — улыбается, поддразнивая их, — и пришла, будто с прогулки…
— Не заморачивайся, мы тоже не особо наряжались, — заявила Лали, и теперь три пары глаз оценивающе смерили ее с головы до ног.
— Ты всегда выглядишь так, словно идешь на прием к какой-нибудь королеве… — отмахивается Ивета, мол, не заговаривай нам зубы.
Что правда, то правда, старшая сестра отличалась умением одеваться утонченно и красиво. Это даже когда-то было для Ваграма поводом для шуток — все закрыто, целомудренно.
— Все вы у меня красивые, да и в любой одежде, — подытоживает родительница, — но ведете себя сейчас неприлично. Идите к гостям. Отстранились и приклеились к углу. Так не пойдет.
Если двух старших дочерей ее замечание подстегнуло встать с удобного диванчика поодаль от эпицентра и вернуться к веселью, младшая даже не шелохнулась. Женщина не стала давить, видя, что та на самом деле выглядит очень уставшей. Поэтому и последовала молча за первыми к столам.
Все, чего хотелось, это свернуться калачиком и заснуть. Увы, проблемы со сном никуда не делись. Рабочие будни выжимали ее всю, но спать удавалось всего несколько часов, да и то — поверхностно и с постоянными пробуждениями. А сегодня снова мучила бессонница, и теперь не удается собраться, приходится бороться с зевотой, одолевающей с момента, как пришла на праздник.
На удивление, народу мало. Точнее, к десяти часам многие уже ушли, завтра ведь рабочий день. Хотелось бы поступить так же, но Эмили решила продержаться хотя бы еще час. И целенаправленно шла в туалет, дабы ополоснуть лицо холодной водой. Сообщение, заставшее ее как раз за этим занятием, подтолкнуло счастливо рассмеяться и закружиться перед раковиной. Сейчас девушка была похожа на полоумную. Но эта новость! Ах, у Лео и Тины будет девочка! Ну что за прелесть!
Она вылетела из помещения в коридор с такой скоростью, что закономерно врезалась в человека у двери. Когда их глаза встретились, открывшая до этого рот Эмили, собиравшаяся извиниться, резко передумала. Поджала губы, упорно сохраняя молчание. А мужчина, как ни странно, не спешил ее отпускать, продолжая придерживать за плечи…
Девушка даже не поняла, как в следующую секунду оказалась внезапно впихнутой в мужскую обитель, где, к облегчению, никого не было.
— Марсель, что происходит? — сердце надрывно колотится, пока он запирает их в ближайшей кабинке.
А дальше…дальше творится невообразимое.
— Хочу кое-что проверить, — отвечает абсолютно спокойно, рывком приподнимая рукава ее водолазки.
Эмили теряет дар речи, когда он, оголив большую часть ее конечностей, начинает их…внимательно изучать. И пальцы быстрыми, но ощутимыми движениями проходятся по рукам, вызывая не только недоумение, но и конкретную волну дрожи.
— Давай, облегчу тебе задачу и сразу разденусь? В уборной ресторана у меня еще не было, это очень экстремально, но возбуждающе.
Марсель замирает после этих слов, медленно, будто миллиметр за миллиметром, поднимая на нее убийственно тяжелый взгляд.
— Эмили, — обманчиво ласково, при этом резко вернув ткань на место и отстраняясь на шаг назад, что с трудом позволяла теснота пространства, — что ты опять приняла?..
— Приняла очень близко к сердцу твое рвение потр*хаться в туалете.
Он презрительно скривился, и от этого демонстративного обращения у нее внутри все неприятно сжалось.
— Ты, безусловно, можешь сколько угодно строить из себя прожженную стерву и заядлую бл*дь, пытаясь казаться старше. И язвить мне, нарываясь на грубость. Но остаешься очень слабым игроком — не доросла до такого уровня. Твои провокации для меня — детский лепет. Уж поверь, если я захочу потр*хаться в туалете, ты будешь последней, о ком я вспомню. Ничего не изменилось…
Эмили прикрыла веки и затаила дыхание. Пощечина была болезненной. Напомнила…о том, что хотелось забыть. Очень хотелось. Стыд, обида и ярость бешеной дозой были пущены по венам. И она вдруг зарычала, раскрыв глаза и вперившись в него с лютой ненавистью.