"Фантастика 2023-76". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Мы выехали далеко за полдень. Но в это время года солнце и не думает скатываться за горизонт. Прошло меньше недели с того момента, как я тихо усадил братьев на трон, и вот теперь вынужден возвращаться, чтобы закончить начатое. А уезжать совсем не хотелось. Решать какие-то проблемы, вести переговоры, надувать щеки и корчить рожи. Но придется, братья в политических делах весьма предсказуемы и очень несговорчивы. Может, действительно, хоть меня послушают.
В голове крутились десятки вариантов исхода грядущих событий. Кровавые бойни, героические подвиги и прочее буйство по теме я тут же отодвинул на второй план. Оставшееся выглядело куда как более мирно. С Урге можно было договориться. Вернуть ему трон, но стребовать обещание, что после него власть достанется братьям, а не его отпрыскам. Через полгода-год, пока близнецы освоятся, бедный король может пострадать на охоте, отравиться грибами или повздорить с ловким наемником. Увы, испортить тормоза в его автомобиле нынче не актуально, а уж за подложенную в сортир бомбу Аль-Каида на себя ответственность не возьмет. Можно припугнуть, у него есть жена и сын. Мне не привыкать к таким грязным трюкам, так что и в этот раз брезговать не стану. Можно напакостить, на стороне, и перевести все стрелки на буйного выскочку, а когда обиженные соседи начнут переть, тихо развести ситуацию и вполне законно посадить братьев обратно на трон. Наконец самому нарваться на драку и тихо замочить гада в честном поединке. Рыцари часто используют якобы поруганную честь как повод к хорошей драке. Что может стать предлогом? Да хотя бы тот факт, что Ульвахаму было приказано не брать нас живыми на борт, в чем тот и признался под страшными пытками. Чем не повод?! Еще какой повод! Угрюмый капитан сейчас, конечно, под прицелом своего братца, но, пока ситуация не разрешится, Ульвахам в безопасности.
— Как ты обставишь мое появление в крепости? — спросил я Ольгу. — Что скажешь совету старейшин?
— Сама не знаю. Посмотрю, как сложится обстановка. Похоже, старики расходятся во мнении на твой счет.
— А от них много зависит?
— Достаточно. Во всяком случае, Урге не пойдет против решения совета. Он давно метит на тепленькое местечко в свите шведа Бергера, после крещения, разумеется. Вот против этого старики точно возмутятся.
— Мое появление, какие бы слухи ни ходили, пользы братьям не принесет. Проще говоря, сейчас есть дружина прежнего короля, есть мои стрелки с Черноруком во главе на стороне братьев. Ставки в этой игре делать нет смысла.
— Я не очень понимаю, — нахмурилась Ольга.
— Третья сила. Нейтральная, незаинтересованная сторона. Я не представляю силу физическую, в какие бы доспехи ни был разодет, я все равно один. Мои внешние данные можно оценить на глаз, и опытный воин сделает это без особого труда. А вот что касается силы более высокого порядка, магии, колдовства, то тут ты становишься явным примером. Извини, что так смело за тебя решаю, но есть кто-то, кто бы помнил твое прежнее омоложение?
— Нет конечно же! И быть не может. Я вернулась в Бьерн из Исландии шестьдесят лет назад. Глубокой старухой, куда более древней, чем при первой нашей встрече. Долго жила на болотах, выдавала местным охотникам туманные предсказания. В одном из них рассказала красивую легенду о том, что когда-нибудь вниз по реке с высоких гор приплывет дерево, сломленное молнией, в ветвях этого дерева будет молодая девушка — наследница короля, все это время служившая в чертоге богов.
— Как красиво ты все обставила. И что, сработало?
— Еще бы! Пришлось долго искать дерево, срубленное молнией, а с молодой, замерзшей и голодной девушкой проблем не было. Со всей округи съехались шаманы и ведьмы, чтобы выказать свое почтение и проводить меня во дворец короля.
— Вот именно об этом я и говорю. Твое омоложение сейчас выгодно будет преподнести, так, будто это дар, плата за мое воскрешение. А тот, кто дарит молодость и воскресает из мертвых, не станет драться за резное кресло в сарае. Уж извини, дворцом назвать эту вычурную избу у меня язык не поворачивается.
 
— Если тебе наплевать, зачем тогда едешь в эту избу?
— Разумеется, братьев я предупрежу, но сделаю вид, что приехал лишь для того чтобы лично наблюдать за результатом спора, никак в нем не участвуя, и в конечном счете уведомить, я подчеркиваю это слово, признанного законным короля о том, что с этих пор я буду жить на этой земле там, где захочу, делать то, что захочу, не вмешиваясь в дела королевского рода. Пока сами меня об этом не попросят.
— Это, конечно, будет наглостью, неслыханной дерзостью, но думаю, что желающих тебе возразить не найдется. Суеверия в здешних краях очень сильны. Как бы дико все ни звучало, это может сработать. Дразнить оборотня старики не станут.
Неспешно обдумывая сложившуюся ситуацию, я еще вспоминал события последнего года. Как быстро все накатило, как стремительно завертелось. Вот вроде бы совсем недавно строил планы на совершенно другую жизнь, а теперь. Вдруг Ольге не удалось бы добраться до Змеигорки и вовремя встретиться со мной? А если бы я так и не смог выбраться из болот? Погиб в бою с ловчими, догнавшими меня на реке? Как раз в тот момент, когда силы были уже на пределе? Не подоспей оборотень со своей серой братией, конец был бы весьма предсказуем. Но этого не случилось. Судьба? Удача?
Места здесь красивые. Лето в самом разгаре, все цветет, благоухает. С каждым днем нахожу все больше прелестей в этом суровом крае. Почему-то именно здесь я почувствовал себя свободней. Без бремени обязанностей, которые сам же на себя и взвалил. Зеленая трава вперемешку с густым и упругим мхом вокруг камней стелятся бесконечным ковром, насколько хватает глаз. Редкие перелески, залитые черной водой впадины. Ровная гладь озер, в которых отражается небо с белым пухом облаков. Мир вокруг похож на иллюзию, на морок, существующий лишь в моем собственном воображении. Странно, но похоже, что когда-то я уже испытывал подобное чувство. Такая звенящая тишина и плавность собственных мыслей очень напомнила мне мгновения, когда я впервые дал залп со стен своей крепости по ордынскому войску. Короткая пауза звенящей тишины, пока несущие смерть и разрушение ракеты еще не достигли цели. Вот и сейчас, словно гром среди ясного неба, прозвучало вдали раскатистое эхо серии коротких взрывов.
— Опоздали, — как бы озвучив мою собственную мысль, прошептала Ольга.
Ничего не ответив ведьме, я лишь уперся в бока лошади каблуками, подгоняя клячу. Удерживая поводья одной рукой, снял с плеча и закрепил на сгибе локтя стальной щит, защелкнув замки креплений. Стал накачивать воздух в ресивер, привстав в стременах.
Обогнув кромку озера, мы увидели за перелеском стелящийся вдоль горизонта черный дым. Горела крепость на холме и часть домов, прижатых к ней с восточной стороны. Сильный ветер тянул языки пламени по влажным крышам, осыпал искрами и тлеющими угольками еще не занявшиеся постройки и крепостную стену. Взбираясь по извилистой дороге на холм, я был вынужден надеть шлем, опасаясь стрелы, пущенной из укрытия. Сквозь щели забрала обзор был весьма ограничен, но я успел заметить, что главные ворота выломаны тараном, который валялся тут же в пологом рве. Часть сторожевых башен были нарочно подрублены у основания, так что попытайся на них хоть кто-то взобраться, они тут же рухнут.
— Найди укрытие и не лезь в бой! — выкрикнул я, оборачиваясь к Ольге.
Но ответом мне послужил лишь звон короткого кинжала вынутого из ножен. Ольга не собиралась отсиживаться в тихом месте. Не могу сказать, что я одобрил ее выбор, но ведь как-то же ей все-таки удалось выживать все шестьсот лет.
Лишь миновав ворота, она чуть придержала лошадь и выпрыгнула из седла, тут же скрываясь за низким домишкой, стоящим на толстых сваях. Она не полезет в драку, не станет подставляться под стрелы и копья. Будет двигаться осторожно и уверенно знакомыми ей дворами и проходами.
Я тоже решил не подставляться под удар и выбрал небольшой уступ за частью изгороди, чтобы безопасно и спокойно спешиться. Груз доспехов отнимал много сил, но давал некоторую уверенность. Во всяком случае, ударом меча или простой стрелой эту броню с наскока не пробить.