"Фантастика 2023-76". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

– По праву принца-консорта Даргаса, – выехала из-за спины Атея Ирена. – Можете называть моего мужа «ваше высочество». По крайней мере, до тех пор, пока не станет известна судьба моего брата.
– Принцесса, – первым подхватился Кьям. – Я всегда открыто говорил, что мы переступаем через свою честь, нарушая все свои союзнические обязательства. Наверное, потому и оказался здесь. Кьям Красный…
– Я слышала, как вы представились моему мужу, барон, – довольно грубо перебила его девушка. – Не стоит попросту сотрясать воздух, – потом повернулась к Атею. – В войске три десятка тяжелых, но все уже прошли через руки Айлин и других целителей. Утром можно ставить в строй. Царапины никто не считал.
– Спасибо, – кивнул Призрак.
– И кстати, БАРОН, – голосом выделила девушка титул Ольда, – не скажете, когда Восточная провинция Даргаса вдруг стала землями Гронхейма?
– При всем к вам уважении, принцесса, – приподнял тот подбородок, принимая самую высокомерную позу, на какую был способен, – но Даргас обречен. А вы, князь, – повернулся он к Призраку, – поступили как последний висельник, напав на спящий лагерь. Я и раньше сомневался в наличии у вас чести, теперь же убедился, что это действительно так: слово честь и его значение неизвестно вам изначально.
– ЧЕСТЬ? – вызверилась Ирена. – И это ты говоришь о чести, ублюдок? Тот, кто в нарушение всех договоров попытался захватить нашу часть Мегара? Тот, кто собирался жечь женщин и детей земляным маслом?
Атей положил свою ладонь на руку жены, успокаивая ее одним лишь прикосновением.
– Если бы я была мужчиной, – уже более сдержанно, практически без эмоций, продолжила она, – то немедленно вызвала бы вас на поединок. Хотя нет, – помотала она головой. – Такие поединки называют как раз поединками чести, а ее никогда не было именно у вас. Просто убила бы, как бродячего пса. Впрочем, мне это и не надо, за мою честь теперь есть кому заступиться. А вот хватит ли у вас мужества вызвать на поединок любого из воинов моего мужа – я сомневаюсь. Вызвать самого великого князя Сайшат, как вы понимаете, не позволит ваше низкое положение, – и, закончив речь, гордо вздернула свой носик.
Командующий гронхеймским войском почувствовал на себе сотни взглядов. Некоторые из них были злорадствующие, некоторые выжидающие: как он ответит на обвинения и явственно прозвучавший вызов?
Но больше всего было сочувствующих. И чтобы хоть как то сохранить лицо, нужно было не просто что-то сказать, а действовать.
– Принцесса права, ваша светлость, – повернулся он к Призраку. – Мне не по рангу кидать вам вызов, вы же у нас правитель, – с сарказмом ухмыльнулся он и обвел своих лизоблюдов взглядом, но ожидаемой поддержки не получил.
– Ничего, барон, – стекая живой каплей с Агата, проговорил князь. – Я думаю, это не станет большим препятствием, чтобы решить наши разногласия. Вы ведь представляете здесь своего короля?
– Д-да, – заикнувшись, проговорил Ольд, окончательно поняв по одному лишь движению Призрака, когда тот слез с коня, что нить его жизни оборвется здесь и сейчас. Правда, есть небольшая надежда, но для этого нужно, чтобы вызвали его, а не он.
– Вот и хорошо, – удовлетворенно кивнул Атей. – Будем считать, что это поединок чести между правителями, а король Гронхейма всего лишь выставил вместо себя замену.
– Вы вызываете меня? – моля про себя всех богов, спросил Коготь.
– Короля Гронхейма в вашем лице, барон, – покачал князь головой.
– Тогда условия поединка за мной, – злорадно улыбнулся тот. – Я надеюсь, что ваши воины меня потом не прикончат.
– Ты надеешься победить, убогий? – изумлению Тахере не было границ.
– Сталь и магия, – выпалил тот, заметив на себе изумленные взгляды своего окружения. – А с тобой, красавица, мы потом как-нибудь встретимся, – повернулся он к девушке. – И я тебе объясню, что благородных не следует называть убогими. Долго буду объяснять, а потом отдам своим воинам, чтобы объяснили они.
Боги услышали меня, думал про себя Ольд. Не вся магия исчезла с лица Тивалены. Вот и пригодился ему выкупленный много лет назад у одного из купцов артефакт с заключенным в нем заклинанием «ледяное копье». Сколько времени и денег он потратил на то, чтобы научится пользоваться им, и вспоминать не хочется. А чего стоило удержать все в тайне даже от своей семьи? Он уже думал, что все время и золото, потраченное на пляски вокруг небольшого кайсака, вставленного сейчас в его левый наруч, – выкинуты на ветер. Оказалось, нет. Никакие деньги не могут сравниться с самой жизнью.
 
– Сталь и магия? – услышал барон абсолютно спокойный голос князя. – Что ж, это ваше право. Но вот за то, что вы оскорбили Птаху, – глаза стали превращаться в два черных бездонных колодца, – ваше тело останется без погребального костра. Мои воины оттащат его подальше в лес и бросят на съедение хищникам. Освободите нам место, – рявкнул Атей, и вокруг тут же образовался небольшой круг.
– Пит, – повернулся он к магистру. – Обеспечь безопасность зрителей.
– Да, мой князь, – кивнул Непоседа, и по периметру площадки тут же замерцала маревом магическая защита.
– Маги? – от недавней самоуверенности Когтя не осталось и следа. Он понял, что ржавые и кривые ножницы, прикоснувшиеся к его нити жизни, никуда не исчезли.
– Они, барррон, но я не маг, уссспокойтесссь, – обнажая клыки и входя в состояние боя, почти прорычал Атей. – И хватит, наконец, болтать.
– БОЙ, – не медля и мгновения, выкрикнул Ольд и направил в сторону князя левую руку.
Он еще успел увидеть, как его противник отмахнулся от «ледяного копья» левой рукой, как от назойливой мухи, превращая его в россыпь инея и снега. А уже в следующее мгновение через подбородок в его мозг вошло холодное лезвие стилета.
«Он даже не стал обнажать клинки», – было последней мыслью Ольда Когтя, барона Тархо.
– Барон Кемет, – пряча в наруч стилет, в абсолютной тишине повернулся к гронхеймцу Призрак. – Вы принимаете капитуляцию?
– Что? – не понял тот, завороженный самым скоротечным поединком, что он видел за всю свою жизнь.
– Вы согласны на сдачу? Или нужно провести еще несколько поединков?
– Я ваш пленник, ваша светлость, – склонил тот голову. – И думаю, остальные благородные поддержат меня.
– Хорошо, – кивнул Атей. – Тогда войску оставаться на месте. Раненым будет оказана помощь. Айлин?
– Я здесь, мой князь, – подошла девушка.
– С этого момента ты главная над всеми магами жизни в моем войске. Займись.
– Да, мой князь, – кивнула она и тут же исчезла.
– Лигдам, Пайям, обеспечить охрану магов и лагеря.
Бум, бум – стукнули в грудь вайрон и ваиктаирон.
– Рена, в город, – наконец повернулся он к жене. – Они там до сих пор не поймут – это помощь или просто конкурент Гронхейма? И барон, – взлетая в седло Агата, снова обратился он к Кьяму Красному, – прошу вас без глупостей. Крови и так уже много пролилось.
Тот не ответил, а лишь еще раз склонил голову.
За то время, пока войско князя Сайшат сгоняло в кучу гронхеймцев, пока проходил разговор Атея с их командующим и его скоротечный поединок с ним же, зрителей на стенах города прибавилось. Все жители, кто хоть как-то мог помочь последним обороняющимся воинам, видимо, спали здесь же, и теперь, разбуженные звуками боевых барабанов и рогов, они не могли себе отказать в том, чтобы насладиться зрелищем того, как еще вчера наглые и уверенные в себе захватчики превращаются в испуганное стадо жмущихся друг к другу разумных. Как говорится, на всякую силу найдется другая сила. Но ворота тем не менее защитники не открывали, а настороженно наблюдали, как к ним приближается небольшой отряд, возглавляемый воином на черном жеребце.
Треньк! – раздался сухой звук спускаемой тетивы, и со стороны стены, когда отряд остановился буквально в пяти десятках шагов от городских ворот, в этого воина устремилась стрела.
– А в морду? – походя отбивая стрелу стремительно оказавшимся в его левой руке клинком, спокойно произнес Атей.