"Фантастика 2023-76". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

– Тятя-я-я-я, – раздался всхлип от столба. – Я ж не специально. Полночи не спал, вот и сморило.
– А кто тебя заставлял по девкам эти полночи бегать? – припечатал Аским. – Или они тебя силком возле подолов своих держали? Молчи уж, позорник. – Соха снова повернулся к князю и чуть слышно проговорил: – Так-то он толковый малец. Науку мою впитывает, как сухая земля воду. Но заносит иногда. Да и молод еще – девки ум будоражат.
– Вот что, Аским, – выслушав его, проговорил Атей. – Я думаю, он уже понял свою вину. Не след ему стоять здесь. У такого достойного отца просто не может быть бестолкового сына. Ты лучше всыпь ему дома для закрепления урока пару раз вожжами, – на ухо с улыбкой прошептал он. Потом выпрямился и с серьезным видом добавил: – Я рад знакомству с тобой, Аским Соха. Не каждый поступил бы так же, как ты. Для этого нужна не только смелость, нужно иметь честь. Держи, – отцепил он от пояса один из кинжалов, что ему сковал Окалина. – Глядишь, выручит когда-нибудь.
– Спасибо, ваша светлость, – поклонился землепашец, бережно прижимая к груди подарок. – Истинная честь – служивать вам. И я благодарю богов, что в свое время сделал правильный выбор. А теперь позвольте мне забрать этого шалопая.
– Давай, Аским, – улыбнулся Атей. – Только ты не усердствуй дома сильно.
– Я аккуратно, ваша светлость, – наконец улыбнулся и мужик. – Работать мое воспитание ему не помешает, разве только сидеть неудобно и больно будет.
Развернувшись, Соха быстро направился к позорному столбу, где, ловко орудуя подаренным кинжалом, стал срезать веревки с рук сына, приговаривая при этом, чтобы тот благодарил князя, что все так закончилось для него.
– Вот он костяк нашего княжества, – глядя в спину удаляющегося хлебопашца, проговорил Призрак. – Ради вот таких, как он, и стоит лить свою кровь. Им нужно лишь дать нормально работать, и тогда они накормят и своего князя с дружиной, и сами голодными не останутся. Еще и излишки продадут за звонкую монету.
– А вот и матушка, – шутливо произнесла Катаюн, увидев, как из ворот выметаются сначала вайрон в ипостаси волков, а потом появляется небольшая кавалькада, возглавляемая неоседланным Агатом.
Жеребец, едва увидев Атея, радостно заржал, а потом припустил еще быстрее, оставляя далеко позади все свое сопровождение.
– Здравствуй, мой князь, – кивнула Виолин, не слезая с седла, но вдруг радостно взвизгнула, неожиданно оказавшись в руках мужа, который одним стремительным движением оказался рядом.
– Здравствуй, родная, – впился он в ее губы.
– Уф-ф, а я думала, уф-ф, – глубоко вздыхая после продолжительного поцелуя, сказала счастливая Льдинка, – что так и будешь лобызаться со своим Агатом, а про меня и не вспомнишь. Ката, Палак, Птаха, девочки, – обвела она взглядом смеющихся телохранителей Атея, а потом перевела его дальше за их спины, – воины. Здравия всем и с прибытием домой.
И столько было искренности в словах княгини, столько было неподдельного счастья видеть всех их, не только своего мужа, что «мышки» и волки лишь, улыбаясь, кивали и били себя в грудь кулаками, стараясь этими скупыми движениями и своей мимикой выразить всю свою преданность жене своего вождя.
– Бенигна, – повернулась она к гноме. – Пускай стража отпустит этих позорников, – кивнула она в сторону двух оставшихся разумных возле столбов. – И пусть благодарят князя, что он именно сегодня возвратился. А так я еще бы подумала, может, им еще денек на виду у всех постоять?
– Так это они по твоему указу здесь скучают?
– Именно, – кивнула княгиня. – Вон тот напек сдобу, от которой ребятня с горшков не слазила, пока их Аделиан всех в норму не привел. Чуть не потравил детей, злыдень. А второй допился до того, что без штанов по улицам бегать начал, жителей Оплота пугая. – Услышав это, народ жизнерадостно заржал. – Повторится такое, будешь стоять без штанов пару дней, чтоб все успели насмотреться на твое хозяйство.
Последние слова княгини вызвали еще один приступ смеха.
– Пойдем уже домой, муж мой, – наконец улыбнувшись, сказала Виолин. – Насмотришься ещё на свою столицу. Надеюсь, завтра не умчишься?
 
– И я на это надеюсь, милая, – сажая жену в седло, ответил Призрак. – А там как жизнь распорядится. Мы не всегда вольны в своих желаниях.
Княгиня с легкой грустью вздохнула, признавая правоту слов мужа, но тут же снова улыбнулась. Сейчас ее Атей рядом, и надо радоваться каждому мгновению, проведенному вместе, а не унывать, забивая свою голову неизвестным грядущим.
Не было никакого праздника, никакого народного гуляния по поводу возвращения князя. Правитель у них на одном месте не сидит – так что, каждый раз, когда он въезжает в Оплот, бочки с вином из подвалов выкатывать? А работать когда? Да и спиться ненароком можно. Поэтому жители столицы порадовались про себя возвращению Атея Призрака в родные стены. Ну, может, подняли по чарке за его здоровье вечером за ужином (а кто и по две), а утром с новыми силами взялись за свою повседневную работу.
Не стал нежиться в постели и сам князь. Подъем, утренние занятия с острым железом, плотный завтрак, поцелуй жены в губы, поцелуй в ее начавший расти живот – и вот он уже стоит на крыльце своего замка, размышляя, куда направиться в первую очередь.
– Утро доброе, брат, – подошел к нему немного озадаченный Лайгор.
– И тебе того же, – кивнул Атей. – Тебя почему на поляне не было? И на завтраке тоже? И вообще, где Элетра?
– В городе жена, – почесал затылок Узелок. Будто и не альв стоял напротив Призрака, а обычный деревенский мужик, решающий для себя непосильную задачу. – Дом или место под его строительство ищет.
– Не понял, – нахмурился князь, – дом за стеной моего замка?
– Ну да, – непонимающе уставился на него Лайгор.
– Ты слышала, милая? – почувствовав приближение жены, повернулся он. – А еще брат называется.
– Что случилось? – подошла к ним княгиня, не забыв чмокнуть Узелка в щеку.
– Да вот, мой побратим отправил жену в город, чтобы та дом или место под его строительство выбрала.
Треськ, – вслед за поцелуем раздался смачный подзатыльник.
– За что, ваша светлость? – возмутился отскочивший и потирающий затылок альв от Льдинки.
– За дурость, – резко ответила она. – Не такая большая у нас семья, чтобы всем за замковыми стенами не уместиться. Ейган, пошли «стрижа» за Твердыней, будем планировать с ним внутренние территории Княжеского замка. И пусть Яркую найдут, я еще и ей на орехи отсыплю. Выдумали тоже – в городе селиться. Ты куда сейчас, Ат?
– Начну, наверное, с хозяйства Рольфа Подкидыша. Посмотрю, как растет наша смена. Пойдем, Лайгор, – хлопнул он по плечу побратима. – А то вон еще и Кармин идет. И от нее перепадет добавкой, – альв обернулся, увидел подходящую княгиню изгоев, изящно поклонился и, не заставляя себя больше упрашивать, припустил к выходу в город.
– Милый, не забудь, что сегодня в полдень на набережной светское мероприятие, на котором просто обязан присутствовать правитель этих земель, – сказала Виолин, на мгновение придержав мужа за руку.
– Я помню, родная, – улыбнулся он и, еще раз поцеловав жену, отправился в город.
«Мероприятие, – хмыкнул про себя князь. – Да еще и светское». Хотя каким еще может быть открытие первого памятника в столице их княжества, как не светским? Тем более памятник был не правителю, как делали многие короли, герцоги и другие власти предержащие, пытаясь увековечить себя в памяти своих подданных. Многие из них не жалели золота ни на сами статуи, ни на их возведение, чтобы предстать перед своим народом в героическом образе могучего воина, повергающего мифическое чудовище. Или доброго и мудрого владыки, молчаливо взирающего на них с высоты своего постамента. И не важно, что доспехи они надевают всего пару раз в год на балы и приемы. А доброта их ограничивается горстью медных монет, брошенных в толпу. Все те же пару раз в год. Все это не важно. Главное, чтобы народ, бросающий взгляды на их гранитные, бронзовые и позолоченные фигуры, верил в их величие и непогрешимость.