Тени школы Кейбл
— Я потом тебе расскажу.
До дальней части западного крыла дворца, где располагались наши комнаты, было далеко. Мы шли молча, если не считать едва различимых комментариев Виолетты касательно размеров дворца. Из-за нашей связи обе мы нервничали, обеим было неловко.
Что, черт возьми, это было? Это ее дар некроманта? Но я-то почему все видела? И вообще, где Иглен, когда он так нужен?!
Я толкнула дверь, и мы оказались в гостиной, которая была похожа на мою, только выкрашена в более насыщенные тона. Ее окна выходили на восток, где раскинулся ландшафтный сад, а мои — на юг, там виднелись горы и озера.
В комнате нас ждали три служанки и домоправительница. Все сделали реверанс, и домоправительница представилась.
— А это горничные, которые будут прислуживать вашим фрейлинам. Разумеется, когда вы их выберете, — сказала она.
Бедняжка Виолетта Ли побледнела и умоляюще посмотрела на меня, а домоправительница тем временем продолжала рассказывать о прелестях апартаментов.
— Как в дурацком отеле, — услышала я негромкий комментарий Каспара.
— Я думаю, мы будем устраиваться, — перебила я домоправительницу.
Она тут же поняла намек и поспешила удалиться вместе с горничными.
Каспар подошел к большому столу, который помещался в эркере, и налил два бокала крови из светлой закупоренной бутылки, которая стояла рядом с вином. С суровым видом он протянул один из них Виолетте.
— Ты снова видела маму? Что она сказала? — настойчивым тоном спросил он.
Виолетта кротко кивнула.
— Ничего важного.
Я изо всех сил старалась не смотреть на нее, когда почувствовала, как ее решение солгать всплыло в моем сознании, будто его приняла я.
— Мне не хочется пить, — уклонилась Виолетта от протянутого ей бокала.
Вампиры умерли бы, если бы по их венам не текла магия и они не поглощали энергию других. Сердце у них не билось, дышать они не могли. Они вдыхали, только выражая эмоции, словно первобытный инстинкт подсказывал им, что с кислородом все наладится. Но для них это было всего лишь плацебо, это знал даже ребенок-Сейдж. Поэтому когда я услышала, что Виолетта стала дышать быстрее, у меня волосы стали дыбом.
Лицо Каспара потемнело. Глаза же его все это время оставались черными.
— Виолетта! — прорычал он.
Вошедший Фэллон остановился в дверях.
— Пей, — сказал Каспар категоричным голосом и взял ее за плечо.
Виолетта тихо пискнула и попробовала сделать шаг назад, но он крепко держал ее. Она покачала головой и сжала губы, как отказывающийся от еды ребенок.
Она была выше меня, но выглядела такой маленькой и напуганной, что мне захотелось протянуть руку и вырвать ее из лап Каспара. Однако когда он поднес бокал к ее губам, я поняла, что ее пугала кровь, а вовсе не вампир, с которым она была связана.
Я чувствовала ее отвращение. Я не возражала против того, что вампиры пили кровь, но моим единственным желанием сейчас было вырвать у него бокал и выбросить его в окно или вылить содержимое в раковину.
Я готова заболеть, если придется. Есть нормальную еду…
Сдавленно вскрикнув, она сделала несколько глотков и закашлялась, выплюнув бóльшую часть крови, которую Каспар вытер рукавом у нее с подбородка.
— Детка, с этим нужно заканчивать, — пробормотал он.
Я неосознанно отступила назад.
Детка? Как покровительственно…
Эту мысль перекрыл ее трепет в моей груди. Страх отступил, по крайней мере на время, но он всегда оставался где-то рядом, словно легкий отлив, предвещающий новый прилив.
— А вы почему еще здесь?
Грубый тон Каспара вырвал меня из моих мыслей, точнее мыслей Виолетты.
Я подняла на него глаза и несколько раз непонимающе моргнула. Возвышаясь на целую голову, он недовольно смотрел в мою сторону, удерживая Виолетту одной рукой, а другой сжимая наполовину пустой бокал.
— Не смей так с ней разговаривать! — послышался угрожающий голос.
Фэллон, двигаясь со скоростью, не уступающей вампирской, преодолел комнату и, оказавшись рядом, обнял меня за талию.
— Она — Героиня, а не одна из твоих никчемных придворных.
Каспар подчеркнуто медленно поставил бокал на журнальный столик и шагнул к принцу.
— Ты имеешь что-то против того, как я управляю своим будущим королевством, маленький mearc’stapa?
Хотя Фэллон был ниже вампира, он не боялся оскорблений и сделал шаг вперед.
— Вы больше не в Варнли, Ваше Высочество! — прорычал он. — Здесь мы не нарушаем правил, потому что, в отличие от вас, не можем прикрыться тайной нашего существования. Больше у вас секретов нет. Помните об этом, когда находитесь в компании единственных своих настоящих друзей в этой практически безнадежной ситуации!
Каспар коротко выдохнул через плотно сжатые зубы и кивнул.
— Вот видишь? Именно поэтому я ненавижу это место, — сказал он, поворачиваясь к Виолетте. — На каждом углу чертовы подростки читают тебе мораль.
Ее губы растянулись в первой со времени приезда улыбке.
— Приятно знать, что ты так высоко ценишь мое мнение, — презрительно усмехнулась она, скрестила руки на груди и ушла.
Дверь захлопнулась, и я почувствовала, как пол подо мной слегка завибрировал.
— Ах, посмотрите на этих настоящих друзей, вот уж помогли так помогли! — произнес Каспар тем же саркастическим тоном и последовал за Виолеттой.
— Добро пожаловать в Атенеа, кровопийца, — едва слышно пробормотал Фэллон, с шумом выходя в коридор.
Недоумевая, я стояла посреди гостиной. Из соседней комнаты доносились крики, и я чувствовала гнев, который передавался по загадочному каналу, соединяющему меня и Виолетту. Но теперь, когда она была далеко, его оказалось легче блокировать, хотя при желании связь восстанавливалась так же легко.
Кажется, судьба переоценила мои таланты миротворца…
Внезапно комната завертелась, и я схватилась за ближайший диван, чтобы не упасть.
Острая боль пронзила лоб и окружила глаза, вынуждая меня закрыть их. Я едва успела сесть, как мое сознание переместилось далеко за пределы комнаты.
Кри-дом ходил взад-вперед по комнате и бормотал что-то себе под нос. Только этим он и занимался последний час.
Вдруг он повысил голос, резко повернулся и оказался лицом к лицу с сидевшим на диване Нейтаном.
— Почему Виолетта Ли еще жива? Как она оказалась в Атенеа? Почему события пошли не так, как я их предвидел?
Глаза Нейтана следили за тем, как учитель ходит от стены к стене.
— Вы ведь сами говорили, что дар предвидения Отэмн Роуз скоро превзойдет ваш. Возможно, это уже случилось. Может, она увидела ваш план и переиграла вас.
Нейтан замер, когда кри-дом стремительно подошел к нему.
— Тоже мне новость! У меня было две недели, чтобы прийти к этому выводу.
Нейтан вжался в спинку стула, слишком поздно вспомнив, что в присутствии учителя благоразумнее держать защитный щит.
— Именно поэтому мне и нужна Отэмн Роуз. Она настолько могущественна, что способна изменить судьбу и остановить войну. Но она нужна нам живой, ведь только она может свергнуть Атенеа. Зачем мне было убивать бабушку, если не для того, чтобы спровоцировать рост могущества внучки?
Нейтан расслабился, когда кри-дом сел рядом с ним, налил из графина и предложил бокал своему протеже.
— Но я думал, что вы против вмешательства в судьбу… Разве не поэтому вы хотите остановить осуществление Пророчества о Героинях? Вы ведь верите, что нам суждено пережить войну, чтобы потом начать все заново?
Провидец внимательно смотрел на ученика, восхищаясь наивностью его суждений и думая о том, как долго еще у Нейтана будет это детское видение мира… и как его можно уничтожить.
— Что я говорил тебе о смерти людей? Это всего лишь сопутствующие потери, так же как и необходимость изменить судьбу, которую предсказал мой предок Контанал.
Кри-дом вскочил на ноги и подошел к своему любимому окну. Оно выходило на каньон, который был границей тектонических плит, где земля разверзлась и из ее недр вырывался пар, погружавший всю их постоянно растущую общину в вечное облако влаги.