Авиор (СИ)

- Дядя Эрон? - я в очередной раз посмотрел на владельца серых глаз. Только теперь, когда мой взгляд и разум прояснился, я узнал своего дальнего родственника, двоюродного брата сестры, заслуженного юриста Общества, - Зачем ты здесь? 
- Вот те раз... - дядя вскочил на ноги, поднимаясь с кровати, и быстрым шагом начал нарезать круги, затем так же резко остановился и повернувшись ко мне спросил, - Ты хоть понимаешь, где находишься, Майк? 
- Судя по всему в камере, - ещё раз обвёл я взглядом скудную обстановку. 
- В камере... - дядя устало потёр переносицу, а затем пустился в долгое объяснение, - Пропал девять лет назад, ни привета тебе, ни ответа. От твоей невесты я узнал, что ты не явился на собственное бракосочетание. Спасибо, кстати, за приглашение... Благо я потом по своим каналам смог выяснить, что ты был зачислен в корпус Защитников, вот только так пробиться к тебе и не смог. Когда всё же оказался в учебной части, сказали, что тебя перевели в другое подразделение, а какое - не говорят. Секретность. Ладно, думаю, занимается племянник полезным делом для Общества и знать дядю не хочет, да и шут с ним! Но вот проходит много лет, а за мной являются двое в военной форме Корпуса и без всяких объяснений требуют следовать за ними. Везут несколько часов на реплеве куда-то за тридевять земель, через моря и океаны, а затем демонстрируют пропавшего племянничка, который никого вокруг не признает, только бьётся в истерике, калечит персонал. А успокаивается, только если накачать его мощными транквилизаторами. 
- Через океан говоришь? Мы что на базе "Зеро”? Здесь есть установка, я должен... - моя попытка подняться на ноги не увенчались успехом. Скованные ноги не выдержали веса тела, и я полетел на пол. То ли действие транквилизаторов ещё не полностью закончилось, то ли я провёл в отключке гораздо больше времени, чем думал. На помощь мне тут же подоспел дядя, аккуратно подняв и усадив на кровать, вот только на этот раз он не намерен был выпускать меня из своих рук, пресекая любые попытки к перемещению. 
- Майк, ты должен мне рассказать всё! Всё что помнишь во всех деталях, только в этом случае я смогу тебе помочь! 
- Помочь? Как ты можешь мне... - слова дяди я не мог воспринять всерьёз. Мне нужно было к установке, пробить брешь, вернуться... Вот только куда и зачем? 
- Ты находишься под арестом. Скоро тебя будет судить военный трибунал. Закрытое слушание. Я ещё не видел всех материалов дела, но кое-что те ребята, что меня сюда доставили, поведали. Тебе повезло, что твой единственный живой родственник по совместительству ещё и профессиональный юрист-защитник. 
- Судить... Какого... 
- Майк, тебе предъявят обвинение в срыве задания и гибели двух твоих бойцов, понимаешь? Это высшая мера! 
- Я не понимаю. Их гибель - это случайность, совпадение... Какие у них доказательства моей вины? 
- Майк, соберись и послушай меня. У нас очень мало времени! Я не знаю насчёт доказательств, но постараюсь во всём разобраться. А сейчас ты должен рассказать мне всё! Всё что знаешь, ты понял? 
Мысли в голове еле ворочались. Я пытался сложить пазл в голове, выстроить картинку произошедшего, но она разваливалась раз за разом. Я решил начать с конца. Мне нужно выбраться и добраться до установки. Выяснить, кто тот убийца в чёрном. Может даже пробиться в Нимуочь. Что если ещё есть шанс спасти девочек? А если их уже не спасти? Тогда отомстить! Внезапное осознание того, что в случае любого приговора, кроме как оправдательного, я уже никогда не смогу ни вернуться и помочь своим девочкам, ни вернуть убийце должок, помогло. Мысли начали выстраиваться в последовательность. А думать о том, что помогать уже некому я решительно отказывался. Я чуть удобнее уселся, и начал свой рассказ. Слова сами потоком потекли из меня, а начал я издалека, и моя история затянулась надолго. 
*** 
Меня ввели в небольшой зал с высоким потолком. Пространство внутри разделялось на три части. Несколько рядов с креслами были отделены невысокой оградой из дерева, от центральной части зала, где располагалось два стола со стульями. Все они были повернуты к высокой трибуне, которая занимала третью сторону. Удивительная архаичность, если задуматься, - старый зал суда, словно с картинок в исторических хрониках. Но он полностью соответствовал тому месту, где мы находились - древний отреставрированный замок на одном из островов, а ещё был как раз кстати - скоро должно было начаться первое слушанье по моему делу. В зале почти никого не было, кроме двух охранников, что охраняли противоположный вход, от того, через который меня ввели внутрь, а ещё за правым столом меня дожидался мой дядя. Увидев меня, он тут же поднял руку, приветствуя, а затем указал на место рядом с собой. Мои конвоиры тут же отпустили меня и остались охранять второй вход в зал. Пока я пересекал его, внимательно рассмотрел человека, который восседал за вторым столом. Это был представитель стороны обвинения от Общества - молодой парень, примерно мой ровесник, в стандартной форме службы обвинителей. Не самая сложная работа, особо не пользовалась популярностью в Обществе, из-за совсем небольшой нагрузки судебной системы. Потому я думал, что увижу на его месте какого-нибудь старичка. 
 
Я проследовал на своё место, продолжая озираться по сторонам, ведь ничего кроме своей камеры, за те три дня, что мы готовились с дядей к первому слушанию, я не видел. В высоко расположенные окна зала пробивались яркие лучи, наполняя его светом. Я подставил руку под один из этих лучей, ощущая на ней мягкое тепло Солнца. После моего длительного отсутствия, чувствовать его было крайне непривычно, тем более оно ощущалось не таким мощным, как свет от двух далёких звёзд. 
- Майк, соберись, - дядя слегка толкнул меня в бок, возвращая в реальность, и я понял, что совершенно пропустил появление в зале главного судьи и его помощников, а также небольшой шум позади. Обернувшись, я обнаружил, что входная дверь закрыта не до конца и в небольшом образовавшемся зазоре мелькали тени, будто там столпилось несколько людей. 
- Что ж, граждане, приступим! - звонко объявила помощница главного судьи и тот начал свой мерный речитатив: 
- Гражданин Дементьев, встаньте! - я тут же повиновался и выполнил требования, оставшуюся часть обвинений слушая стоя, - Вы обвиняетесь Обществом и корпусом Защитников в множественных нарушения Устава и нескольких Директив, что повлекло за собой смерть двух Ваших подчинённых, граждан Общества. Из-за чего также последовал срыв невероятно важной операции. В том числе Вам предъявлены обвинения в уклонении от правосудия и оказание противодействия при задержании. Вам понятна суть предъявляемых обвинений? 
- Да, Ваша честь, - кратко ответил я, - Позвольте сделать заявление? 
- Прошу, - легко кивнул судья. 
- При моём задержании, неизвестным мне мужчиной в форме чёрного цвета было применено оружие в отношении троих разумных, что привело к их гибели... 
- Протестую! - тут же вскочил Обвинитель со своего места, - Сторона защиты не смогла предоставить никаких доказательств в подтверждение озвученных слов. 
- Протест принимается, - немедленно среагировал судья, - Подсудимый, Ваше заявление мало того, что не имеет под собой оснований, так ещё никак не связано с предъявленным Вам обвинениям. Впредь попрошу дважды подумать, прежде чем озвучивать подобное. Вам всё понятно? Или хотите что-то добавить? - мне много чего хотелось высказать этому судье и всем присутствующим, но вспомнив слова дяди, утверждавшего, что никто меня и не послушает, я лишь отрицательно покачал головой. Я сделал попытку, но она оказалась безуспешной, так что дальше я соблюдал регламент и держал язык за зубами. Дядя Эрон изучая материалы дела был уверен, что обвинение не владеет достаточным количеством доказательств и в суде дело развалится, мне лишь нужно было изредка честно отвечать на задаваемые вопросы, а по большей части молчать и слушать. 
Судебный процесс продолжился и всё пошло по схеме, которую мне в точности и заранее объяснил мой защитник. Обе стороны выдвигали, предлагали и выносили на рассмотрение в суде те или иные доказательства, предоставляли документы, выписки из личного дела, характеристики, приказы и регламенты, аргументируя, оспаривая и указывая на все "за" и "против" относительно всех приобщаемых к делу материалов. Когда с документальной частью закончили, в зал начали приглашать свидетелей, половина из которых была вызвана по нашему требованию.