Авиор (СИ)
Шеф коротки кивнул услышанному, хотя это больше походило на то, что его голова просто упала на грудь, а затем медленно, словно нехотя, поднялась обратно. После чего он покинул таверну, а Кэт шумно выдохнула и закрыла лицо руками. Я мог плохо понимать в женской психологии, но лезть с расспросами не стал, лишь присел рядом и аккуратно обнял. К нам присоединилась и Анги, которая так же молча обняла уже нас обоих. Это было так удивительно, как для ребенка вообще, так и конкретно для этой очень активной и болтливой девчонки. Прислушавшись, я различил как шумно дышит Кэт, пытаясь справиться со слезами. Но уже через пару секунд она ненавязчиво освободилась из наших объятий, молча налила себе маленькую рюмку и тут же опрокинула внутрь себя.
- Кэт, расскажешь? - спросил я только после того, как она ещё раз повторила процедуру с опустошением рюмки.
- Завтра с утра к шефу. Я подготовлю тебя к разговору с ним. Не пугайся, он так-то хороший мужик, хоть и немного въедливый, - часть слов из её спича я не понял, но суть уловил, лишь кивая в ответ. Поняв, что на этом пока всё, решил намекнуть, что ждал другого ответа.
- Расскажи про бандитов. Я видел столбы, - стоило мне это сказать, как она резко обернулась, буравя меня взглядом. По правой щеке стекала одна единственная слезинка, но такая крохотная, что не добралась даже до середины щеки, впитываясь в кожу.
- А рекрутёров? - увидев, как я отрицательно мотнул головой, она тут же запричитала, - Вот так и знала, что надо было тебя отсылать раньше и на дольше. Не усидел на месте. Ладно хоть с ними не столкнулся.
- Кэт?
- Были бандиты, да все вышли, - грустно, и как-то слишком резко ответила она.
- Вышли? Куда? - то ли я не понял оборота речи, то ли неправильно перевёл её слова.
- Ангел, верни пожалуйста остатки ноги на место, а затем оттащи всю посуду на кухню в мойку!
- Но, Кэти, я тоже хочу послушать про бандитов и рекрутёров! И так целый день просидела взаперти! - грозно притопнула ногой Анги. Жест был очень похожим на то, как это делала сама Катрайона, что заставило девушку улыбнуться. Но всего лишь на мгновение. Затем её лицо снова стало суровым, а маленькая Анги склонив голову, снова подхватила ногу вяленого мяса, которая изрядно поуменьшилась, закинула её на плечо и потопала в сторону кухни вызывающе медленно. Катрайона смотрела ей вслед и спокойно дожидалась, пока девочка не исчезла за дверью, лишь после этого начав вещать в пол голоса, даже не оборачиваясь на меня.
- Рекрутёры приехали рано утром. Кто-то доложил им о нападении банды, но они как обычно опоздали. Если бы не ты, они бы приехали к сгоревшему городу, чёртовы засранцы! Зато в спасённый город заезжали будто герои-победители. Недолго поговорили с шефом, поспрашивали некоторых очевидцев, а затем устроили суд. Хотя это сложно было так назвать. Сказали, что по законам военного времени имеют право судить на месте и тут же приводить приговор в действие, а затем... - Катрайона снова отрывисто задышала, но через пару секунд успокоилась и продолжила, - Затем они заставили мужчин вкапывать столбы вдоль дороги, и развешивать на него тела.
Я не торопил её с рассказом, внимательно слушая. Возможно, я упускал какие-то детали, из-за недостаточного знания языка, но всё же, как мне казалось, основной посыл улавливал. И чем дальше Кэт рассказывала, тем больше эти "рекрутёры" мне не нравились. Для человека, выросшего в Обществе, агрессия и злость были чем-то чуждым и далёким, но я начинал жалеть, что послушал девушку и не остался здесь в городке. Бандиты были мерзкими людьми и заслужили муки, что я доставил им ранениями. Но смерти не заслуживал никто из них. Вообще никто. И чем больше я думал над тем, что сотворили пришедшие в город рекрутёры, тем больше во мне утверждалась уверенность, что я бы без всяких сомнений проделал в них тоже несколько отверстий. Ведь чем они по сути отличались от тех же бандитов?
- А как только мужчины закончили с работами, они забрали с собой почти всех, тех кто мог стоять на ногах и перемещаться, и погнали их в вербовочный лагерь. А нам же объявили, что они теперь солдаты на войне за независимость нашего Анклава. Знать бы ещё что Анклав, и что за дрянь стоит там во главе? - Катрайона сдерживалась изо всех сил, она сжимала и разжимала кулаки, а слёзы, уже наполнившие глаза были готовы вот-вот сорваться вниз, солёными струйками расчерчивая её усталое и запылённое лицо.
- Война? Кто? И с кем? - услышав это страшное для себя слово, я пытался собрать мысли в кучу, но по мере рассказа девушки, вопросы только накапливались в моей голове.
- Да кто бы знал, Майк. Мы постоянно с кем-то воюем. Я уже не припомню времен, когда бы у нас было спокойно. И на самом деле, время до прихода рекрутеров, можно было бы назвать относительно мирным. Да, где-то громыхало вдалеке, - с этими словами я слегка напрягся, пытаясь понять, говорит ли девушка о взрыве Извлекателя, или каком-то другом, но она не смотрела на меня, и уловить это в её взгляде я не смог, - Но сколько я себя помню, всегда так было. Вот только никогда у нас не забирали всех мужчин. Ты думаешь женщины сегодня просто так скорбели и напивались? Все знают, что с войны почти никто не возвращается. А если и возвращается, то инвалидом. Физически или духовно. Это была не пьянка, а поминки.
- Зачем же тогда мужчины пошли? Почему женщины их отпустили? - недоумевал я. Не знаю, насколько правильно я задал вопросы, но Кэт посмотрела меня как на маленького несмышлёныша, спрашивающего то, на что ответ очевиден. Это было бы так, если бы я вырос тут. Но для этого мира я был чужим. А становиться своим, после услышанного, мне уже совсем не хотелось.
- Потому что им угрожали оружием. Потому что попытаешься сопротивляться, и по началу они может быть уйдут, но потом вернутся численностью в десять крат больше, и всё равно заберут всех, кого захотят. Только вместе с тем убьют и всех остальных, а ещё сожгут дома и вытопчут все поля.
- Что за безумие? Зачем это всё? - моё недоумение возросло до такого уровня, что, даже будучи человеком-плюс, у меня от подобных мыслей заболела голова. Я не видел никакой логики в словах этой девушки, но не мог не поверить. Заметив, что Кэт опять смотрит на меня, как на маленького глупого ребёнка, я увидел в её глазах так много личной боли, что поспешил задать ещё один вопрос, - Ты кого-то потеряла, да?
- Мгм, - она часто закивала, закусывая нижнюю губу и склоняя голову, будто воспоминания доставляли ей физическую боль, - Сначала ушёл отец. Потом оба брата. А затем и жених. Мама с горя запила, а потом в одну ночь просто не проснулась. И всё это осталось на мне, - девушка вдруг резко подняла голову и посмотрела мне в глаза, - Ты никуда не пойдёшь, слышишь? Ты останешься здесь и будешь нам помогать, и будешь нас защищать, понял? - Кэт схватила мою руку и держала так крепко, что даже попытайся я её оторвать, сомневаюсь, что это у меня вышло бы, - Мы должны подготовиться к твоей завтрашней встрече с шефом.
Кэт поднялась на ноги. Она не старалась больше сдерживать слёзы, позволяя тем течь по щекам, а вместо этого переключила своё внимание на другое, задавшись целью. Всё так же, не отпуская моей руки она двинулась на кухню, а я вслед за ней. Анги что-то притихла, а ведь она тоже хотела послушать это скорбную историю о своих родственниках и о своём родном мире. Но стоило Кэт приоткрыть дверь, как мы её сразу же обнаружили. Девочка спряталась за дверью, подслушивая. Она тоже тихонечко плакала, но из-за длинного дня, большого количества переживаний, попросту не заметила, как уснула. Не спрашивая, я поднял её на руки и понёс вслед за Кэт, которая впервые привела меня в свою с сестрой комнату и указала на небольшую кровать, в которой та спала. После этого она отлучилась, велев мне идти в зал, вернуть все бутылки за стойку и убрать со столов. А сама в это время отправилась умываться.
Через минут пятнадцать, когда я закончил только с половиной зала, она появилась чистая, опрятная и собранная. По ней нельзя было сказать, что ещё совсем недавно она громко горевала и плакала, а её нынешний взгляд уж очень походил на учительский. И это было действительно так, Кэт планировала прочитать мне целую лекцию, перед тем как отправить завтра на встречу, и намеревалась, чтобы я выучил каждое слово назубок.