Сердце змеи (СИ)

– Будет тебе, – сказала Симона с сочувствием. – Завтра рано вставать на учебу, не увлекайся.
Миранда отрешенно кивнула. Вопреки опасениям, она не начала тут же биться в жутких корчах или предсмертных конвульсиях, и боли не было, как и каких-либо изменений. Впрочем, если этот яд убивает за семь дней, сейчас он и не должен особо проявиться…
– А теперь расскажи мне, что произошло, – потребовала Симона, садясь рядом, и Миранда мысленно усмехнулась, начиная понимать замысел той. Так Лефевр специально взяла именно медовуху – решила напоить ее, чтобы было легче добыть нужную информацию?
– Оуэн напал на меня. Сейчас, после ужина, – тусклым голосом сказала она. – Кажется он всерьез собирался прикончить меня. Если бы не Том, я бы…
– Где Оуэн сейчас? – перебила ее Симона. Миранда поглядывала на нее украдкой и поражалась, как буквально на глазах менялся облик бывшей одноклассницы. Пропало без следа наивно-восторженное выражение, глаза стали холоднее и отчужденнее, в них появился стальной блеск, у губ залегла складка, придававшая миловидному лицу что-то циничное. Симона сразу стала старше, на семнадцатилетнюю девушку она больше не походила, и сейчас ей можно было дать лет двадцать пять-тридцать, несмотря на совсем юное лицо, которое странно не вязалось с жестким, оценивающим прищуром глаз. Эта молодая женщина была совершенно другой, незнакомой.
И – черт возьми, Том оказался прав! – опасной.
– В Больничном крыле, – выдала она самый логичный ответ. Симона косо взглянула на нее и отпила из своего бокала.
– Никак не могу понять, что же Реддл в тебе нашел, – наконец сказала она, задумчиво покачивая кубок, и в ее голосе еще сильнее, чем обычно, прорезался французский акцент. – Ради чего он так старается? Не похож он на человека, который клюнет только лишь на симпатичную мордашку. Ну, сражаешься ты неплохо, но что еще-то? Ты же просто высокомерная, бесчувственная дохлая рыба, которая живет в мире своих фантазий! Смотреть не на что…
Миранда взирала на нее молча, и Симона, заметив этот взгляд, усмехнулась.
– Удивлена? Не стоит. Знаешь, это ведь я тебя перенесла в 1944 год. Ты должна была сдохнуть там, в своем времени, а я дала тебе вторую жизнь – королевский подарок, не так ли? И так по-идиотски было с твоей стороны отправиться в школу! Из всех мест на свете ты выбрала именно Хогвартс, где учимся мы с Оуэном! Похоже, лоа* были на моей стороне, и после неудачи с твоим перемещением ты сама пришла к нам!
Несмотря на выпитое вино, в горле у Миранды снова пересохло.
– Зачем тебе было вытаскивать меня из моего времени? – спросила она тихо. – Зачем тебе этот заряд магии, который я сейчас храню? Зачем тебе, могущественному магу-вудуисту из Америки, помогать Гриндевальду?
Симона посмотрела на нее изучающе. Видеть это знакомое лицо с таким холодно-оценивающим выражением было так дико, что Миранде все казалось, что Симона надела карикатурную маску. Или что кто-то незнакомый выпил Оборотное зелье и превратился в ее одноклассницу. Но уж точно не то, что перед ней сидела та самая Симона Лефевр, чьи умственные способности всегда вызывали у Миранды изрядный скепсис!
Черт, а права эта ведьма – нельзя быть настолько высокомерной, чтобы потом внезапно не обнаружить врага в такой непосредственной близости от себя…
– Хм, а ты, оказывается, не только в том, что касается учебы, мозгами шевелишь? Что ж, отвечу. Гриндевальд казался мне перспективным союзником. Я не вполне согласна с его философией, но это не так важно. Я собиралась помочь ему стать сильнее, получить уже наконец-то власть над Европой. Уж тогда бы я смогла развернуться, как мне хочется, я бы столько всего смогла осуществить!
– Примеряешь на себя роль серого кардинала?
– Можно и так сказать, – не стала спорить та. – Но Гриндевальд меня разочаровал, в последние месяцы утратил чувство всякой меры, и что-то мне уже не верится, что он добьется своего. Так что я решила, что заберу твою магию себе. Не совсем то, что я планировала, но не пропадать же добру?..
– А… Оуэн? – поинтересовалась Миранда, глядя на нее во все глаза. Возникшее где-то на краю сознания подозрение крепло все больше, и оставалось только подтвердить его. – Получается, в вашей паре главная именно ты, не он?
 
– Ну разумеется, – Симона снисходительно улыбнулась. – Оуэн милый мальчик, и влюблен в меня по уши, но этого ребенка еще воспитывать и воспитывать. Но он хорошо поддается манипуляциям, все эти месяцы я управляла им, как считала нужным.
– Сколько тебе лет? – спросила Миранда прямо. – Не семнадцать, это очевидно. Ты гораздо старше и опытнее. Так сколько?
Лефевр чуть прищурилась.
– Недавно исполнилось сорок, – сообщила она невозмутимо. – Есть некоторые полезные ритуалы, чтобы продлевать молодость, и я ими охотно пользуюсь. Ты права, я занимаюсь магией вуду больше четверти века, я достигла в ней таких высот, которые в Новом Орлеане никому и не снились… Но мне захотелось расширить свои возможности, добиться чего-то еще более значительного… Признаюсь честно, достичь высот в одиночку мне было бы сложно. Стоило отыскать кого-то могущественного, чтобы прибиться к нему и с его помощью, мягко манипулируя и подталкивая в нужном направлении, стать сильнее и могущественнее самой.
– Амбиции у тебя серьезные, – одобрила Миранда, рассматривая эту новую Симону и спрашивая себя, могла ли она в течение года догадаться, кто перед ней на самом деле. Или же Лефевр на самом деле такая потрясающая актриса? – Раз ты выбрала самого известного темного мага столетия.
– Не люблю мыслить мелко, – охотно согласилась Симона, улыбнулась ей белозубой улыбкой и вновь отпила из бокала. – Геллерту понравились мои способности, он увидел в них потенциал несколько лет назад, но поначалу не особо мне доверял – потому и отправил в Хогвартс присматривать за Дамблдором. Я понимаю, почему он поступил так – кому придет в голову подозревать одиннадцатилетнего ребенка? Шесть лет я доказывала свою преданность и полезность, и вот наконец прошлым летом он позволил мне заняться Ритуалом Призыва в качестве эксперимента и выделил помощников – и надо же было так все испортить! Сама виновата, сделала ошибку в заклинании, и тебя забросило куда-то вообще не туда. Дальше объяснять?
– Не нужно, – она пожала плечами. Голова кружилась, сухость во рту становилась все неприятнее – похоже, отрава все же начала свое действие?.. – Остальное Оуэн мне уже рассказал.
– Молодец, – Симона в задумчивости кивнула, поставила пустой бокал на парту и без дальнейшего перехода нацелила на Миранду волшебную палочку. – Перейдем к делу. Во-первых, я хочу получить назад мой кулон. Этому украшению больше сотни лет, так что не обессудь – мне будет жаль, если оно пропадет. Во-вторых, сегодня ты умрешь. Предполагалось, что мы с Оуэном останемся в Хогвартсе, и потому убивать тебя здесь было нельзя, но сейчас это уже не важно, школу мы покинем. У тебя два варианта – либо ты спускаешься со мной в подземелье сама, где я убью тебя быстро и безболезненно. Либо я сейчас вытащу из тебя душу, а потом убивать буду долго и неприятно – потому что ты слишком сильно надоела мне за эти месяцы. Что выбираешь?
Поборов дурноту, Миранда закинула ногу на ногу, с интересом разглядывая колдунью напротив. Значит, она назвала ее высокомерной дохлой рыбой?..
– Давай похищение души, – выбрала она и широко улыбнулась помрачневшей Симоне, явно не ожидавшей такой реакции. – Давно хотелось посмотреть, как ты выполняешь роль дементора.
Лефевр угрожающе сощурила глаза и сделала взмах волшебной палочкой. Миранда, хотя и знала, что яд должен был подействовать, все равно внутренне сжалась, ожидая чего-то жуткого, но… ничего не произошло.
 
Симона нахмурилась и повторила движение, но опять ничего не добилась. Миранда, испытывая все большее головокружение, достала собственную палочку. Лефевр ощутимо напряглась и уже хотела произнести Обезоруживающее заклинание, но Миранда лишь спокойно произнесла: «Люмос». Никакой реакции.