Сердце змеи (СИ)

– Том, это действительно неважно, из какого года! Я буду жить еще очень нескоро, не через десять лет и даже не через четверть века. Я из такого далекого будущего, что в моем времени имя Гриндевальда почти канет в забвение!
Реддл уставился на нее, не скрывая удивления, явно не в силах поверить в услышанное. О том, что о Гриндевальде мало кто будет вспоминать через пятьдесят лет потому, что дни его террора уже сочтены, а печальную славу Гриндевальда затмит кое-кто другой, она решила пока не сообщать.
– А как же зона боевых действий, в которой ты жила? – осведомился Том едко, явно начиная злиться от осознания, сколько лжи она ему наговорила. – Как же твои боевые навыки, которым тебя обучали, чтобы сражаться с опасным темным волшебником?
Упс, возможно, с предыдущим выводом она слегка поспешила…
– Я не врала, – Миранда пожала плечами, надеясь, что это выглядит достаточно непринужденно. – Через много лет на место Гриндевальда придет другой темный волшебник, только и всего.
Реддл не спускал с нее глаз, пытаясь понять, врет она или нет, и Миранда без труда разглядела в них алые всполохи, из-за чего глаза Тома становились похожи на пылающие угли. Понимая, как он должен сейчас злиться – ведь он даже легилименцию не мог на ней использовать – Миранда быстро сказала:
– Я не лгала тебе тогда, когда мы это обсуждали. Мы же обещали в ту ночь отвечать честно… Я сказала, что перенеслась в Англию и не могу ее покинуть – и я почти не соврала. По большому счету, так оно и есть, и я действительно заперта здесь. Только не в Англии, а в этом времени.
– Ты хочешь вернуться назад? – спросил он внезапно. – Почему? Ведь там идет война, твоя жизнь превратилась в хаос.
«Да, и ты весьма удивишься, если узнаешь, кто тому виной», – мысленно усмехнулась она.
Или не удивишься.
Миранда моргнула – не потому, что не ожидала этого вопроса, а потому что внезапно осознала, что сама толком не знает, как на него ответить.
– Наверное, хочу, – ответила наконец она медленно, пытаясь разобраться во внезапно хлынувших на нее чувствах. – Пусть война, но там осталась вся моя жизнь. Там мой дом, мои близкие, моя битва. Там все, что было для меня важно. И я даже не знаю, как говорить об этом сейчас. Меня там нет уже полгода – сколько всего могло произойти за эти шесть месяцев?! Или я совершенно зря задаюсь этим вопросом, ведь, если рассуждать логически, моей семьи, моих друзей еще и на свете нет! А мое перемещение? Получается, я должна сказать спасибо этим прислужникам Гриндевальда за спасение моей жизни?! Ты же сам слышал – если бы не этот чертов ритуал, я бы умерла при взрыве, и помочь мне никто бы не смог!..
Она запнулась и замолчала, погрузившись в невеселые мысли, и очнулась, когда Том внезапно произнес:
– Неожиданно, что именно ворон.
– Да, – Миранда слабо улыбнулась. – Почему-то именно к этой птице у меня особенная расположенность. Не только в анимагии…
– А в чем еще?
Она помедлила и вытащила волшебную палочку. Почему бы и нет?.. Сосредоточившись, она вызвала в памяти воспоминание, когда отец похвалил ее за то, что она освоила анимагию – было видно, как он гордится ею, и ради этого момента Миранда многое была готова отдать.
– Экспекто Патронум!
Серебристый ворон вылетел из палочки и сделал круг по комнате. Миранда ощутила дуновение теплого и сухого воздуха, полюбовалась серебряным светом и взмахом рассеяла птицу. Потом поймала взгляд Тома – он казался впечатленным.
– Вилкост с ума бы сошла от счастья… – он хмыкнул, а потом внезапно, без дальнейшего перехода спросил. – Именно так тебе удалось подкрасться и оглушить меня в тот вечер у озера? Поэтому я не заметил твоего приближения?
Миранда шумно выдохнула, но отпираться не стала.
– Да.
– Зачем ты это сделала? – требовательно осведомился он.
– Не хотела, чтобы ты меня заметил. Ты мог догадаться, что я анимаг, – ляпнула она первую ложь, что пришла на ум. Редлл приподнял одну бровь, и Миранда пояснила. – Я часто так летаю. Мне это нужно, я обожаю ощущение полета. Метлы – это не мое, а вот облик птицы…
 
– А тогда на Астрономической башне? – внезапно спросил он чуть более резко, чем раньше. – После Тайной комнаты? Получается, ты не пыталась покончить с собой?
– Конечно, нет! – Миранда усмехнулась. – И я говорила тебе это с самого начала, просто ты мне не поверил! Я действительно хотела прыгнуть с башни, но я бы не разбилась. Мне нравится это ощущение – когда прыгаешь с большой высоты в облике человека. Сначала идет свободное падение вниз, в бездну, а потом ты трансформируешься и чувствуешь, как тебе покоряется стихия, что для тебя больше нет ничего невозможного…
Она мечтательно прикрыла глаза, вызывая в памяти это ощущение полной эйфории, невероятного восторга, чувствуя, как быстрее стучит сердце. Возможно, стоило сосредоточиться именно на этих воспоминаниях при вызове Патронуса – тогда от серебристого света они с Реддлом бы просто ослепли, таким ярким от ее положительных эмоций он бы получился…
В следующее мгновение она почувствовала, как ее за руку выдергивают из кресла, и она обнаружила, что Реддл стоит прямо перед ней, и теперь она буквально уткнулась ему в грудь.
– Что ты…
– Ты ненормальная, Соммерс! – выдохнул он растерянно. Темные глаза мерцали, ко впалым щекам прилила кровь от каких-то сильных эмоций, с которыми Том в данный момент не мог совладать. От его невероятной, фантастической красоты Миранда в который раз позабыла, как надо дышать.
– Это упрек или похвала? – спросила она наконец чуть слышно.
– Я сам не знаю! – Реддл взволнованно дотронулся до ее головы и запустил пальцы ей в волосы. От неожиданного приятного ощущения Миранда закрыла на секунду глаза и едва не замурчала. Следующие слова Том произнес отрывисто, резко, точно не в силах справиться с собой. – Я только знаю, что схожу с ума, когда вижу тебя такую!
Изумленная Миранда хотела было спросить, какую «такую» он имел в виду, но не успела – Реддл закрыл ей жарким поцелуем рот, и все остальное вновь потеряло для нее значение.
========== Глава 30 ==========
Миранда и оглянуться не успела, как пролетело несколько недель. И хотя ей казалось, что та январская суббота еще долго будет давать о себе знать, школьная жизнь удивительно быстро вернулась в привычное русло. Дамблдор возвратился в школу на следующий же день, а «Ежедневый Пророк» напечатал опровержение, что никакого Гриндевальда в Англии не видели. Малькольм Дэвис пролежал почти полторы недели в больнице с тяжелыми переломами и ушибами – а чего еще можно было ожидать, когда игрок в квиддич упал с высоты почти тридцать метров, пытаясь выполнить сложный трюк на своем «Чистомете»? Сам Дэвис, придя в себя в Больничном крыле, подтвердил, что решил воспользоваться ясной погодой и с утра потренировать несколько новых фигур – но, как выяснилось, виражи оказались слишком сложными. Еще несколько старшекурсников с разных факультетов жаловались на дезориентацию в пространстве и головную боль – однако ничего серьезного или опасного, и их состояние мисс Блумфилд списала на переутомление и большую нагрузку в учебе.
Больше всего руководство школы взволновал прорыв защитного поля вокруг Хогвартса, которое полностью подчинялось директору. Завхозу Принглу и домовым эльфам было приказано перерыть весь замок, все потайные туннели и коридоры сверху донизу в поисках злоумышленников, которые могли пробраться в Хогвартс. В течение следующих дней Миранда видела из окна, как Диппет, Дамблдор, Хиллиард и пара колдунов из Министерства оккупировали небольшой пятачок неподалеку от Запретного леса и что-то внимательно там исследовали. Миранда опознала в этом месте ту самую точку, куда Этьен и его подчиненные перетащили своих раненых и откуда трансгрессировали. Хммм, подойди профессора чуть ближе к замку, спустись они к озеру – и наверняка смогли бы обнаружить следы магического сражения, но… Этого никто не сделал, поиски Прингла и домовиков никаких плодов тоже не дали, и через какое-то время Диппет в Большом зале во всеуслышание объявил, что тревога оказалась ложной. То есть защита действительно почему-то разрушилась именно в этой точке, но чужой злой умысел тут обнаружен не был. Видимо, охранные чары давно не обновляли, и они истощились сами собой.