Сердце змеи (СИ)

Когтевранец запнулся, а потом неожиданно расправил плечи, коснулся синего с бронзовым галстука и выступил вперед. Ричард наблюдал за ним с удивлением.
– А… Я Майкл Корнер, сэр, – представился тот взволнованно. – Мы с Мирандой хорошо общаемся… И я вчера пригласил ее на свидание. Наверное, будет лучше, если я сразу вам это скажу…
«Здрасте-приехали, – подумалось Ричарду, который к появлению кавалера Миранды оказался как-то не готов. – А этот плюшевый медведь откуда еще взялся?»
– И она согласилась?..
Поттер отводил глаза, и вообще было заметно, что он предпочел бы очутиться где-нибудь в другом месте, а бедный Майкл Корнер под мрачным и не предвещающим ничего хорошего взглядом Ричарда сначала побледнел, а затем густо покраснел.
– Д-да…
«Похоже, я совсем ничего не знаю о вкусах моих дочерей. Причем ни старшей, ни младшей».
Интересно, что сказала бы Амелия об этом Корнере? У женщин в таких вопросах как-то лучше развита интуиция…
– Ясно, – стращать парня он не собирался, сейчас были куда более важные дела. Спасти Миранду из лап Волдеморта, к примеру… – И к каким же выводам вы со своим Отрядом пришли? Мистер Поттер?
Тот виновато покачал головой.
– Пока ни к каким, мистер Фрост. Похоже, Волдеморт с самого начала задумывал похищение Миранды… То есть она не просто попалась под руку. Значит, это было нужно для того, чтобы шантажировать вас…
«Об этом я и так знаю, гений».
Тем не менее, привычным волевым усилием он спрятал раздражение и кивнул Гарри.
– Спасибо, что решили предупредить меня, мистер Поттер, мистер Корнер. Возможно, ваша информация еще окажется полезной.
Сам Ричард в этом сильно сомневался, но молодые люди приняли его серьезный вид за чистую монету. Попрощавшись с семикурсниками, Ричард поспешил в директорский кабинет.
Ничего по-настоящему полезного, что могло бы помочь в спасении Мири, он так и не выяснил, а время меж тем утекало сквозь пальцы.
***
В кабинет начальства он вошел, когда там вовсю шло обсуждение – причем собрались все те же лица, что на вчерашнем совещании. При появлении Ричарда голоса смолкли, но он как ни в чем не бывало кивнул всем присутствующим и занял свое место за столом переговоров.
– Целители осмотрели тело Сэвиджа, – продолжил Гавэйн Робардс, получив утвердительный кивок Фонтейна, и зашелестел пергаментом. – Причиной смерти стало Убивающее заклинание, в этом они уверены. Но, помимо того, у Эрика обнаружили многочисленные кровоизлияния в голове – следствие слишком глубокой легилименции… Ему буквально выжгли мозг. Целитель Асклепиус считает, что, останься Эрик жив – его можно было бы подселять в палату к Лонгботтомам.
Фонтейн в сердцах саданул кулаком по столу и выругался.
– Что-нибудь еще? – поинтересовался Кингсли хмуро.
– Малфои до сих пор не приходили в себя, но исследования целителей показывают, что состояние хотя и тяжелое, но стабильное…
Не дав заместителю договорить, Фонтейн емким непечатным выражением сформулировал, где он видал Малфоев всем семейством.
– Помрут – туда им и дорога, – договорил он холодно, и несколько мелких шрамов на левой стороне его лица стали будто глубже и резче. Остальные не стали возражать даже из соображений дипломатии. – Что у нас еще из новостей? Фрост, правильно я понимаю, что вы уходите в вынужденный отпуск?
– Правильно.
Фонтейн поморщился, но промолчал. В отношениях с Ричардом у них всегда ощущался заметный холодок – изначально только лишь из-за того, что грубоватому, прямолинейному, очень преданному своему делу Фонтейну не нравился фростовский показной аристократизм, который шел в одной связке с увлечением Темными Искусствами. Но два года назад противостояние обострилось: ставший министром Руфус Скримджер предложил место начальника Управления мракоборцев Ричарду, что для карьериста Фонтейна оказалось весьма чувствительным ударом. Но Ричард отказался, поскольку должность начальника предполагала слишком много кабинетно-бумажной работы, в то время как Фрост предпочитал сугубо оперативную, да и в принципе любил держаться особняком. Только после этого Скримджер выбрал кандидатуру Оливера Фонтейна, и тот до сих пор видел в сослуживце конкурента.
 
Ричарду это казалось чепухой, поскольку место начальника Управления его мало интересовало, и он старался поддерживать с Фонтейном подчеркнуто-нейтральные отношения. Что ни говори, а мракоборцем Оливер был талантливым – решительным, умным, опасным в бою, а ценить в людях профессионализм Ричард умел. Пожалуй, сейчас, во времена очередного восхождения Волдеморта к власти, лучшего человека, который возглавил бы Управление, было не найти. Фонтейн временами, конечно, отличался излишней резкостью и жесткостью – но, может, иногда без этого не обойтись…
– Но я бы предпочел быть в курсе событий, – договорил Ричард. – Насколько это возможно. Я пока слабо представляю, каким образом Волдеморт собирается контролировать, как я исполняю его требования, но…
– Мы уже начали проверку сотрудников Министерства, – сообщил Кингсли хмуро. – Почти наверняка фальшивый Сэвидж за это время успел наложить на кого-то Империус, чтобы заполучить шпионов в разных отделах… Но здесь работают больше сотни волшебников, и проверка их всех займет не один месяц.
– Нам удалось скрыть от журналистов случившееся, – это заговорил заместитель Фонтейна, Гавэйн Робардс, заглядывая в записную книжку, которую всегда носил с собой. Вид у него был чрезвычайно удрученный. – По официальной версии, к исчезновению Миранды Фрост приложили руку Пожиратели Смерти, кто до сих пор на свободе…
– Но это же хорошо? Что «Ежедневный Пророк» ничего не узнал? – не понял Артур Уизли, от которого также не укрылся угрюмый вид Робардса.
– Проблема в том, что этим утром двое магглов в пригороде Белфаста видели двух мужчин, похожих по описанию на Долохова и Трэверса, – Гавэйн говорил, то рассматривая что-то в своей книжке, то поглядывая на начальника, но тот молчал и никаких комментариев не делал. Сам Ричард слышал об этом впервые, но слушал вполуха. – Мы отправили нескольких мракоборцев проверить. Разумеется, со всей возможной осторожностью, ведь есть вероятность, что они скрываются все вместе – Долохов, Селвин и Трэверс. Лучше всего было бы, если бы вы, Фрост, лично туда отправились, но раз так сложились обстоятельства… И меньше всего нам нужно, чтобы завтра в «Ежедневном Пророке» вышла статья, что похитившие студентку из Хогвартса Пожиратели теперь откуда-то взялись в Северной Ирландии. Журналистам только повод дай полить грязью работу Министерства вообще и Управления мракоборцев в частности.
– Ясно, – Кинсгли с хрустом сжал пальцы. – Значит, ждем новостей из Белфаста и проверяем тихо и незаметно сотрудников Министерства. Прямо сейчас нам больше ничего не остается. Ричард… Все будет хорошо. Миранда – девушка сильная… Поттеру она часто помогала во всяких безрассудных затеях. Так просто ее не сломаешь.
Остальные – за исключением Фонтейна – тоже промычали что-то утвердительное и собирались уже подниматься из-за стола, но Ричард их остановил. Едва кивнув на слова Бруствера – обычно Ричард куда лучше владел искусством лицедейства, но сегодня железное самообладание явно трещало по швам – он сухо обронил:
– Мы должны еще обсудить судьбу Малфоев.
– По-вашему, у нас сейчас других дел не хватает? – осведомился Фонтейн язвительно, на что Ричард покачал головой. – Что вы предлагаете, Фрост? Выплатить им компенсацию за нападение?
– Не в этом смысле, – обычно сарказм начальства он просто игнорировал, но сейчас совсем некстати внутри начало разрастаться чувство раздражения. Ричард попытался незаметно сделать глубокий вдох и говорить спокойно. Надо взять себя в руки и затолкать подальше любые эмоции. Сейчас как никогда важно сохранять холодную голову. Это может помочь спасти Мири. – Но вам не показалось странным, что Волдеморт проник в Хогвартс, полностью проигнорировал нахождение там Гарри Поттера, разоблачил свою легенду – и все только ради того, чтобы добраться до Малфоев, – а в итоге Малфои остались живы и даже, по предположениям целителей, могут со временем полностью восстановиться?