Сердце змеи (СИ)
Была еще одна версия, которая, тем не менее, казалась совсем неправдоподобной, и всерьез Миранда ее не рассматривала. Никто не застукал ее, когда она превращалась в ворона, Монтгомери ничего такого не имел в виду, и птицу убил тот, кто уже знал, что Миранда – анимаг. Таких людей всего четверо. Родители отпадают, младшая сестра тоже, и остается только…
Да нет. Представить себе самого знаменитого темного мага столетия подбрасывающим ей на подушку мертвую птицу Миранде никак не удавалось, несмотря на живость фантазии.
Но ведь… Крестраж похитили из женской спальни, и лорда Волдеморта в ту же ночь вернули к жизни. Теперь в эту же спальню подбросили труп птицы. И если предположить, что за этими двумя событиями стоит один человек, то в Хогвартсе сейчас должен находиться кто-то из очень преданных Волдеморту людей… Пожиратель Смерти, к примеру.
Хм. Как бы так аккуратно выяснить, нет ли у профессора Трансфигурации такой интересной татуировки на левом предплечье?..
Утром она была рассеянна и невнимательна, но соседкам, по счастью, хватило сообразительности не лезть с вопросами. Из зеркала на Миранду смотрело нечто невообразимое с красными от недосыпа глазами, так что она теперь отдаленно напоминала альбиноса.
Поход в Хогсмид объявили еще две недели назад, и поэтому после завтрака большинство студентов отправились к себе на факультеты за теплыми вещами, а затем на выход из замка выстроилась очередь, которую проверял Филч со списком тех учеников, кому разрешалось покинуть школу. Миранде было необходимо как следует подумать, и она решила, что прогулка в деревню будет в самый раз. В другой раз она бы превратилась в ворона и полетала над окрестностями, но сейчас от одной мысли об анимагии ее замутило.
Погруженная в свои мысли, она толком не заметила, как дошла до Хогсмида. По пути ее несколько раз окликал кто-то из знакомых, чтобы поздороваться; Миранда машинально отвечала и улыбалась, совершенно не видя лиц.
Оставив на время мысли о Монтгомери, она обдумывала прочие варианты. За дорогу от школьных ворот до главной улицы Хогсмида Миранда, кажется, перебрала всех своих знакомых из школы, но так и не смогла определить, кто из них мог питать к ней настолько отрицательные чувства, а заодно и причину, по которой кто-то мог ее так сильно невзлюбить. Голова разболелась, даже свежий воздух не помогал, и Миранда зашла в «Три метлы». По раннему времени здесь было пока не очень многолюдно, и найти свободный столик представлялось вполне возможным. Но внимание Миранды почти сразу привлекли Тея и Малфой, сидевшие у окна. Тея заметила сестру первой и с решительным выражением лица помахала рукой, подзывая к себе. Догадываясь, что ей нужно, Миранда вздохнула и подошла.
– Драко рассказал мне о том, что случилось вчера, – Тея в волнении кусала губы, и Миранда поняла, что сестра тоже связала мертвую птицу с анимагией. – Мири, у тебя есть подозрения, кто это мог быть? У тебя есть враги?
Миранда метнула в Малфоя сердитый взгляд, на что тот неопределенно пожал плечами, хотя казался слегка смущенным.
– Насколько мне известно, в пределах школы – нет, – коротко ответила она, хотя этот вопрос, услышанный уже дважды, невольно заставил ее снова задуматься. Враги… Сильное слово. Недоброжелатели, недруги, завистники – их при желании можно найти, но враги?..
– Садись к нам, – внезапно предложила Тея, которая чуть вздрогнула, услышав ее оговорку, и кивнула на один из свободных стульев. – И давай вслух обсудим, кто мог так поступить. Может, что и надумаем…
Посмотрев на нее удивленно, Миранда перевела взгляд на Малфоя, ожидая, что тому не слишком понравится предложенный вариант субботнего отдыха, но тот не выглядел хоть сколько-то недовольным. Похоже, с Теей они обо всем договорились заранее.
– А тебе не кажется, что я на вашем свидании буду выглядеть несколько неуместно? – поинтересовалась Миранда ехидно, предпринимая последнюю попытку избежать разговоров на эту тему.
– Ничего, как-нибудь переживем, – Тея ангельски ей улыбнулась, а Малфой заклинанием отодвинул третий стул за столом, предлагая присаживаться. – Возьми себе что-нибудь попить и садись к нам. Будем думать.
– Малфой, надеюсь, теперь ты осознал, на что добровольно подписался? – вполголоса осведомилась Миранда, страдальчески закатывая глаза. – С ней ведь спорить совершенно невозможно!
– Ничего, я уже привык, – отозвался тот и внезапно улыбнулся. Улыбка адресовалась Тее и совершенно преобразила его лицо, сделав его привлекательнее и как будто моложе – после двух недель, наполненных страхом, Малфой впервые производил впечатление нормального человека.
Спорить дальше Миранда не захотела, а послушно направилась к стойке. Народу в пабе прибавилось, и ей пришлось подождать, прежде чем мадам Розмерта поставила перед ней ее заказ – рябиновый пунш. Подхватив кружку и старательно лавируя между посетителями, Миранда вернулась к слизеринцам.
– Тут тебя какая-то твоя одноклассница искала, – сообщила Тея буднично, делая глоток из бутылки со сливочным пивом.
– Кто?
– Не знаю, раньше я ее не видела. Но шарф гриффиндорский. Впрочем, не о том речь. Миранда, лучше давай вспоминай, кому ты умудрилась перейти дорогу в последнее время. Да, я уже слышала, что ты не в курсе! – заметив, как Миранда демонстративно вздохнула, Тея слегка рассердилась. – Но я же тебя знаю, ты временами бываешь настолько высокомерна, что можешь что-нибудь ляпнуть или натворить, не заботясь о чувствах других! Так что думай. Может, ты парня у какой-нибудь студентки отбила, или оскорбила кого-то?
Миранда честно попыталась вспомнить что-то подобное, но на ум упорно ничего не приходило. Она и не общалась почти ни с кем с тех пор, как начался учебный год…
– Сюда опять идет эта твоя одноклассница, – вполголоса заметила Тея, и Миранде пришлось напрячь слух, чтобы ее расслышать. В шуме паба не было никакой необходимости говорить тихо. – Постарайся ее спровадить, нам действительно стоит подумать…
Она ответила сестре согласным кивком и без каких-либо дурных предчувствий обернулась. В ту же секунду самый обычный выходной день в Хогсмиде раскололся для нее на две половины – беззаботную школьную, в которой она была обычной семикурсницей, пытающейся приспособиться к новой жизни, и тревожную и беспощадную, в которой ей пришлось использовать все свои силы для того, чтобы сохранить самообладание. Шум голосов и смех для нее стихли, ароматы корицы, карамели и жженого сахара пропали, будто Миранда очутилась под стеклянным колпаком, отрезанная от окружающего мира. Во рту пересохло, сердце билось о грудную клетку, и его грохот гулко отдавался в ушах. Лицу стало очень холодно, как если бы вся кровь отхлынула, не оставив живых красок.
Невысокая смуглая девушка в гриффиндорской мантии небрежно поправила белокурые волосы и села за их стол, оказавшись рядом с Мирандой. Тея и Малфой наблюдали за бесцеремонностью незнакомки с удивлением. Миранда машинально отодвинулась назад, стремясь очутиться как можно дальше, хотя это было глупо.
Девушка улыбнулась, наблюдая за ее реакцией.
– Привет, Миранда!
От знакомого французского акцента ее всю передернуло. Миранда тяжело дышала, не сводя глаз с такого знакомого лица, и не могла выдавить ни слова. Несколько секунд ей отчаянно хотелось поверить, что это лишь дурной сон, но окружающий мир оставался удручающе материальным. Мысли метались в попытке отыскать единственно правильную, ту, которая смогла бы дать этому разумное объяснение…
– Что, даже не поздороваешься со старой подругой? – Симона Лефевр надула губки, приобретя сходство с обиженной девочкой. – Ты меня разочаровываешь. Раньше, по крайней мере, ты всегда вела себя воспитанно…
– Как это возможно? – хрипло спросила Миранда, доставая волшебную палочку. Ее голос сейчас напоминал карканье, чем привлек внимание Теи и Малфоя. Теперь они с изумлением рассматривали напряженную, как струна, Миранду, которая подобралась и явно была готова в любой момент вскочить на ноги и начать бой. – Почему ты здесь?