Сердце змеи (СИ)

– Я хочу твоей преданности, это правда, но дело не только в ней! Я восхищаюсь тобой, с тобой мне интересно, и ты, пожалуй, первый человек в моей жизни, с которым я могу просто разговаривать, который для меня важен. Мне даже не нужна твоя полная покорность – ведь в этом случае ты сразу утратишь часть своей притягательности, если начнешь вести себя как покорная безвольная кукла. И ты важна настолько, что я могу отмахнуться от слов Этьена и на время пожертвовать частью величия и могущества, чтобы ты была со мной. К тому же, этого величия и могущества я все равно добьюсь, просто займет это чуть больше времени.
Рот у Миранды превратился в идеально ровную букву «О».
– В Зеркале Еиналеж я увидел именно то, что ты тогда описала. Я увидел себя бессмертным и могущественным, добившимся власти, видел своих последователей и множество людей, которые склонились передо мной. Но знаешь, что самое интересное? Я почти не видел лиц этих людей – ни Пожирателей Смерти, ни тех, кто однажды мне подчинится. Они были просто безликой массой, лишенной какой-либо индивидуальности. И там был всего один человек, чье лицо я видел совершенно отчетливо. Догадаешься, что это был за человек?
Она слушала его исповедь, почти не дыша, и с какой-то обреченностью понимая, что каждое слово Реддла – правда. И ей теперь предстоит жить с этой правдой.
– И кем же ты увидел меня там? – спросила она тихо. – Пожирательницей или той, кто склонился перед тобой?
– Ни той, ни той, – ответил Том спокойно, изучая ее растерянное лицо и ловя каждую эмоцию, что там отражалась. – Ты не была где-то внизу, ты стояла рядом со мной.
На несколько секунд Миранда лишилась дара речи, убежденная, что у нее начались слуховые галлюцинации.
– «Леди», – прошептала она, с ужасом осознавая, что новый титул, которым теперь ее именовали слизеринцы, имел куда более буквальное значение, чем ей до этого казалось.
Том кивнул.
– Я хочу, чтобы ты стала моей женой не ради того, чтобы контролировать тебя. Я хочу, чтобы ты была рядом и шла со мной бок о бок, куда бы нас это ни привело – как помощница, союзница, самая близкая из всех. Та, которая будет стоять за моей спиной, та, кому я смогу полностью доверять, и я сейчас говорю не про собрания Пожирателей, а про… всегда. Я не говорю, что будет легко, и от своих планов я никогда не отступлюсь, но могу тебе пообещать не убивать младенцев в колыбелях, пока ты будешь со мной. И, черт с ним, раз это для тебя так важно, пускай когда-нибудь будут дети…
Каждое его слово, казалось, навеки впечатывалось в ее память, и Миранда отстраненно спрашивала себя – взаправду это происходит или ей только снится?
– А еще никогда не поднимать на меня волшебную палочку, – добавила она негромко, не сумев промолчать. От какой-то полной нереальности происходящего, наверное.
– Что?..
– Я ставлю свои условия, – пояснила Миранда любезно, подумав, что после всех сегодняшних признаний Реддла уже вполне можно сказать то, что было у нее на уме на самом деле. – С таким жутким тираном и деспотом, как ты, можно только так. Лучше обозначить свою позицию сразу…
– Ты уже и так знаешь, что я не могу использовать черную магию против тебя, – напомнил Реддл, подходя ближе. Миранда хотела отступить назад, но комнатка была такой крошечной, что она сразу уперлась в подоконник, а Том приблизился вплотную, и она замерла, парализованная этой близостью. – А насчет тирана и деспота… Признай, что тебе это нравится.
– С чего ты…
– Миранда, не лги мне, – прошептал он, наклоняясь к ее уху, и Миранда ощутила, как вся покрывается мурашками от ощущения его дыхания на своей коже. – Раз уж мы начали обговаривать условия нашей семейной жизни, учти – я ненавижу ложь. И признай уже, что ты влюбилась в меня именно из-за тех качеств, которые твой разум отталкивает, считая неправильными! Правда?
– Нет!
– Опять врешь, Миранда, – Том тихо засмеялся. – Но у нас еще будет время это обсудить. Знаешь, почему ты влюбилась именно в меня, а не, допустим, в этого идиота Пруэтта? Потому что тебя привлекает именно то, кем я являюсь. Тебя тянет ко мне, потому что тебе нравится власть, потому что я не оглядываюсь ни на кого и поступаю только так, как считаю нужным. Тебя восхищает эта безнаказанность, тебя восхищают уверенность в себе и могущество. И тебя пленило мое признание только что, правда? Ты опьянена мыслью, что я, презирая любые привязанности и избегая их, готов отступиться от желаемого, чтобы только ты была со мной. Неделю назад я убил трех человек, но ведь если я сейчас тебя поцелую, ты не бросишься отсюда прочь с криками?
 
Она смотрела на него, как кролик на змею.
– Ты снова это делаешь, – наконец прошептала Миранда, с трудом выдавливая слова. – Ты снова заставляешь меня переступать через себя, предавать все, что мне всегда казалось непреложной истиной! Неделю назад я фактически стала соучастницей в твоих убийствах – добровольно, ты меня не заставлял! Сейчас ты хочешь, чтобы я призналась в том, в чем боюсь сознаваться даже самой себе… Я снова отворачиваюсь от всего, во что верю – и все ради тебя!
Губы Тома искривила усмешка, полная какой-то горечи.
– Тогда ты понимаешь, что сейчас чувствую я.
Миранда вздрогнула, услышав эти слова, и уставилась на него в растерянности. Почему-то раньше ей не доводилось обдумывать ситуацию под таким углом. Том же насладился ее потерянным видом, а затем стремительно сократил разделявшее их и без того маленькое расстояние и накрыл ее губы своими. Миранда закрыла было глаза, но в следующее мгновение дернулась и попыталась отпихнуть его от себя.
– Ты с ума сошел, мы же в церкви!
– К Мерлину церковь, – отозвался Том без малейшей почтительности, снова прижимая ее к себе и с легкостью преодолевая слабые попытки Миранды отстраниться. – У меня свадьба через полчаса, а невеста все пытается возражать…
– Я не возражаю, – чуть слышно прошептала она. – Я только боюсь впоследствии очень сильно пожалеть…
– Ты не пожалеешь, – твердо пообещал он.
Реддл наклонился к ней снова, и больше она не сопротивлялась.
========== Глава 39 ==========
Они вышли на крыльцо, где Миранда принялась жадно глотать сухой апрельский воздух. Несмотря на их разговор, она все равно чувствовала, как ее наполняет беспокойная энергия, требовавшая какого-то выхода. Неужели она в самом деле пойдет на это? Хотя нельзя сказать, чтобы ей оставили какой-то выбор…
– Сколько у нас времени? – спросила она, когда ей на ум внезапно пришла мысль, чем можно было бы занять эти остававшиеся до церемонии минуты. Если все это время ей придется сидеть здесь, варясь в котле собственных мыслей и переживаний, она точно свихнется.
– Чуть больше тридцати минут.
– Полчаса… Что ж, могло быть и хуже, – пробормотала она и посмотрела на заинтересованного Тома. – Я вернусь ровно к пяти.
Заметив, как выразительно он вздернул бровь, Миранда закатила глаза.
– Я не сбегу! Какой смысл, если ты все равно меня из-под земли достанешь? Только скажи, где мы, чтобы я знала, куда трансгрессировать.
– В деревне Оксенвуд, графство Уилтшир.
Она кивнула и, не теряя больше времени, трансгрессировала. Времени было мало, а успеть хотелось многое.
Чтобы сэкономить время, она превратилась в ворона и влетела в окно спальни для девочек башни Гриффиндора. К счастью, внутри никого не было, и Миранда легко спрыгнула с подоконника. Достала из чемодана новые юбку и блузку, купленные еще в начале зимы, когда Слизнорт начал регулярно звать ее на обеды Клуба Слизней, и стало ясно, что одной только школьной формы для этих мероприятий недостаточно. Потом случилось Рождество, после которого Слизнорт отлучил Миранду от своих вечеринок за «аморальное» поведение, и нарядные вещи так и остались лежать ненадеванными. Кто же знал, для какого именно случая они пригодятся…
 
Уже переодевшись и заканчивая сооружать нечто, под определенным углом напоминающее прическу, Миранда вдруг застыла посреди спальни как вкопанная. В голову внезапно пришло осознание того, каким еще логичным и закономерным финалом должна будет закончиться эта сумасбродная затея со свадьбой, и эта простая истина возымела эффект холодного душа. Причем данная мысль явно должна была посетить Миранду гораздо раньше, но вся фантасмагоричность, нереальность происходящего заставили ее утратить почву под ногами и упустить из виду эту… мелочь.