Моя ревность тебя погубит (СИ)

— Блядь, принцесса. Если ты не перестанешь, моя конференция пройдёт без меня.
— Я ненавижу эту конференцию, Стас.
— И я её ненавижу, малыш.
— Поставь меня, — прошу я, хотя мой голос больше напоминает скулёж. — Иначе ты точно не уедешь.
Он неохотно ставит меня на пол и не сразу убирает руки с моей талии. Затем достаёт телефон и кому-то звонит. По дальнейшему разговору я понимаю, что его собеседник — мой охранник, который должен подъехать сюда в течение нескольких минут.
— Стас, зачем? — в недоумении спрашиваю я. — Я просто посижу с папой, пока ты не вернёшься. Не нужно вызывать человека, чтобы он просто сидел в машине, пока я здесь.
— Если нужно будет, он будет стоять под дверьми, пока ты здесь.
Я отвожу взгляд и закатываю глаза.
Иногда эта излишняя осторожность Стаса походит на паранойю. И я могу понять его переживания и опасения, если бы я возвращалась домой вечером после занятий в полном одиночестве, но не когда я буду просто сидеть вместе с папой дома.
Что может случиться?
Мне хочется настоять на своём, но я знаю, что это бесполезно. Он делает всё так, как считает нужным.
— С тобой бесполезно спорить.
— Не в этом случае.
— Я буду ждать, — говорю я, становясь на носочки и оставляя кротки поцелуй на его губах. У меня получается это сделать, потому что он наклоняется и даёт мне возможность дотянуться до него.
Его размеры пугают. И восхищают.
— Я приеду как можно скорее.
— Я знаю.
Когда он выходит спустя ещё несколько поцелуев в губы и шею, я возвращаюсь к папе, он уже разливает чай по кружкам.
— Пап, зачем ты себя напрягаешь? Я сама всё сделаю.
Аккуратно я выхватываю из его руки заварник.
— М-милая, я и т-так сижу дома и н-ничего не делаю. Какое тут н-напряжение?
Может, я слишком сильно беспокоюсь, но для меня очень важно что папе было хорошо и комфортно. И мой жених делает всё для того, чтобы так и было.
Взяв две чайные ложки, я добавляю сахар в обе кружки и размешиваю. Пока не села, я подхожу к папе сзади и крепко обнимаю его.
— С-соскучилась по своему с-старику.
— Очень, ты же знаешь.
— И я т-тоже по тебе, д-доченька.
— Я буду приезжать чаще. И чаще забирать тебя к нам.
— Н-не стоит, доченька. Это л-лишние. Уверен, в-ам и без меня есть ч-чем заняться. Тем более, у т-тебя учёба, у Стаса раб-бота.
— А ты хочешь больше времени проводить со мной или с ним? — подшучиваю я, садясь рядом и подвигая кружку к нему ближе.
— Т-ты не можешь отрицать, ч-что твой жених очень инт-тересный собеседник.
— Да, правда со мной он не общается о рынке недвижимости, трастовых фондах и других вещах, которые мне не интересны.
— И о-очень зря, что не интересны, — отвечает папа, но меня отвлекает вибрация телефона.
Надеюсь, Стас не присылает мне сообщение, пока ведёт машину. Он хоть и опытный водитель, но на дороге может случится что угодно. Сейчас напишу, чтобы он не писал мне до того, как приедет.
Улыбка исчезает с лица, когда я вижу, что сообщение вовсе не от Стаса. И не от моих подруг. И даже не из чата нашей группы.
Неизвестный номер: Привет. Как замужняя жизнь?
Такое ощущение, что я знаю, кто это — но при этом я не могу понять, откуда у него мой номер, зачем он мне пишет и вообще… что ему нужно?
Я: Кто это?
Неизвестный номер: Любитель запретных плодов:)
К сожалению, это действительно он.
Я: Откуда у тебя мой номер?
Неизвестный номер: Знакомый аспирант узнал в твоём деканате.
Значит, совершенно незнакомый мне человек просматривал какие-то анкеты, ведомости, фотографии, чтобы достать мой номер телефона. Меня выворачивает наизнанку от этого цирка, который он устроил. И тем более после того, как я дала ему понять, чтоб состою в отношениях и вообще выхожу замуж.
Неизвестный номер: Приятно познакомиться, Полина, я Саша:)
Я: Но мне не очень приятно.
Неизвестный номер: Почему же?
Я: Думаю, если ты нормальный человек, то ты знаешь, почему. Хотя, учитывая всё это, есть сомнения в твоей нормальности. Я сказала тебе, что состою в отношениях с другим мужчиной и что выхожу замуж. Я не знакомилась с тобой. Я не называла тебе своего имени и не давала свой номер телефона. Мне неприятно, что незнакомый человек каким-то образом узнал моё имя и достал мой номер. У меня нет желания общаться с тобой.
 
Неизвестный номер: Мне казалось, ты поняла? Чем больше отказов с твоей стороны, тем больше я хочу добиться тебя.
— Д-доченька, всё в порядке? Т-ты побледнела? — папин голос заставляет мой учащённый пульс успокоится, а неприятный осадок уйти. Я не должна позволять этому парню как-то влиять на моё настроение. Наверное, я так злюсь и нервничаю, потому что мой мужчина может увидеть это и… убить его? Может ли он действительно убить его?
Да. Я так думаю. Я уверена.
Я всё ещё не знаю, что он сказал Валентину Евгеньевичу (или что сделал с ним), но теперь я абсолютно точно уверена, что это по его вине он уволился.
На что способен Стас, одержимый своей ревностью? Надеюсь, он держит свою клятву и больше никогда не будет знать, что происходит в моём телефоне.
Хотя прямо сейчас я сдерживаю себя, чтобы не рассказать всё Стасу, потому что такая самоуверенность и неуважение чужих личных границ меня… не то чтобы раздражает, а… расстраивает.
Он напоминает мне одноклассников. Таких же наглых, самоуверенных и обращающих внимания только не внешние данные, но не на внутренний мир.
— Да, пап. Всё хорошо. Прости, сейчас отвечу, и можем посмотреть с тобой какой-то фильм.
— Х-хорошо, милая, я только з-за.
Неизвестный номер: И то, что ты не отвечаешь, только ещё больше заводит меня:)
Мне становится тошно от того, что он не понимает или делает вид что не понимает. Я ненавижу таких людей, которые хотят воспользоваться тобой и плевать они хотели, что у тебя будет в душе после этого. Он не знает, какой я была в школе и что сейчас для меня огромный прыжок вверх то, что я вообще могу кому-то так отвечать. Но вместо того, что ещё раз написать о его наглости, я просто блокирую его номер — в самом телефоне и телеграмме, а больше у меня нет приложений для общения.
Нет, я не буду больше ничего ему объяснять, я не должна. В меня вселяется странное чувство отчаяния. Возможно, потому что от его сообщений в груди неприятно колет, на лбу собираются капельки пота и меня бросает в жар.
— Всё, папуль. Пошли посмотрим фильм.
— И к-какой выберем?
Я отношу обе наши кружки в гостиную и ставлю на стекланный столик перед огромным плазменным телевизором, висящем на стене напротив кожаного дивана. Затем папа включает телевизор и мы выбираем фильм «Игра в прятки».
— К-как раз про свадьбу.
— Почему как раз?
— А к-кто у нас з-замуж выходит?
Мне сложно скрыть улыбку, поэтому я просто прикрываю ладонью лицо. Спустя где-то сорок минут просмотра я нервно покусываю нижнюю губу, потому что этот фильм про свадьбу не какая-то романтическая комедия, а настоящий триллер, которые я не очень люблю.
— Я надеюсь, наша свадьба будет не такой, пап.
— Я т-тоже, милая.
Слишком расслабленная, я засыпаю почти под конец фильма. Вскоре чувствую, как папа накрывает меня пледом, а затем я слышу глухой звук колёс его инвалидного кресла. Стыдно, что, вместо того, чтобы пообщаться с папой, я сплю, но усталость и нервозность последних дней меня настигла.
Такое ощущение, что я сплю целые сутки.
С огромным трудом я раскрываю глаза, когда чувствую вечернюю прохладу на лице. Стас несёт меня на руках к машине, причём одной рукой он держит ещё и мои ботинки.
— Они явно не твоего размера, — шучу я, упираясь лицом в его каменную грудь и плечо.
— Тебе весело?
— Немного. Уже поздно. Конференция так долго длилась?
— Я немного пообщался со своим тестем, пока ты спала.
— И как прошло общение?