Чудовища рая

— Здесь же вроде и клиника косметической хирургии раньше была? Так сказал таксист, что привез меня сюда.
— Именно так. Место прекрасно подходит и для сокрытия перекроенных физиономий. Черт, что за место! Сущая свалка для всяких бедолаг на протяжении веков. Иногда мне даже кажется, будто в клинике я ощущаю все эти накопленные негативные флюиды. Поэтому-то я и стараюсь улизнуть оттуда при любой возможности. В деревню или сюда, к порогам.
Из воды выпрыгнула рыба. Словно брошенный нож, она описала дугу и плюхнулась в пузырящийся водоворот выше по течению.
— Они такие сильные! — воскликнул Даниэль.
— Далеко не уйдут, — мрачно усмехнулся Макс. — Выше располагается шлюз. Поэтому здесь такая прекрасная ловля. Ладно, продолжим.
Он поднялся и взял удочку.
Даниэль уже вполне справлялся без указаний, так что Макс переместился на скалистую глыбу подальше, метрах в пятнадцати от брата. Так они и ловили по отдельности, лишь время от времени поздравляя друг друга с пойманной добычей. Но в основном молчали, сосредоточившись на ловле и собственных мыслях. В воздухе пахло елью, и иногда в шуме воды Даниэлю мерещился звон колокольчика, прямо как в песенке той девушки из пивной.
К этому времени братья провели вместе почти сутки, и пока ничего не произошло — ни тебе бурных вспышек гнева, ни ехидных реплик, ни идиотских приколов. Макс и вправду казался дружелюбным и счастливым. Может, немного беспокойным, но это вполне отвечало его характеру.
Также Даниэль обнаружил, что стал более терпим к несколько нахрапистой манере общения брата, его самолюбованию и неспособности слушать. По крайней мере, все это больше его не расстраивало, как в юности. Макс явно был рад его приезду. Сводил в ресторан, а теперь вот они рыбачат. Не ахти какой спектр развлечений, но Даниэль уже понимал всю ценность подобных даров. Возможно, в конце концов им удалось нащупать частоту, на которой они могут общаться между собой как взрослые и независимые люди.
Монотонный рев порогов, шепот деревьев и отдаленный звон колокольчиков погрузили Даниэля в своего рода медитативное состояние. Он даже и не заметил, что Макс ушел с реки и теперь чистил рыбину на берегу, и пришел в себя только после оклика брата, велевшего ему сходить за дровами для костра.
Дрова лежали под елками, укрытые от непогоды лапником и брезентом. Ярко-розовой аэрозольной краской на всех до одного поленьях было выведено «ТОМ».
— Эти дрова помечены, их точно можно брать? — крикнул Даниэль.
— Все в порядке, я знаю этого фермера, — отозвался Макс. Очевидно, в деревенской пивной он обзавелся множеством новых знакомств.
Чуть погодя, когда они уже сидели у костерка, Макс вдруг произнес:
— Могу я попросить тебя об одном одолжении?
Фраза прозвучала небрежно, словно бы он намеревался попросить что-то ему передать или же снова сходить за дровами. Тем не менее эти простые слова, произнесенные со всей ненавязчивостью и любезностью, поразили Даниэля, словно удар под дых, разом выбив воздух из легких. Ему пришлось сделать несколько глубоких вдохов, прежде чем ответить.
— Да? — сухо выдавил он.
Макс сосредоточенно пошевелил палкой угли в кострище и затем без обиняков выпалил:
— У меня возникли кое-какие проблемы.
— Что за проблемы?
— Пока я прохлаждаюсь в клинике, счет за это все растет и растет. Персональный тренер, уроки тенниса, психологическая подготовка, массаж, еда и вино. О деньгах здесь никто не заикается, все просто добавляется к итоговому счету. Так что порой возникает ощущение, будто все это бесплатно, хотя и знаешь, что ценник здесь за все ого-го какой.
— Ты хочешь сказать, что не можешь оплатить счет?
— Одна из хозяек вручила мне его в голубом конверте во время вечернего обхода. Так ненавязчиво, с улыбочкой. Я вскрыл его только после ее ухода. И чуть в обморок не упал.
Даниэль расстроился. Манера оповещения клиники о задолженности показалась ему довольно странной, а в случае Макса и вовсе неуместной. Они что, не в курсе его проблем? Тем не менее он взял себя в руки и как можно спокойнее ответил:
 
— Я не могу расплатиться за тебя с клиникой, если ты об этом. Я работаю замещающим преподавателем и уже осенью останусь без работы. У меня просто нет денег.
Макс расковырял палкой тлеющие угли и покачал головой:
— Я прошу тебя не о деньгах. Их я достану.
Ответ нисколько не успокоил Даниэля, — напротив, встревожил еще больше.
— Так в чем же проблема?
— Проблема в том, что до денег мне не добраться. Я могу покинуть клинику, лишь оплатив счет. А оплатить его я могу, лишь покинув клинику. Замкнутый круг.
— Но сейчас же ты не в клинике, разве нет? — удивился Даниэль. — Ты ведь можешь уходить и приходить когда вздумается.
— При условии, что я нахожусь в своем коттедже в восемь утра и двенадцать ночи. В это время проводятся обходы. Чтобы приглядывать за нами, как они выражаются. Но на самом деле следят, чтобы никто не сбежал без оплаты.
— Но зачем тебе покидать клинику? Просто переведи деньги через интернет или еще как-нибудь.
— Эти деньги не на банковском счету. Они кое-где хранятся, откуда их нужно переправить в другое место. Лично, а не виртуально. Наличными. В этом плане мафия несколько старомодна.
— Ox, — отшатнулся Даниэль. — Что-то я тебя не совсем понимаю. Макс, ты мутишь дела с мафией, что ли?
Брат сокрушенно развел руками. Откуда-то издалека по-прежнему доносилось позвякивание. Колокольчики отзывались на движения коров — иногда по одному, а иногда целым оркестром.
— Еще чего! Но в этом случае у меня не оставалось выбора. Не хочу утомлять тебя всей историей, но в итоге у меня накопилась приличная сумма. Так сказать, прибыль с вложений. Не совсем законная, как ты можешь догадаться.
Даниэль не особенно удивился. Макс вляпывался в истории и раньше. Несколько раз дело доходило до судебных разбирательств, однако, насколько ему было известно, всегда ограничивалось лишь гражданским судом. В совершении уголовных преступлений Макса ни разу не обвиняли. Или же он чего-то не знает?
— Можешь не сомневаться, больше я такие сделки заключать не стану, — процедил Макс. — Ненавижу эту уголовную мразь. Они начисто лишены морали. Проблема в том, что я должен этим сволочам.
— Мафии?
Слово звучало в разговоре с братом каким-то нереальным, но в то же время, подумалось Даниэлю, и захватывающим.
— Да, меня вынудили принять кое-какой инвестиционный капитал, так сказать. Я вернул бы все до последнего цента, если бы дела не пошли наперекосяк, из-за чего получение прибыли затянулось. Подробности знать тебе ни к чему, — добавил он поспешно, едва лишь Даниэль раскрыл рот. — Я вкалывал сутками напролет, чтобы расплатиться. С такими кредиторами обязательства нарушать вредно для здоровья. Естественно, просил об отсрочке, но они и слышать не хотели. А потом у меня произошел нервный срыв, ну я и подался сюда. Едва лишь здесь поселился, как пришло письмо от чувака, у которого я занимал. Понятия не имею, откуда у него адрес. Клиники вроде этой должны обеспечивать полнейшую конфиденциальность, но он все-таки вынюхал мое местонахождение. Чуть отсрочил выплату долга. Назначил новую дату. Ну и угрожал.
— Он угрожал тебе? — ужаснулся Даниэль.
Макс покачал головой.
— Не мне. Джульетте. Коротко дал понять, что ему известно, что она моя невеста, и выразил надежду, что с ней ничего плохого не случится во время одного из ее визитов на рынок.
— Вот черт!
— А теперь я прознал, что те мои вложения принесли прибыль, в точности как я и предполагал, пускай на это и потребовалось время. И я мог бы одним махом расплатиться со всеми долгами. Проблема в том, что я должен и клинике, а они ну никак не отпустят меня за деньгами. Понятна моя дилемма?
 
До Даниэля начало доходить, о чем его собирается попросить брат.
— Я не могу привезти тебе деньги, Макс. Я хочу помочь тебе, но ввязываться в криминал не собираюсь. Моей помощи все-таки существует определенный предел.