…и его демоны
У пересечения Сущёвского вала с поперечной улицей на нас выходит высокий худой тип в голубой куртке. „Он!“ — взвизгивает мой спутник и хватается за мою руку, чтобы обрести поддержку. Не доходя пяти или десяти метров до меня, тип вдруг падает на мостовую, корчится, как креветка, в зародыш и… замирает мертвым. Я размеренным шагом иду мимо. Мой спутник ненадолго нагибается над типом и вновь испуганно прилепляется ко мне. Он ошеломлён. Он: „Что же ты не остановился? Он мёртвый. И почему он упал, как ты это сделал?“
„Лучи, — говорю я и выдвигаю вперед палец, как бы стреляя из него. — И на левом плече у меня шар, а за спиною смерть, ты что, не видишь?“ С суеверным ужасом он торопится со мной мимо Рижского вокзала к метро по жёлтым улицам. Теперь страшно и мне. У метро мы прощаемся. Почему-то это он уезжает в метро, а ведь намеревался уехать я. Я же иду по проспекту Мира к одноимённой станции метро, ожидая и надеясь, что, может быть, меня убьют по пути.
На следующий день, анализируя происшествие, я пришёл к выводу, что прогулялся с самим Дьяволом и напугал его. Ибо он прогулялся со мной — с мертвецом. Чуть подвыпивший, празднично одетый рабочий с тронутыми сединой прядями — лишь форма; однако жёлтый загар ада, костяшки скул, хрящеватые уши, светлые глаза моей мамы и, главное, эта атмосфера ужаса и безлюдья, быстро нагнетённая нами — им и мной, — выдали его. Я узнал, что я — мертвец, а он — Дьявол, и даже он убоялся меня в этом состоянии. Ибо мертвецы, разгуливающие по улицам, нагоняют ужас даже на Дьявола.
Через пару дней я рассказал эту несусветную историю ясновидящей по телефону. У меня никогда не было знакомых ясновидящих, но эту мне рекомендовали друзья. Она посоветовала мне набрать тёплую ванну воды с солью, зажечь в ванной перед зеркалом свечу и смотреть, КАК будет гореть фитиль. „Фитиль должен будет коптить. Вас ведь сглазили миллионы раз. Ваши читатели и телезрители“. Я поступил, как она велела. Свеча в тяжёлом подсвечнике в конце концов сползла в воду, туда же нырнуло зеркало, и, даже в моем состоянии, я заулыбался. К тому же кожу щипало, я вывалил в ванну целую пачку соли.
На следующий день ясновидящая приехала с высокой блондинкой-родственницей и, посадив меня на стул, обошла вокруг меня много раз с зажжённой свечой, приближая её то к голове, то к шее. В результате свеча страшно почернела. Ясновидящая, молодая девчонка 22 лет, стала убеждать меня, что я должен отрешиться от Зла, в противном случае со мной произойдет то, что мне наглядно продемонстрировали Высшие силы, убив на моих глазах типа в голубой куртке мне в поучение. Таким пояснением я не удовлетворился, сказал, что менять жизнь не стану, что опять найду себе блядь-девчонку, что я сам — Добро, однако хочу разврата, буду воровать, грабить и убивать, наказывая Зло. Тогда ясновидящая почему-то неохотно сказала, что в прежней жизни я был германским рыцарем и совершил несправедливость против Н., и теперь в этой жизни я искупаю перед ней свою некогда, много веков назад, совершённую несправедливость. Я попросил ясновидящую поднатужиться и увидеть больше. „В той далёкой жизни в Германии, — сказала она, — Н. была проституткой“, а я, германский рыцарь, убил её. Вот и искупаю.
Я рассказал о случившемся на Сущёвском валу нескольким людям, и все они сумели объяснить историю более или менее рационально до появления типа в голубой куртке. Один высказал предположение, что тип упал и забился в эпилептическом припадке. Но в этом случае странно, что он приберёг свой припадок для меня, да ещё в такой обстановке сплошных совпадений, и свалился мне аккуратно под ноги.
Н. всегда знала и любила повторять, что моё имя переводится с английского как „вэлфи гардиан“ — т. е. „богатый покровитель“, „охранитель“. Я охранял её рыцарем от бед алкоголизма, нимфомании и хаоса её души тринадцать лет. Ещё „гардиан“ переводится как „часовой“. У меня есть книга „Убийство часового“. Н. попыталась убить своего часового в июле. Разрыв произошёл в доме шесть, в квартире шестьдесят шесть.
И выбор названий собственных книг неслучаен, и тем более выбор женщины-идола в хаосе тел и душ. Я верю, что я — германский рыцарь, убил проститутку за измену. А для проститутки измена не существует. Рыцарь был идеалист и безумец. Чтобы он опять и опять в каждом рождении не убивал её, а она его не предавала, а он бы потом не искупал свою вину, она должна полюбить только рыцаря. И навеки. Тогда прекратится проклятие».
Председатель задумался было, давно он этой книги своей не перечитывал. Там должно было быть что-то ещё совсем поразительное… Он догадался прочесть следующий пассаж:
«Я делился с тобой всем: едой, деньгами, жизнью, эмоциями, талантом, идеями, моей гениальностью, наконец. Ты всё лениво пожирала, неблагодарная и злобная, и завистливая. Я знал, что ты меня кинешь, что не поможешь в трудный час, предашь и растопчешь. Если меня посадят когда-либо и ты припрёшься на свидание (на тебя это похоже!), я откажусь с тобой встретиться. „У меня нет жены, — скажу я, — должно быть, какая-то проститутка. Гоните её!“»
Через три года после опубликования «Анатомии Героя» она пришла к нему на свидание в тюрьму Лефортово, как он и предсказал. Он не отказался её видеть. Потом написал о ней на свидании плохо. Это была их последняя встреча. В феврале 2003-го она умерла, он ожидал приговора в Саратове. По его мнению, она покончила с собой, приняв овердозу героина.
Девочка из Бийска
«Вот тебе только и осталось вспоминать прошлое, старый. Ну, вспоминай, пока есть чем». Пожалуй, алтайская авантюра была самой безумной в его судьбе.
Когда началась алтайская авантюра?
Давно это было. В самом конце XX века.
Среди множества корреспондентов Председателя (по делам Партии он вручную, через почту, переписывался с сотнями адресатов) появилась шестнадцатилетняя девочка из города Бийска. Она-то и поведала впервые Председателю о девственной чудесной земле Горного Алтая, о крае, где на квадратный километр приходится больше волков и медведей, чем человеческих существ.
Девочки этой Председатель так никогда и не увидел, с ней никогда не встретился, но всё началось именно с неё. Ей было всего 16 лет, и у неё существовали нелады с действительностью провинциального города в Южной Сибири, несмотря на то, что у неё были отличные родители в этом её городе Южной Сибири.
Шестнадцатилетняя девочка где-то достала газету, которую выпускал Председатель, вероятнее всего, в столице Алтайского края Барнауле, и написала Председателю письмо. Это был, вероятно, 1999 год и Партия как раз в это время искала путь, по которому идти.
Дело в том, что в 1998-м Партия провела свой Первый Всероссийский съезд, дважды подавала документы на регистрацию в Министерство юстиции и дважды получила отказ в регистрации. Стало понятно, что Партию будут подавлять и не пускать её к избирателю. Следовало искать другого пути.
Председатель стал внимательно читать письма из регионов, следовало за что-то зацепиться. Следовало начать партизанскую деятельность. Но не в своей стране. Следовало начать вооружённую борьбу на чужой территории. Но вот где?
С одним из писем девочка из Бийска прислала Председателю путеводитель по Горному Алтаю. На схематичной карте внутри путеводителя Председатель увидел, что Горный Алтай граничит с Казахстаном. Ему это соседство понравилось. Он пошёл и купил в Доме книги на Арбате подробную карту Республики Горный Алтай. На подробной карте территория смотрелась ещё более интересной. Горные реки, редкие селенья, даже заимки обозначены и зимовья.
Много было писем от девочки из Бийска. Сейчас, спустя годы, Председателю видятся эти страницы, большие буквы детского почерка, восклицательные знаки, подчёркнутые слова, полотнища писем были отлично оркестрованы. В письма были вложены то засушенные цветы или злаки, то её фотографии: длинный костлявый подросток-девочка. Нельзя было назвать её красивой, но и некрасивой её назвать было нельзя.