Снотворец (СИ)

— Так что с той голубой планетой, расскажешь? — все же спросил Кайсен, так же полулежавший рядом.
— Я думаю, что это та планета, на которой я родился. Ну, мое настоящее тело, — грустно ответил я.
Не хотелось тосковать, однако я ничего поделать не мог. Это чувство давило на плечи, заставляя чувствовать себя неописуемо паршиво.
— Но как тогда ты оказался настолько далеко? — снова спросил Кай, повернувшись ко мне.
Я не знал ответа на этот вопрос. И вряд ли разгадка найдется. Наверно, с нынешними технологиями невозможно понять, почему так происходит. И это не внушало надежды.
— Не я, а только мое сознание. Это тело ведь мне не родное. Но не суть важно. Я и сам не понимаю, как это происходит. И ведь я не один такой, есть еще подобные.
Заговорив о таких же, как я, вспомнилась Чарра, с которой я давно не созванивался. Нужно было обязательно поделиться с ней найденной информацией. И я решил, что свяжусь с ней как-нибудь на днях.
— Я бы не поверил, если бы ты не говорил с такой уверенностью, — проговорил Кайсен, снова отворачиваясь. — Невероятно звучит.
— Сам в шоке, — невесело усмехнулся я.
Кай прикрыл глаза и взял меня за руку, а я вздохнул, стараясь откинуть все гнетущие мысли. В конце концов, на этой планете тоже довольно неплохо и достаточно интересно. А главное, мне очень приятно здесь находиться, потому что у меня есть мой демон. Вот если бы я остался жить в клубе, то, наверное, был бы вообще не рад летаргическому сну своего настоящего тела. А так, благодаря Кайсену, я даже чувствовал себя вполне счастливым.
Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем перед нами открылись последние ставни, и я увидел звезды. От представшей картины просто дух захватывало. Я даже приподнялся, широко раскрывая глаза и глядя вокруг. Темный небосвод с множеством звезд украшался с одной стороны по горизонту синей плоскостью газового гиганта, который был слишком огромным, чтобы увидеть его полностью, а с другой — двумя шариками спутников. Один был виден полностью, а другой выглядывал из-за собрата примерно на треть. Прямо над нами же пролегал туманный зеленый Млечный путь.
Однако начать детально рассматривать всю эту красоту я не успел, ощутив, как Кай с силой сжал мою руку. Обернувшись к нему, я заметил широко распахнутые песочные глаза, но не от восхищения, а от страха, а сам он не двигался, крепко вцепившись в подлокотник другой рукой. Я впервые видел его таким.
— Кай? — аккуратно спросил я, погладив его по плечу. — Что такое?
Тот сглотнул и опустил взгляд себе в ноги, начав тяжело дышать. А я стал не на шутку волноваться, ведь у Кайсена, кажется, началась та самая паника, о которой нас предупреждал мацс.
— Мне связаться по экстренной связи с базой? Хочешь спустимся обратно? — спросил я, наклоняясь и пытаясь заглянуть демону в глаза.
Мне было плевать на это прекрасное небо, если Кайсену здесь страшно. Уж причинять ему боль я хотел меньше всего.
— Я не ожидал… такого, — приглушенно сказал Кайсен и посмотрел на меня. — Тебе не страшно?
В ответ я попытался улыбнуться, несмотря на внутреннее беспокойство за его самочувствие.
— Я же говорил, что в моем мире небо — обычное дело. Там люди живут под ним всю жизнь. — Легко погладив моего демона по щеке и поцеловав в губы, я приобнял его за шею. — Если хочешь, попросим нас спустить обратно.
— Нет, ты же так хотел здесь побывать, — уже более уверенно ответил он, стараясь взять себя в руки. — А я… Мне будет легче, если я буду ощущать тебя.
Дважды повторять не надо было. Я привстал и перелез на его колени, обняв за плечи.
— Тебе так правда легче?
— Правда, — со вздохом сказал Кай, обнимая меня покрепче, а потом все же снова посмотрел вверх. — Здесь чувствуешь себя невероятно ничтожным.
Окружающая красота действительно не могла сравниться с фотографиями на экране. Все было таким огромным, необъятным, будто живым. И было лишь жаль, что не слышно никаких звуков снаружи.
— Но ты не ничтожный, — вновь усмехнулся я, тоже подняв взгляд на бесконечный небосвод. — Уж кто-кто, но не ты. Не думай об этом. Эти планеты ничего нам не сделают. На самом деле они ужасно беспомощны перед опасностями, несмотря на свой размер. Посмотри, что сделал один космический камушек с Аллебри. Но лучше расскажи об этих спутниках. Я давно о них читал и уже толком ничего не помню. Как они называются?
 
— Тот, что ближе всех, — начал Кай, кивнув на желтый диск ближайшего спутника, — это Сфиф. Древние люди поклонялись ему как богу плодородия. Но на самом деле на плодородие он никогда никак не влиял. Поверхность у него каменистая и ничего примечательного там в общем-то нет. Просто огромная круглая глыба.
— Но смотрится эффектно, согласись?
Кайсен только улыбнулся. Его первичный шок вроде бы исчез, сменившись обычным уверенным поведением. Так что теперь я мог спокойно разглядывать невероятное небо, слегка прижимаясь к его горячему телу.
— Ну, а что второй? — спросил я, переведя взгляд на другой, темно-голубой, который торчал из-за Сфифа.
Он был намного больше своего собрата, судя по тому, что находился явно значительно дальше, но при этом места на небе занимал больше.
— Гизоил. Газовый спутник, такой же, как Гимар — наш газовый гигант, на чьей орбите живет Аллебри. По составу веществ на поверхности они очень схожи. Некоторые даже считают, что Гизоил давным-давно был частью Гимара, но в какой-то момент откололся. Издревле считается, что Гизоил — супруг Аллебри, потому что его всегда видно по ночам, в отличие от Сфифа. Тот постоянно то исчезает, то снова появляется в поле зрения. Так что нам повезло.
— Как это все умещается в твоей голове? — удивился я. — Или ты читал перед поездкой?
— Нет, память попросту хорошая, — улыбнулся Кай.
— Мне бы так.
Мы еще долго любовались прекрасным небом, обсуждая спутники, потом искали созвездия и в итоге даже стали мечтать о полетах в космос. На поверхности же самой Аллебри было абсолютно нечего смотреть — лишь темные холмы вокруг, так что и времени на разглядывание почвы я тратить не стал.
За приятными разговорами я не заметил, как прошло отведенное на экскурсию время. Тихий голос из динамиков оповестил о том, что сеанс окончен, и капсула стала опускаться в открывшейся под ней тоннель. Я с сожалением провожал взглядом необыкновенную красоту, пока ставни перед нами не закрылись, снова погружая капсулу в полутьму.
— Спасибо, Кай. Это было просто охренительно круто, — улыбаясь, проговорил я, усаживаясь обратно на свое место.
— Ты прав. Мне тоже понравилось, хоть поначалу и было сложно справиться с нахлынувшей тревогой, — признался Кай, лениво играя с моими пальцами своими. — Никаких стен и потолков, только плоскость земли и огромное небо — мне сначала показалось, что оно нас проглотит. В твоем мире так постоянно?
— В моем мире и ночное, и дневное небо не такое красочное, у нас ведь только один спутник, — пожал я плечами. — Но нас оно не пугает, мы же с рождения живем так. Чаще всего даже внимания не обращаем на его существование из-за ежедневных забот. Оно как бы просто есть, и все.
— Я все больше хочу посмотреть на твой мир, Эндрю.
— Кай, можешь называть меня «Энди», если хочешь. Это типа… ласковое сокращение моего имени, — отчего-то замялся я на последних словах.
Я только сейчас понял, что для людей с моей планеты такое сокращение моего имени — сама собой понятная вещь, но здесь этого никто не понимал, потому что таких имен жители этой планеты не слышали.
— Хочешь, чтобы я называл тебя ласково? Хорошо, я не против, — протянул Кайсен, улыбнувшись. — Чем желаешь заняться, когда вернемся? Приедем в особняк как раз к утру, но я не пойду работать, взял пару выходных.
— Снова выходной? Это же круто! — еще больше повеселел я. — Но я даже не знаю, чем хотел бы заняться. Может, у тебя есть желания?
— Мое желание банально — находиться рядом с тобой.
— Ну если так посмотреть, то это и мое основное желание, — усмехнулся я, почесав нос. — Ты же любишь воду? Поблизости есть какие-нибудь природные или искусственные бассейны, пригодные для купания? Я бы поплавал.