Реальный придуманный мир (СИ)

- У меня отличная новость. Я нашёл нам корабль.
- Правда? Я думала... - я запнулась, меня не должно касаться с кем и как он проводит время.
- Что ты думала? - подозрительно сощурился Богдан.
- Не важно. Когда мы отплываем?
- Завтра утром.
- Кто-то всё-таки польстился на коготь дракона?
- Ага щас. Пришлось добавить.
Он ухватил себя за мочку уха, на которой больше не было серьги полумесяца. Богдан устроился за спиной и подсунул мне руку под голову, а вторую опустил на талию. Напряжение терзавшее последние пару часов спало, и мышцы расслабились. Я поймала себя на том, что как-то быстро привыкла к его объятиям. Но сопротивляться собственному организму не хватило сил. Я обмякла и удобнее устроилась в его руках.
- Устала?
- Безумно. Ходьба по пересечённой местности скоро меня доконает.
- Впереди три дня в море. Успеем отдохнуть. Надеюсь ты не страдаешь морской болезнью.
- Я тоже надеюсь. Никогда не ходила в море.
- Спи. Завтра рано вставать, - шепнул он и поцеловал в макушку.
Вопреки здравому смыслу и данному себе обещанию, я ждала, когда Богдан пойдёт дальше. Хотела жарких прикосновений и того, что едва не случилось в пещере. Как выяснилось, он джентльмен. А я трусиха. И пока Богдан забылся блаженным сном, я до боли кусала губы и пыталась отвлечься чем угодно, чтобы не думать о том, что занимало больше всего. Вслушивалась в шорохи и стрекот ночных сверчков. Но воображение с изощрённым коварством транслировало в мозг самые непотребные картинки.
***
Я только задремала, как разбудил крик петуха. Богдан опять куда-то слинял. Лишь бы не влип в неприятности. Я спустилась с сеновала и вышла во двор. Утренняя прохлада забралась под одежду и заставила поёжиться. Увидев Богдана, я застыла с открытым ртом. Он стоял у лошадиной поилки по пояс голый и обливался водой из деревянного ведра. Рядом маячила вчерашняя подавальщица и держала в руках его рубаху. Девушка жеманничала и глупо хихикала. Закрались подозрения, что когда он ходил вчера в порт, они всё-таки пересекались. Снова чувство раздражения забурлило по венам. Захотелось нашлёпать себе по щекам. Я подошла и растянула губы в притворной улыбке. Девушка увидела меня и вернула улыбку, такую же фальшивую. Будь у нас соревнования объявили бы ничью. Богдан обернулся и сверкнул глазами. Я пыталась найти в них разочарование, что помешала их флирту, но ничего такого не заметила.
- Хорошо, что ты уже встала.
- Польёшь мне?
Я подставила ладони сложив их лодочкой, и он плеснул мне на руки, чтобы могла умыться. Потом вернул девушке ведро, забрал рубашку и натянул на мокрое тело. Она прилипла, облегая стройную подтянутую фигуру. Чёрт! Жар прилил к щекам, покрывая их румянцем. Я провела ладонью по лицу, делая вид, что смахиваю влагу. Девушка всё это время переминалась с ноги на ногу и улыбалась как дурочка. К моему облегчению, её окликнул женский голос, она вздрогнула, быстро попрощалась и скрылась.
- У тебя целое гнездо на голове, - хохотнул Богдан.
Я запустила пальцы в волосы, расчёсывая и попутно вытаскивая солому. Попыталась заплести подобие косы, но короткие пряди не слушались: рассыпались и никак не желали укладываться. Обесцвеченные, без специального шампуня и кондиционера, они стали напоминать паклю. Богдан усмехнулся и переместился мне за спину.
- Давай помогу.
Он обхватил мою голову ладонями и наклонил к себе, чтобы было удобно. Забрал с боков ровные пряди и принялся туго сплетать на макушке. Закончив он скрепил резинкой, оставив маленький хвостик болтаться вдоль шеи. Я посмотрела на отражение в лошадиной поилке и провела пальцами по плотной аккуратной косичке.
- Здорово, где научился?
- Тренировался на младшей сестре.
- У тебя есть сестра?
- Была.
Богдан коснулся мочки уха, где раньше висела серьга и сразу убрал её. В глазах промелькнула тоска, и он тряхнул головой пряча взгляд.
- Идем, опоздаем на корабль.
Богдан зашагал вперёд не оглядываясь. Я смотрела на опущенные плечи и поникшую голову, а в груди разразилась буря эмоций: грусть, горечь, разочарование, сожаление. Серёжка принадлежала его сестре, и он отдал её, чтобы попасть на корабль. Он проецирует на меня её образ. Вот откуда это желание заботиться о ближнем. Я догнала его и взяла за руку. Хотелось поддержать, сказать, как ему благодарна, но подходящих слов не нашлось. По дороге на причал мы перекусили выданной гномами припасами, и я решила завести разговор, чтобы прервать молчание.
 
- Какая у нас легенда на этот раз?
- Та же, что я придумал для Елика.
Богдан подергал мочку уха, и я поняла, он что-то не договаривает.
- Что не так? – насторожилась я.
- Я сказал, что мы муж и жена.
- Зачем?
Он повернул голову, посмотрел на меня, как на дурочку и, видя, что я не понимаю красноречивого взгляда, пояснил.
- Так я могу не опасаться за твою честь. Если конечно сама не будешь слоняться среди матросов, бухать с ними и строить глазки.
- Ты такого обо мне мнения?! – от возмущения я поперхнулась воздухом.
- Нормального я о тебе мнения. Но согласись, гномы с их матримониальными устоями и моряки, которые полжизни проводят вдали о семьи, если таковая имеется – две большие разницы.
Как быстро он переобулся. Ещё недавно утверждал, что расслабляться иногда полезно. Ему Елик мозги промыл? Да и не собираюсь я больше напиваться.
- Ну знаешь, - я ударила его кулаком в плечо, но прежде чем продолжила гневную тираду, он взял под локоть и повёл к пристани.
- Просто веди себя скромнее.
- В таком случае, не безопасней ли притворится парнем? Говорят же, женщина на корабле к несчастью.
- Только не на этом корабле.
Мы спустились к причалу и нашли нужный корабль. На борту большими неизвестными буквами, напоминающими латиницу, красовалось название. Как ни странно, я поняла, что там написано - «Дочь шторма». На капитанском мостике возвышалась худая долговязая фигура в дымчато-синем мундире с широкими подплечниками, галифе и ботфортах. Длинные волосы, стянутые на затылке чёрной лентой, трепыхались на ветру подобно конскому хвосту.
- Это и есть наш капитан?
- Капитанша, - поправил Богдан.
Я открыла рот от удивления и принялась разглядывать женщину, которой на вид было не больше тридцати. На задворках сознания мелькнуло предостережение маленькой цыганки, но я предпочла задвинуть его в дальний угол. Последние дни организму хватает стресса, чтобы ещё раскачивать психику и укреплять манию.
На обветренных загорелых щеках капитанши светлели мелкие оспины, похожие на шрамы от ветрянки. Впрочем, они не портили красивое овальное лицо. Я отметила глянцевый блеск её каштановых волос и инстинктивно пригладила причёску. Женщина приветливо улыбнулась Богдану, демонстрируя ровные крупные зубы и бросила на меня оценивающий взгляд.
- А это и есть ваша очаровательная супруга?
В голосе капитанши слышалась неприкрытая ирония, а в глазах читался вопрос, что он во мне нашёл. Я никогда не могла похвастаться вниманием со стороны мужчин и не особо напрягалась на этот счёт, но сейчас почувствовала себя уязвлённой. Так и подмывало спросить, где её вторая половина. Выкинула за борт, потому что обед пересолил или плохо отдраил палубу? А может «обласкать» выражением покрепче. Слова застряли в горле, я так и стояла с распахнутыми глазами, беззвучно открыв рот. Видя моё замешательство, Богдан взял под руку и повёл к трапу.
- Она самая, - невозмутимо ответил он.
- Меня зовут Корвин Лэн, - представилась капитанша, посматривая в сторону моего спутника.
Я перехватила её взгляд и поймала недвусмысленное выражение. Лэн пожирала Богдана глазами. Сдается мне, та ещё будет поездочка. Вновь неприятное свербящее чувство появилось в области солнечного сплетения. Чёрт! Я ревную! Это открытие поразило и напугало. Вот и приплыли даже, не отчалив от берега.
 Глава 7.