Реальный придуманный мир (СИ)

Мы протиснулись между двух спорящих женщин и двинулись к пристани, где на волнах мерно покачивались корабли всевозможных размеров. Нос уловил аромат печёного теста и спелых яблок, от которого рот наполнился слюной, и я пожалела, что отказалась от завтрака. Торговка в засаленном переднике продавала с дымящегося мангала румяные полумесяцы на шпажках, которые походили на креветок, запечённых в кляре. Неопрятного вида мальчишка попытался стянуть один, но получил звонкую оплеуху. Рядом косматый старик продавал живых членистоногих с черными блестящими от влаги панцирями. Они шевелили клешнями и норовили ухватить за рукав торгующуюся за них покупательницу. Мы прошли мимо, женщины сидевшей на низкой повозке, она достала из корзины мелкую рыбину и стала размахивать прямо перед носом. Я вытерла попавшие на щёку капли и скривилась. Рыба была с явным душком. Пришлось прикрыть нос воротником рубашки, чтобы заглушить резкую вонь. Богдан замотал головой, давая понять, что нас её товар не интересует. Женщина недобро ощерилась и кинула рыбу обратно, та с хлюпаньем упала в корзину к другим таким же.
В конце торговых рядов разместились прилавки с фруктами и овощами. От плетёных корзин, наполненных яблоками и грушами, шёл сладкий сочный аромат, который снова пробудил аппетит. Я взглянула на берестяной короб, набитый спелыми красными ягодами и сглотнула. Богдан сунул мне в руку пару слив. Когда успел стащить?
- Жди здесь, а пойду и найду нам корабль, - он оставил меня у парапета, а сам двинулся к лестнице, ведущей вниз на пристань.
- Погоди! - опомнилась я и принялась снимать кольцо. - Тебе понадобятся средства на билет. Ты же не думаешь, что нас повезут за красивые глаза?
Он вытащил из кармана коготь дракона и повертел между пальцев.
- Думаю это будет достойной платой.
- Если тебе так приглянулись кольца, то так и быть, своё можешь оставить. Но вряд ли коготь потянет на оплату за проезд. Чёрт, оно не снимается!
Я безуспешно пыталась стянуть кольцо, но оно прочно засело на фаланге. Богдан перехватил мою руку и прервал безрезультатные потуги.
- Тем лучше, не потеряется. Жди здесь и никуда не уходи. Я скоро.
Он ушёл, а я взгромоздилась на каменный бортик и принялась поедать сливы, предварительно обтерев их подолом туники.
Люди сновали туда-сюда, перекрикивались, торговались – словом вели обыденную размеренную жизнь. Я представила, как окажусь дома и тоже вернусь к своим делам. От этих мыслей почему-то сделалось тоскливо. Прежняя жизнь показалась унылой и однообразной, но самое главное – меня никто там не ждал.
Мимо прошествовала девчушка в пёстром платье, сшитом из кусочков разной материи. Такие же полоски разноцветной ткани были вплетены в тощие тёмные косички. Худое загорелое лицо пересекали грязные разводы, будто она недавно плакала и забыла умыться. На вид ей было не больше двенадцати. Она остановилась возле меня, вперилась глазами цвета бледной заварки и улыбнулась, демонстрируя щербатые кривые зубы.
- Если госпожа даст монетку, я скажу ей будущее.
Я замотала головой и постучала по пустым карманам. Она склонила шею в бок на манер хищной птицы и прищурилась. Лицо вмиг стало по-взрослому серьезным.
- Глупая ты. Одного короля уже потеряла. Не ровен час, потеряешь второго, - её голос приобрёл повелительные интонации. - Синяя женщина дорогу тебе перейдёт. Красный мужчина к погибели приведёт. Не будет в твоём деле удачи, - скороговоркой закончила она.
Стало не по себе. Я потёрла озябшие плечи и оглянулась на пристань, выискивая Богдана. Когда снова повернулась, девчонки след простыл. Я никогда не верила, что будущее предопределено, считала – мы сами строим свою судьбу. Но слова маленькой цыганки напугали. Возможно этого она и добивалась. Я настолько погрузилась в размышления, что не заметила вернувшегося Богдана. Он сел рядом и хлопнул меня по коленке.
- Ты нашёл нам корабль?
- Нет, всё мимо.
- Чёрт!
- Там есть таверна, предлагаю перекусить и передохнуть.
- У тебя появились деньги?
- У меня появилась идея.
 
В ярко освещённой, натопленной таверне пахло тушёным мясом, пивом и по́том. Гам и звон посуды заполнял пространство. Я осмотрелась, выискивая свободный столик. Посетителей набилось много, и почти все места оказались заняты. За широким столом у полыхающего очага шестеро мужчин играли в кости. У окна ещё одна компания вела шумное обсуждение, разложив перед собой бумаги. Девушки в чепцах и передниках сновали по залу с высокими кружками и подносами. Один из мужчин шлёпнул разносчицу по заду, та ойкнула и пошла прочь, кокетливо виляя бёдрами.
Мы устроились в закутке между ряда бочонков и дверью в подсобное помещение. Стол качался, как ладья на волнах, жестяную банку на полу переполняли объедки, а столешницу покрывали капли застывшего воска и въевшиеся жирные пятна. Я протерла скамью рукавом и села на самый край. Богдан расположился, напротив. Рядом тут же появилась молоденькая подавальщица с очень откровенным декольте. Она посмотрела на Богдана и расцвела широкой улыбкой, но стоило перевести взгляд на меня, как та померкла. Богдан без зазрения совести пустил в ход очарование и попросил принести нам по вкусному горячему и кружке эля. Девушка раскраснелась от потока комплиментов и ещё раз одарила его улыбкой.
- Ты натурой собрался расплачиваться за наш обед?
Вопрос прозвучал резче, чем я планировала, и Богдан поднял брови, не ожидая такого выпада. Он наклонился вперёд, поманил пальцем, и я подалась навстречу.
- У тебя много историй в запасе?
- Ты серьёзно?! Лучше кольцо продать, - я снова попыталась его снять, но оно сидело, как влитое.
- Поверь, не лучше.
- Как ты себе это представляешь? Мне встать на стол и начать декламировать? Я не умею работать с аудиторией, я на презентацию собственной книги не пошла. Я просто боюсь выступать на публике, - призналась я почти шёпотом.
Он взял меня за руку, заглянул в глаза и ободряюще улыбнулся.
- Расскажи мне. Но достаточно громко. А потом прервись на самом интересном моменте. Кто-то обязательно захочет дослушать. Он и заплатит за нас.
Я пробежалась взглядом по залу изучая посетителей. Явно не моя целевая аудитория.
- Чёрт, здесь так шумно.
- У тебя всё получится. Гномам твоя история зашла. Некоторых проняло аж до слёз. Да я и сам впечатлился.
- А если затея не выгорит?
- Полы подметём, посуду помоем, не четвертуют же нас в конце концов.
Я собралась с духом, прочистила горло и произнесла, как можно громче.
- А я рассказывала про смертного, который поссорился с Богом? Нет? Ну слушай. Далеко за северным морем есть маленькая страна дождей и туманов. Там облака застилают небесное панно плотной ватой, величественные фьорды перетекают в изумрудные долины, на которых лениво пасутся стада овец. Каменистые берега омываются холодными водами океана. Этот суровый край воспитывает суровых людей. Едва научившись ходить, они берут в руки оружие. Как мужчины, так и женщины. Самых доблестных и неукротимых воинов называют берсерками. Пав смертью храбрых на поле брани, они попадают в небесный чертог – Вальхаллу, где правит мудрый и справедливый Бог Всеотец. Пируют, поедая мясо дикого кабана и вкушая вино из волшебного мёда. И нет тем пирам ни конца, ни края.
Кьелль сидел за длинным столом среди сотоварищей и откровенно скучал. Лёгкий хмель от пряного вина бродил по организму, но голова сохраняла ясность. Обсуждение былых побед его не прельщало, ибо нечем особо похвастаться. Погиб в третьем своём сражении. В чём же доблесть? Сам он не считал себя великим бойцом, хоть присутствие здесь говорило об обратном. Молодая кровь бурлила и требовала подвигов. Он обвёл присутствующих скучающим взглядом и заметил в дверях женщину с прекрасным лицом. Толстые золотые косы струились по плечам и спускались до самых бёдер. Из-за спины выглядывали два массивных крыла, перья переливались, словно покрытые золотой пылью.