Проклятое правое дело (СИ)

— Ты говоришь, он просто взмахнул рукой, и металл... превратился в пыль? — его тон был скептическим, но в глазах горела жажда знаний.
— Он даже не махал рукой, Морти!
— И что же это? Магия? Алхимия? — Бойер начал бросаться предположениями. — Или что-то наподобие его фокуса с песком?
Далсон и Бойер безуспешно пытали девушку вопросами о произошедшем. В их мире, где магия была скорее инструментом, а не тайной, Седрик представлял собой загадку. И это притягивало их умы как магнит.
…
— Ты отпустила его? Но почему?
— Он оставил меня в живых, Морти. К тому же он больше не собирается убивать вас.
Бойер фыркнул в ответ.
— Это что, какая-то новая валюта в мире гончих и предателей? Жизнь в обмен на жизнь? — Бойер не мог скрыть своего недоумения. — Он больше не хочет нас убить, надо же. И что, мы теперь должны быть ему благодарны?
— Не обязательно, — голос Лилит звучал так, словно она объясняла азы морали недорослю. — Но он понял, что ошибся.
— За ошибки надо платить, — подал голос Далсон. — Не надо вот этой твоей мути про мораль и вторые шансы. У него был второй шанс и даже третий. Он все просрал.
— А сколько шансов было у вас? Вы годами играете с судьбами людей, манипулируете силами, которые едва понимаете. И ничего.
Далсон с Бойером обменялись взглядами, в которых читалось смешение скепсиса и неохотного признания того факта, что Лилит, возможно, права. Далсон поджал губы, в его глазах мелькнула тень раздражения. Он всегда знал, что умом Лилит пошла в прапрадеда, но иногда ее склонность к моральным рассуждениям утомляла.
— Знаешь, что мне в этом больше всего не нравится? — спросил он. — То, что мы теперь должны постоянно смотреть через плечо, ожидая, когда наш благородный юноша вновь решит, что ошибся. Или не ошибся.
Бойер кивнул, поддерживая товарища.
…
— Что думаете, доктор Бланш?
— Я думаю, мы все еще услышим об этом парне. И скорее всего, не будем этому сильно рады.
— Судя по рассказу Лилит ваш бывший подручный значительно продвинулся в своем искусстве. То, что он теперь делает куда интереснее, чем швыряться песком, пусть и с большой скоростью.
— Он явно тренируется и изучает границы своих возможностей.
— Да, он смышленый малый.
— Почему вы сразу не рассказали нам правду о вашей связи с ним и ваших подозрениях?
— Потому что я все же пленник, а не гость.
…
— А как там дела в долине? — Бойер решил поинтересоваться более приземленными вопросами. — Разобралась с бумажками?
— В долине дела ужасно, Морти! Беспорядок, все бумаги перемешаны, данных по половине расходов вообще нет! — возмущенно ответила гончая.
— Да ладно тебе, не все же так плохо! — подмигнул ей Далсон.
— Все просто отвратительно! Сотрудники совсем распоясались, а управляющий вообще пьет ваш бренди!
Бойер с Далсоном с недоумением переглянулись.
— Но он любит бренди! Мы для него его и покупаем!
Гончая посмотрела на них, как на двух безнадежных идиотов.
— Израэль неплохо справляется, он заслуживает иногда расслабиться! — Далсон снова попытался вступиться за управляющего.
Лилит скрестила руки на груди, понимая, что аргументы о здравом смысле и административной ответственности здесь бессмысленны.
— Ну что ж, тогда не удивляйтесь, когда вам придется расплачиваться за ваши исследования из собственного кармана, — резко сказала она. — И за бренди!
Далсон и Бойер оба на секунду остановились, словно столкнувшись с неприятной мыслью, но затем снова отмахнулись от нее, как от назойливой мухи.
— Да ну ты брось, Лилит!
Гончая вздохнула, ее терпение было на исходе. Она знала, что долина Далсона и Бойера – самые продуктивные земли Компании. Но эта отчужденность от реальности иногда поражала даже ее, привыкшую к их эксцентричности. Еще и управляющий у них был подстать. Девушка, конечно, относилась к Израэлю, как ко второму отцу, но знала, что временами тот ведет себя так же, как и эти двое – как увлекшийся ребенок, не замечающий ничего вокруг.
 
— Когда в последний раз вы смотрели на свои финансовые отчеты, а? — она нахмурилась, глядя на них, словно учительница на двух непослушных учеников. — Я не могу всегда вас вытаскивать!
— Финансовые отчеты? — Бойер как будто впервые слышал это словосочетание и, пытался вспомнить, когда в последний раз он действительно интересовался цифрами, не связанными с экспериментами.
— Израэль справляется, — Далсон повторил это, как мантру. — Мы же доверяем ему, не так ли?
Лилит возвела взгляд к небу, будто ища там поддержки или хотя бы понимания.
Ладно-ладно, — наконец, сдался Бойер. — Мы посмотрим на эти... бумажки, как только завершим свои дела здесь. И заберем у Израэля бренди.
— Но ненадолго. А то он расстроится, — добавил Далсон.
— Да, ты не представляешь, насколько он становится противным, когда злой, — поддержал Бойер.
  
Глава 17
 
За шесть дней до того, 
как мир изменился 
Субур – мелкий городишко на границе с территорией Университета. Из развлечений здесь только паб и церковь. Казалось бы, в населённом пункте, через который проезжают все желающие попасть в Университет, должна кипеть жизнь, но нет.
Серьезные люди, направляющиеся туда, обычно не имеют привычки останавливаться в таких местах. Да и бывает это не так чтобы часто.
Основной же поток – это ученики, потенциальные и провалившиеся. Будущие студиозусы, что направляются в Университет, обычно воодушевлены и жаждут либо знаний, либо приключений, а потому – не задерживаются в городе, проезжая его насквозь. Те же, кто с поникшей головой идет уже обратно, часто подавлены и хотят убраться из этих мест как можно скорее.
Субур никому не нужен, это окраинное захолустье и среди обычных людей принято думать, что таковое его положение – это случайность или даже естественный уклад. Остальные же знают, что большая часть жителей Субура – это агенты секретных служб всевозможных стран, наемники и авантюристы. И так – по всему миру, во всех городках, что расположены вблизи Университетов. Власти хотят знать, что происходит в храмах науки, кто и зачем приезжает сюда, а кто, наоборот, выезжает в мир. Они следят за территорией вокруг, населив ее своими шпионами, вербуют потенциальных учеников и похищают провалившихся – делают все, чтобы знать, что происходит в этих стенах.
Волею судьбы оказавшись рядом с местом великих открытий, Субур превратился в лабиринт из сплетен и слухов, где каждый ищет свою выгоду. Все, что остается уцелевшим в этом городе безнадеги, – это желание уехать подальше и забыть о своем пребывании здесь, как о дурном сне. Но Субур никого не забывает. Он хранит каждую историю, каждую неудачу, каждую утраченную мечту, добавляя их в свой пессимистический архив забытых имен и не случившихся легенд.
…
Далсон, Бойер и Бланш сидели за шатким столом в единственном пабе Субура – «Косом котелке». Одна из ножек стола была короче остальных, поэтому он шатался каждый раз, когда кто-либо из собеседников пытался облокотиться на него.
— Ну вот и добрались — негромко проговорил Далсон, отхлебнув из своей кружки.
Остальные молча последовали его примеру.
— Идеальное место для заговоров, не находите? — его голос был полон иронии, а взгляд скользнул по залу, где среди редких посетителей каждый второй был шпионом.
— Доктор Бланш, составите нам компанию или же помчитесь на доклад к своим начальникам? — Бойер решил уточнить дальнейшие планы их невольного компаньона.
— Не вижу смысла торопиться, — отозвался Бланш. — Если вы позволите, я бы посетил Университет вместе с вами. Давненько не видел архимага Канеллу и был бы рад повидаться.