Андервуд. Том 3 (СИ)

— Знаешь, что мне больше всего нравится в обычных угрозах? — спросил Ник, пригибаясь к земле.
— А? — демон с лёгким любопытством повернулся к Жнецу.
— Они не болтают так много, — едва закончив фразу, он превратился в молниеносный сгусток и рассёк пространство.
 Глава 28 
 Перекресток между мирами 
Колония Р3, парафия Кефриса
Как только они прибыли сюда, Алекса и помощники Святого отца высыпали емиров порошок на сенсея щедрыми горстями. Ей было жалко видеть такой перевод средств, но время поджимало. По словам Саймона, за ними в часе пути увязалась большая группа Тёмных.
Кефрис распустил горожан, велев им покинуть территорию Р3, и те, что могли это сделать, спешно седлали варанов и убирались прочь. Скоро здесь начнётся большая заварушка.
Конечности учителя отрастали медленно. Всё из-за длительного срока травмы, но тут было столько руды, что она диву давалась: на неё можно было безбедно жить маленькому городку.
Возраст Саймона тоже скорректировался и вернулся в норму. От выросшей новой шерсти он зачесался с непривычки.
— Немного покалывает, но сойдёт, — сжимая и разжимая кулак, ответил крысолюд и показал, что достаточно, можно больше не носить порошок.
Оставшееся время он посвятил разминке взятым буквально из воздуха голубым мечом. Его свет пестрил в скоростных тычках и трюках учителя. С каждым движением он становился всё быстрее и быстрее, пока не превратился в сплошную сферу.
— Пойдёт, — буднично сказал мастер и вышел наружу, а окружавшая его оболочка растворилась в воздухе.
Церковь забаррикадировали. Кефрис отказался эвакуироваться и остался с Саймоном и Алексой до конца.
— Тебе не обязательно этого делать, — пожал плечами полукровка.
— Для Сомса честь, дружеский долг и сострадание всегда были чем-то несущественным, чем-то, что можно принести в жертву. Но не для меня. Жалею, что поздно это заметил.
— Я тебя никогда не винил. Если бы не ты, кто знает, может, этому уроду и удалось бы сделать задуманное?
— Но ты никогда не любил наши беседы, — покачал головой святой отец.
— Я не любил их слюнявое содержание, — поправил Кефриса воин. — Все эти россказни о богинях и прочем таком — скука. Но у меня был неравнодушный собеседник, это многого стоит.
— Всё равно, прости меня.
— Ты просишь прощение у призрака, — усмехнулся Саймон и повернулся в сторону ворот. — Всё, скоро начнётся. Бегом внутрь, — приказал он девушке и священнику.
Алекса не совсем поняла ту часть про призрака, но, похоже, у Святого отца эта реплика не вызвала вопросов.
— Что он имел в виду? — спросила она набожного мужчину. — В каком смысле Саймон призрак? Он вам что-то успел рассказать?
— Боюсь, эта ноша не для тебя, дитя. Она вообще мало кому по плечу. Я и сам жалею, что узнал.
За дверью раздались первые громыхания от столкновения сенсея с воинством Тёмных. Хлопки входа и выхода из молниеносных атак уже были знакомы девушке. Она поднялась на третий этаж церковной башни и осторожно выглянула в окно.
Ураганным ветром голубой клинок носился меж тёмных тел, скорпионьи конечности разлетались в стороны, а противник всё напирал и напирал, не беспокоясь о вопросе смерти. Будто он второстепенен, а задача уничтожить врага — единственное, ради чего их создал подземный мир.
В голове Алексы царил такой же беспорядок, как и на поле боя. Она перескакивала с одной мысли на другую, в сердце предательски щемило, и дурное предчувствие не отпускало.
Ник вёл себя странно. В нём будто что-то изменилось. Ей показалось, что он был холоднее обычного. Так не ведут себя после долгой разлуки. Они едва успели перекинуться парой слов, как снова обстоятельства разделили их.
Она знала о его странной мечте выбраться на поверхность ради какого-то там солнца. Всё это воспринималось как обычная мужская бравада и мальчишеские игры — она надеялась, что он перебесится и со временем всё уляжется.
 
Но три года изгнания сделали его на порядок сильнее, и теперь девушка сомневалась.Неужели он и вправду уйдёт? Она кусала губы и пыталась представить себя на его месте, и выводы напрашивались неутешительные.
«Он не придёт даже попрощаться», — мелькнула в голове ужасная догадка.
Как только всё закончится, он исчезнет. Тут и так всё ясно: Ник свёл её с Саймоном и Кефрисом в одном месте, чтобы обезопасить. Оставил их приглядывать за ней.
Она всегда чувствовала его привязанность и улавливала любые изменения в его внутреннем состоянии. Однако Ник закрылся.
«Он всё уже давно решил».
Алекса оторвалась от зрелища битвы и задумалась, глядя себе под ноги. Отец Кефрис поднимался по ступенькам к ней.
— Жаркая будет ночка, — смотря за полем боя, прокомментировал священник. Внизу раздавались свистящие звуки, удары металла о металл и громыхание взрывов. Некоторых Тёмных сносило магическим вихрем. — Он сражается, как в пик своей формы, — задумчиво сказал Кефрис. — Как в последний раз.
— Саймон не погибнет, — уверенно заявила девушка, оторвавшись от самокопаний. — Он не ради этого столько боролся в тюрьме у Ганса.
Святой отец улыбнулся.
— Да, ты права, дитя, совершенно права… — он не стал уточнять, что имел в виду, на девушку и так свалилось море событий.
Священник пытался уговорить Ника выйти с ней на контакт, но Жнец отказывался и Кефрис не мог его винить.
Ведь радостное женское сердце выдало бы Алексу с головой. Какой бы она ни была взбалмошной гордячкой, но в душе это доброе создание. А тех, кто упал на самое дно, всегда слепит чистота чужой любви. Они видят её за километр. Сомс бы всё понял, Ганс так и подавно.
В колоде у Жнеца много козырей, и он разыграл филигранную партию последовательно, с холодным умом и осознавая свои возможности. Когда они обсуждали план, то учли многое, в том числе и нестандартные ходы противника.
Несмотря на прямолинейность, Ник хитёр. Ум этого человека доказывал, что никакой он не дитя трущоб. За время подготовки они много раз вели беседы на разные темы, коротая длинные вечера. Такое образование не получали даже отпрыски самых влиятельных дворян. Именно этот факт заставил Кефриса поверить в существование другого мира.
Ему было страшно. Сомнения роились в душе священника, но он отгонял их молитвами. Ведь недостающие куски мозаики он получил уже от Саймона, и услышанное не должно распространиться по Андервуду, иначе существующему порядку конец. Начнётся неконтролируемый хаос и разруха.
Только сильные духом способны вынести эту правду и смиренно идти дальше. Она не должна перечёркивать все достижения людей. Возможно, её сокрытие — даже великое благо, и его долг, как пастыря умов, сохранить тайну. Кефрис приложит к этому все свои силы.
* * *
Разрушенная усадьба Саймона, окраина Андервуда.
Ник носился по полю битвы пространственными скачками и на сверхскоростях. Случайный свидетель видел кляксы, опытный воин — распознал бы силу, а мастер — великое искусство. Настолько они были быстры.
Тем не менее Жнец выигрывал по количеству попавших в цель ударов. Вот только они не наносили существенного урона магической броне демона, поэтому Ник приступил ко второй запланированной стадии.
Заряженные энергией кастеты готовы были высвобождать взрывную силу. В драке он не просто так колотил барьер и иллюзии — воин напитывал секретный навык, позволявший аккумулировать сырую магию вне сосуда.
Условия просты: сколько раз ты ударил обычной атакой по врагу, столько раз сможешь активировать и взрывные выпады, стоимостью в десять душ. Касаясь кожи демона, кастеты сверкали синим неоном. Их мощь заставляла монстра злиться.
Ник ловко уворачивался от контратак и технично их блокировал. Физическую силу прошлось удесятерить, потому что сдвинуть врага с места на двойных или тройных иксах не представлялось возможным. Тот как монолит впитывал в себя «хлипкие» атаки.