Андервуд. Том 3 (СИ)

— Томас.
— Томас, я Алла, будем знакомы. Уже решил, где остановишься?
— В общем, я…
— У меня для тебя хорошие новости, — не дала ему досказать говорливая барышня. — Тут недалеко отличный постоялый двор, цены дешёвые, харчи — объедение, а если остановишься на неделю…
— Так долго я не планировал, — успел вставить Ник, ситуация его немного веселила, у девчонки определённо был взрывной характер — к ней уже раза два подходили с какими-то вопросами, но она отмахивалась от подружек, как от надоедливых мух. Те шептались, и иногда сзади доносились девичьи смешки.
— Вот и хорошо, значит, проездом?
— Что-то вроде того.
— Ничего, может, ты ещё передумаешь и останешься, у нас очень дружная колония. Каждый на своём месте, ты не обращай внимания на дядю Чака, он тоже хороший, просто любит выпить, а это до добра не доводит. Когда он был молодым, участвовал в рейде на крыс. Один раз, я тогда была маленькой, дядя принёс мне вот такой хвостище, представляешь? — красавица широко развела руками. — Какая-то особая крыса. Таких мало у нас. Ему ещё грамоту дали. Только судьба у него плохая: сына с женой загрызли на прогулке, с тех пор он и пьёт, очень изменился, да… — она, наконец, сделала паузу, а Ник из общего вороха этих сведений вычленил проблему.
— У вас где-то под боком гнездо с маткой?
— Что? — её взгляд затуманился, она уже давно мысленно была на другой планете. — Ах да, да — к нам пробовали присылать героев, но они убивали следствия, а не причину. Штук сто крыс подпалят и уезжают довольные. Им повышения, награды, а нам спустя пару месяцев опять возиться с волнами этой дряни.
— Волнами?
— Ты что, ни разу не видел нашествие? Их столько, что взглядом не объять… Ой, — она легонько шлёпнула себя по губам. — Что это я разболталась, так ты совсем не захочешь у нас остаться. Дура, дрянная девчонка.
Ник улыбнулся и поправил на плече шестьдесят килограммов тантала.
— Кто знает, может, и останусь, — решил он хоть как-то поднять настроение говорушке.
Её веснушчатое лицо сразу повеселело.
— Вот и хорошо, и если будут говорить, что плохо тут — не слушай. Лучше ведь самому во всём убедится, а не копировать чужое мнение так? Мне это папа всегда говорит — суди о людях по их поступкам и всегда имей собственную точку зрения, — эти слова она сказала слишком серьёзным и наставительным голосом.
— Мудрый у тебя папа, — вскользь заметил Ник.
— Да и ему палец в рот не клади, так что лучше не злить его, но если вести себя правильно, честь по чести, то заслужишь его уважение. Ну вот мы и пришли, — она приглашающим жестом показала на дверь.
— А ты куда? — спросил её Ник, девушка собралась уходить.
— Мне по делам, ты не бойся — там за стойкой скажи от Аллы и тебе сразу всё оформят — удачи. Ещё увидимся, Томас с большой земли, — она это произнесла так, будто чуяла: имя не настоящее, но гадать на кофейной гуще Ник не собирался и отворил дверь трёхэтажного здания.
Вывески там не было, впрочем, как и любых опознавательных знаков. Походу, это единственное заведение подобного рода в F3.
— Мне комнату, я от Аллы, — сказал он широкоплечему мужчине, больше похожему на кузнеца, чем на метрдотеля.
— Надолго к нам? — подняв бровь, спросил басом Эд, записывая у себя что-то в старенькой книжонке.
— Дня на три, может, больше — пока не определился.
— Хм, держи, — он протянул ключи после оплаты и проводил его до комнаты. — Завтрак, обед и ужин внизу, рук у нас не хватает, так что…
— Нет проблем — сам заберу.
— Вот и отлично, — мужчина постоял в дверях и добавил в конце. — Нужна будет работёнка — обращайся. С оружием умеешь обходиться? — Ник помедлил с ответом, и Эд добавил. — Вижу, что умеешь, воина узнаю по походке, хоть и меча у тебя нет. У нас отряд зачистки раз в неделю выбирается загород. Сокращаем поголовье. Без понятия кто ты, не люблю лезть в дела постояльцев, но если захочешь присоединиться — знаешь, где меня найти.
 
— Хорошо, спасибо за предложение, Эд, — они пожали друг другу руки, и когда захлопнулась дверь, он с облегчением опустил свой груз и присел на краешек кровати.
Непривычно снова оказаться в социуме после такого перерыва. Собравшись с мыслями, он попросил нагреть воды и отстирал своё тряпьё — от него адски разило. Хоть и никто ему ничего не говорил, но Ник видел по лицам, как на него реагировали.
Также он принял ванну и отскоблил с себя всю грязь. Чистенький Жнец спустился на первый этаж и забрал поднос с едой. Мелочиться не стал — взял жаренного мяса с салом, пюре из корнеплодов, квасу и тёплую лепёшку. Это самый дорогой тариф, но он того стоил. Впервые за долгое время путешественник поел нормальной еды.
«Кайф», — Ник вытер мякишем тарелку и залпом опрокинул кружку.
Разнежившись от комфорта, парень лёг спать и провалялся часов шестнадцать. Так долго он ещё не отдыхал. Боль напомнила кое о чём важном, и путник, одевшись и умывшись, спустился к хозяину заведения.
— Что у вас тут намечается? — спросил Ник, глядя на входивших в зал мужчин: все были обвешаны амулетами, бронёй и оружием.
— Ты что, забыл? У нас сегодня зачистка. Завтрак там, на столе, извини, мне сейчас некогда, — ответил здоровенный Эд, застёгивая наручи на мускулистые предплечья.
— Я с вами, скажи поварихе, пусть отнесёт в ледник и это, — Ник чуть замялся. — У меня меча нет и кулон бы на обезболивание…
— Ха-ха, наш мальчик боится пораниться? — раздалось сзади замечание, и мужчины залпом загоготали лужёными глотками.
— Меч, так уж и быть, дам, но комплекта брони лишнего нет, — почесал голову Эд.
— Обойдусь, так что насчёт кулона? — не обращая внимания на кривляния молодого задиристого воина, спросил Жнец.
— Артефакт имеется, но выдать не могу, извиняй.
— А что, если куплю? — Ник выложил на стол мешочек с экоинами, чем вызвал странные переглядывания.
Видимо, решили, что он заигравшийся в героя сын богача или ещё что-то подобное, но ему, честно говоря, плевать — прошлый артефакт забрал Ганс, а терпеть каменное отравление, пусть и ослабленное, сильно изматывало. Он хотел отключать боль хотя бы во время сражения, чтобы концентрироваться на враге.
— Хорошо, вот меч, — он передал короткий одноручник. — Иди собирайся, а я сгоняю в хранилище…
— Есть двуручное что-то? — спросил у него Ник.
— Бери что дают, и не выделывайся, — вновь подал голос задира с рыжими бровями. — И не вздумай нам мешаться, а то знаем. Приедут потом родственники спрашивать, а оно нам надо, да, мужики?
— Да, Монри, всё правильно сказал…
— Может, ну его…
— Опять эти разборки…
Мужики подняли сердитый гвалт, но обсуждения прервал ор Эда.
— Заткнулись, млять! Вы что, бабы базарные? — затем, когда все затихли, положил на стол двуручник. — Такой сойдёт?
— Это самый тяжёлый? — уточнил Ник.
— Да.
— Тогда пойдёт, спасибо, Эд.
Ник поднялся к себе и высыпал из тубуса емиров порошок в пустующую флягу. Остальное спрятал под кровать. Люди тут простые — воровать не станут. Тем более в приграничных колониях наказания строгие — сразу руки отрубают.
Дальше он сходил с Эдом в артефакторную и забрал свой кулон, заряды на него обменял на порошок. И снова здоровяк не задавал лишних вопросов. Ник на руки получил пять камушков и остался доволен сделкой.
Воины уже ждали снаружи. Всего в поход собралось сорок человек. Все поджарые, серьёзные дядьки. Они не были профи, скорее ополчение, но из-за близости с опасностью невольно освоили азы боевого искусства.
Выяснилось, что Эд — староста колонии F3. Это вызвало у Ника ещё больше уважения. Ведь тот не отсиживался за четырьмя стенами, а лично принимал участие в зачистке.
Жнец тащил на плече тяжёлый двуручник, идя в задних рядах. Очевидно, что доверять незнакомцу никто не стал, и потому отправили в безопасное место, чтобы не отсвечивал.