Завещание Единого бога (СИ)

— Внимание, отряд! Стой! — резкий окрик Зода выдернул ее из воспоминаний. Дождавшись когда все остановятся, командор обернулся к бойцам и скомандовал: — Спешиться! Первый десяток — берем пики! Второй и третий — зарядить самострелы! Десятникам доложить о выполнении!
Их отряд только что въехал на холм, с которого до поста на старой границе было чуть больше полутора лиг пути. Акарем находился впереди справа, но самого поселка отсюда не было видно. Из-за деревьев торчал остов разрушенной церкви, и немного просматривалась часть восточной гарнизонной стены.
— Неспокойно мне, — заметив ее вопросительный взгляд, хмуро пояснил командор. — На посту никого, и стены тоже пустые…
— Но они же почувствовали, что Погань ушла, — Аста проследила за взглядом приятеля и легко пожала плечами.
— И что из этого? — Зод хмыкнул и ещё больше нахмурился. — Если почувствовали, то нужно оставить пост и убрать часовых со стены? Да даже если бы все вокруг возлюбили бы ближних, как монахи в главном храме Лорана, то все равно все бы осталось по-прежнему. Расписание караулов и патрулей утверждается в Джарте второго числа каждого месяца, и ради всеобщей любви Моне его не отменит. Тебе бы послужить у нас пару оборотов, и вопросов бы таких не возникло.
— Спасибо за предложение, но я, пожалуй, воздержусь, — Аста улыбнулась и сделала отвращающий жест. — Мне хватило вашей службы в последние дни и больше как-то не хочется.
— Ну как знаешь, — Зод усмехнулся, затем выслушал доклады десятников и приказал отряду выступать.
Смешки и разговоры затихли. Бойцы забрали из повозок щиты. Первый десяток вооружился пиками и продолжил движение по тракту, второй и третий выдвинулись на фланги. Случись бой — они развернутся цепями, обстреляют противников, а затем будут действовать по ситуации.
Рэя отправили назад, а сама Аста осталась около Зода. В случае обстрела она прикроет десяток Щитом, который легко отразит пару десятков болтов.
Едущие впереди разведчики не выказывали беспокойства и никаких знаков не подавали, но в воздухе висело заметное напряжение. Отряд двигался молча. Только лязг железа, стук копыт, фырканье коней и скрип колес, едущих сзади повозок.
В тот момент, когда разведчики проехали пограничный пост, Зод заметно напрягся, но ничего страшного не случилось. Один из бойцов остался на виду у отряда, четверо уехали направо в сторону гарнизона. Вскоре двое из них вернулись, и вместе с ними на пост подошёл пеший солдат в простой пехотной кольчуге, с коротким копьем в руках.
Совсем молодой и безусый. Кольчуга болталась на нем как на тренировочном манекене, шлем был заметно велик и постоянно сползал на глаза. Впрочем, парень не выглядел ни испуганным, ни потрясённым и это слегка успокаивало.
Когда они подъехали к посту и Зод вскинул руку, приказывая остановиться, один из разведчиков подтолкнул паренька вперёд, а сам со вздохом опустил взгляд.
В этот момент настроение у Асты испортилось окончательно.
По физиономии бойца было видно, что что-то произошло, и это «что-то» определенно никого не обрадует.
— Арек Весло, господин! — поправив шлем, бодро доложил молодой солдат. — Второй десяток дежурной сотни. Командор Ивар оставил меня здесь вас встречать! Он верил, что вы вернётесь, и не ошибся!
— А сам он где? — чуть склонив голову, уточнил у паренька комтур. — В гарнизоне никого не осталось?
— Нет, — Арек потряс головой, поправил съехавший на глаза шлем и пояснил: — Гарнизон ушел в Джарту защищать город от вторжения из Агира.
— Интересно… — Зод вздохнул и, скосив взгляд на Асту, посмотрел на солдата: — Докладывай: когда это случилось, и что конкретно просил передать командор.
— Семнадцатого вечером прилетел голубь из Джарты, и командор Ивар приказал всем выступать, — звонко отрапортовал молодой боец. — Вам он просил передать… — парень прикрыл глаза, вспоминая, затем задрал подбородок и громко, раздельно проговорил: — Всего их четыре тысячи или чуть больше. Тысяча Серых Плащей и три — пехота с обозом. Будут у Джарты двадцать первого — двадцать второго числа, в зависимости от погоды.
 
— Ясно, — Зод кивнул, задумчиво тронул свой подбородок и снова обратился к солдату: — А ты здесь, значит, один?
— Да! — паренёк ударил пяткой копья о землю и браво выпятил грудь. — Охраняю границу от Погани.
— И не страшно одному-то? — не выдержав, спросила у него Аста.
— По-всякому бывает, — солдат смутился и опустил взгляд. — Но здесь ещё пятеро местных, кому идти некуда. Мы в гарнизоне ночуем. Ворота закрываем, и уже не так страшно. Зачарованную сталь тварям не пробить, а днём они не показываются.
— Все страшные твари подохли, — в ответ серьезно произнесла Аста. — Погани больше нет, но вы все равно по ночам закрывайтесь.
Нет, она могла не говорить ничего, но этот юный воин заслужил объяснений. Мало кто останется вот так на границе Погани и не сбежит. А этот не ушел. Выполнил приказ командира. Ивар по понятным причинам оставил самого молодого, но боец не подвёл своего командира.
— Погани нет⁈ — выдохнул парень и, поправив съехавший шлем, поднял на неё растерянный взгляд.
— Закончилась Погань, — поддержал кирию Зод. — Продолжай нести службу, солдат, и не забывай закрывать на ночь ворота.
— Будет исполнено! — выкрикнул в ответ паренёк и отошёл в сторону, освобождая отряду дорогу.
Они проследовали мимо гарнизона и по приказу Зода остановились напротив разрушенной церкви. Выехав вперед и убедившись, что все его видят, командор обвел взглядом бойцов и произнес:
— Вы все слышали, что сказал этот мальчишка. Тысяча латной конницы и три тысячи пехоты Агира — это очень немало. Джарту такими силами им не взять, но в поле у армии города против них нет ни единого шанса. Даже с учетом прибытия всех гарнизонов.
— То есть в ближайшее время на приступ они не пойдут? — уточнила Аста, встретившись с комтуром взглядами.
— Нет, — Зод покачал головой. — Даже если бы они собирались штурмовать город, это произошло бы не раньше, чем через одну-две декады. Только никакого штурма не будет.
— А зачем же они тогда пришли? — она непонимающе поморщилась. — Какой в этом смысл? И почему ты решил, что штурма не будет?
Нет, Аста догадывалась, что подобные вопросы могут звучать глупо, но это волновало ее в последнюю очередь. Когда у тебя в мешке лежит письмо, способное остановить творящийся кошмар, нужно понимать каждую мелочь для того, чтобы правильно его передать.
— Будь это не так, командующий послал бы вперёд тяжёлую конницу без обоза, — подняв на неё взгляд, пояснил командор. — В Джарте, по самым смелым оценкам, можно поставить в строй три сотни конницы, полтысячи копейщиков и тысячу-полторы ополчения, которых придётся собирать несколько дней. Тысяча Серых Плащей разобьёт такое войско в поле без вариантов. — Зод пожал плечами и посмотрел в сторону оставленного гарнизона. — Ивар с его людьми до Джарты добирались не меньше суток, а рыцари Агира были бы там через семь-восемь часов. Ты думаешь, в графстве не знали, что Моне отправит голубей в гарнизоны?
— То есть рыцари Агира могли легко перехватить прибывающие с границы войска, а городской гарнизон никак не смог бы им помешать? — внутренне похолодев, уточнила у приятеля Аста. — А что если…
— Нет, — Зод покачал головой. — Никакого сражения возле города не было. Выжившие вернулись бы сюда и скрылись бы за стенами гарнизона. Командор Арт скорее всего сам отправил известие в Джарту о том, что собирается выступать, и указал точные сроки прибытия. То есть сам он, конечно, никого не отправлял, но громко об этом заявил, чтобы услышали те, кто должен услышать.
— Командор Арт — это тот, кто водил сотню агирцев в Лигею?
— Да, — Зод кивнул. — Барон Арт был правой рукой Конрада, и бессменным командором армии графства. В народе его зовут Серым лисом. Выступи он тогда навстречу армии Вестольда, и я бы не поставил на Рэма и медяка. Только Конрад почему-то решил умереть…
— Интересно, — Аста нахмурилась, не до конца понимая замысла обеих сторон. — Получается, этот Арт пропустил все прибывающие войска и заблокировал их в Джарте?