Паучий дар
О! Был способ заполучить шкатулки, а заодно лишить Эммета власти над существами, которые находились у него в подчинении. Быть может, без них ему нечем будет угрожать Неттл, Яннику и Харланду. Но за это придется заплатить высокую цену, при мысли о которой Келлену становилось дурно.
– У меня есть план! – поспешил объявить он, прежде чем растеряет остатки самообладания. – Но нет времени объяснять. Прямо сейчас я хочу, чтобы ты принял участие в аукционе. Я могу дать тебе кое-что ценное. Ты должен задрать цену и вынудить Эммета поставить все, что у него есть!
* * *На протяжении долгих лет Шэй Эммет втайне гордился своей способностью ориентироваться на Подлунном рынке, никого не задевая и не попадая в подстерегавшие там неприятности. Клыкастые и пернатые существа, с которыми он торговал, чувствовали, что Эммет – еще один улыбчивый хищник, такой же умный и опасный, как и они. Это всегда напоминало танец. Рискованный танец, требующий быстро работать ногами, с па которого он был хорошо знаком. Теперь же Эммету казалось, что музыка меняется едва ли не каждую секунду, а половина бального зала обрушилась в пропасть.
Он впервые получил черную метку. Впервые был наказан. И унижение ранило сильнее, чем боль. К тому же этот фермер, Харланд Мелбрук, заявился на аукцион и теперь слоняется тут без дела, как потерявшийся ребенок. Эммет счел бы это зрелище комичным, но при виде Харланда ему показалось, будто он проваливается в дурной сон. Как этому увальню удалось сбежать?
Эммет вытащил шкатулку с порталом, чтобы отправить Тэнси сообщение, но стоило ему откинуть крышку, как оттуда хлынула вода. Он торопливо захлопнул шкатулку.
– Простите, – спрашивал фермер остальных гостей аукциона, – не подскажете, как мне сделать ставку? У меня… есть это. – Он держал в руках бутылку-ловушку из тех, что изготавливали в Департаменте дружеских отношений. – В ней сидит Танцующая звезда. Очень редкая. Она ходила по мостовым столицы.
Вокруг зашелестели заинтересованные шепотки. Эммет с удивлением наблюдал за тем, как ставки Герцогини вынимают из чаши, чтобы освободить место для бутылки. Насколько ему было известно, единственной Танцующей звездой, которой доводилось бывать в столице, была та, что он сам туда притащил.
– Это существо тебе не принадлежит, ты не имеешь права его ставить! – рявкнул Эммет, не в силах сдержаться.
– Танцующая звезда моя по праву захвата и владения, – осторожно ответил Харланд Мелбрук, словно повторяя чьи-то слова.
– Она моя собственность! – объявил Эммет. – И я могу это доказать! Если выпустишь ее из бутылки, посмотрим, к кому она подойдет и кого назовет господином.
– А что ты скажешь про мальчика-чайку? – Фермер кивнул на клетку, и в его мягком голосе послышались металлические нотки. – Если его выпустить, он к тебе полетит? Что-то я сомневаюсь. Значит, и ты не имеешь права его ставить.
Пока Эммет пытался сообразить, что ответить, чей-то шепот над ухом заставил его подпрыгнуть:
– Шэй!
Рядом с ним стояла Тэнси, насквозь промокшая, с всклокоченными волосами. У Эммета закралось подозрение, что дрожит она скорее от злости, чем от холода. По лицу Тэнси он ясно видел, что она повернулась к своей темной стороне. И кому-то, скорее всего, придется за это заплатить.
– Корабль затонул, – сказала она тихим равнодушным голосом. – Неттл уплыла, а твой Хозяин леса кинулся за ней вместо того, чтобы спасти меня.
Прежде Эммет всегда находил время, чтобы выслушать обиды Тэнси, но сейчас счет шел на секунды.
– Контракты! – прошипел он сквозь сжатые зубы. – Контракты, которые я отдал тебе на хранение! Дай их мне!
Вырвав охапку промокших свитков из рук своей хмурой спутницы, Эммет поднял один над головой.
– Договор купли-продажи на Танцующую звезду! – прокричал он.
– Договор купли-продажи на мальчика-чайку, – парировал Харланд Мелбрук, в свою очередь доставая пергаментный свиток из кармана.
И снова под ногами Эммета качнулась палуба. Все это не имело смысла. Он чувствовал себя ребенком, заблудившимся в чаще; из темноты за ним с любопытством наблюдали блестящие голодные глаза.
Женщина-стрекоза задумчиво пошевелила крыльями и приняла решение.
– На оба товара заявляется право захвата и право договора, – прожужжала она. – Оба товара заберут и выпустят на свободу, чтобы посмотреть, кого они признают своим хозяином.
Эммет в ярости наблюдал за тем, как бутылку-ловушку и клетку с птицей уносят прочь, а чайка машет крыльями.
– Я хочу сделать еще одну ставку! – быстро объявил он и вытащил прядь волос, срезанную с головы Неттл. – Проклятая девушка, которая сама стала проклинательницей. Круг, который замкнулся. Змея, кусающая себя за хвост. – Поэтичность ставки произвела впечатление на зрителей и ведущую аукциона.
– Но ее у тебя тоже нет! – закричал Келлен, хватаясь за решетку.
– Вот тут ты ошибаешься, – громко ответил Эммет и увидел, как у Келлена вытянулось лицо.
Возможно, это не ложь, сказал себе Эммет. Скорее всего, Хозяин леса уже схватил девчонку. Но лучше, конечно, в этом удостовериться.
– Верни все, что я велел тебе хранить! – шепнул он Тэнси. – А потом иди разузнай, где носит Хозяина леса! И приведи сюда Неттл!
Тэнси потрясенно уставилась на него. Она не привыкла, чтобы Эммет вот так, в открытую, отдавал ей приказы.
– Я не могу пойти одна! – запротестовала она.
– У нас нет времени на споры! – сердито прошептал он. – Я только что предложил в качестве ставки проклятую девушку, которая сама стала проклинательницей. После аукциона мне так или иначе придется предъявить им эту девушку!
Так или иначе. Тэнси ведь уловила угрозу, которая крылась в этих словах? Она быстро опустошила карманы, передав Эммету все, что он ей доверил, даже шкатулку с порталом. Позже он обязательно успокоит Тэнси и заверит ее, что, разумеется, у него даже мысли не было отдать ее вместо Неттл. Но сейчас ему нужно было хорошенько припугнуть Тэнси, чтобы она перестала упрямиться.
Когда она поспешила прочь с ошеломленным и обиженным видом, Шэй Эммет положил на весы прядь волос Неттл. Чаша склонилась в его пользу.
* * *Клетка распахнулась, и Янник сорвался с места, как провонявшая рыбой стрела срывается с тетивы. Четыре стремительных взмаха крыльями – и наконец холодный, сладкий воздух вновь принадлежал ему. Он снова стал повелителем ветра, а опрокинутый мир – его игрушкой. Внизу сияла Белая лодка. От корабля Эммета остались только половина корпуса и россыпь досок. Другие лодки на Подлунном рынке превратились в бесцветные кляксы на глянцевой поверхности воды, уподобившись темным пятнам на старом зеркале.
Янник взлетел над деревьями и описал круг, выискивая Неттл. Он чувствовал присутствие сестры, это противоречивое сочетание золы и молока, присущее ее разуму. Янник издал пронзительный вопль, разорвав покров ночной тишины.
– Янник! – В мыслях Неттл явственно слышалось облегчение. Он последовал за ними, ведомый ее голосом в своем сознании.
Первым он увидел Хозяина леса. Высокий рогатый зверь стоял на бревне и греб сломанной доской, стараясь не отстать от шлюпа с серыми парусами. Два вороноликих мужчины окликали его, перевесившись через борт, но Хозяин леса не обращал на них внимания. Его бледное, смутно различимое лицо было повернуто к третьей фигуре на палубе шлюпа – к той, кого Янник признал в мгновение ока.
– Неттл! – позвал он и, спустившись по спирали, сел на поручень возле нее. И снова его охватило ни с чем не сравнимое чувство правильности-неправильности, когда их разумы кинулись в объятия друг другу. Их связь всегда была чрезмерно, невыносимо тесной – и необходимой, как воздух.
Глаза вороноликих моряков чернели, как кусочки угля, а их темно-фиолетовые лохмотья развевались, подобно перьям. Они продолжали звать Хозяина леса хриплыми голосами, заискивали перед ним и предлагали связку каменных монет из затонувшего города, если он перестанет их преследовать и поищет неприятностей в другом месте.