Паучий дар

Под люком что-то скрипнуло, потом послышался тихий вздох.
– Кто там?
Как она и предполагала, это был голос Харланда.
– Пожалуйста, нам нужно вести себя тихо! – Неттл оглянулась на пустой коридор. – Они не должны услышать наш разговор! – Хотя на палубе визжала пила и все перекрикивались, она предпочла бы не испытывать удачу. – Это Неттл, мы с вами встречались в Департаменте дружеских отношений и спрашивали про вашего брата…
– Все спрашивают меня про Черрика, – негромко ответил Харланд. – Прости, я не знаю, где он, а если бы и знал, то не сказал бы.
– Я знаю, где он, – не стала скрывать Неттл, – но мистеру Эммету ничего не скажу.
Харланд принялся засыпать ее вопросами, но Неттл оборвала его:
– Пожалуйста, выслушайте меня! На самом деле я не с Освободителями. Мы оба заложники. Мистер Эммет хочет использовать меня и моего брата, чтобы уговорить Келлена перейти на их сторону. А вас, скорее всего, будут держать под прицелом на случай, если вдруг появится ваш брат.
– Сомневаюсь, что это его остановит, – с горечью пробормотал Харланд.
А Неттл вспомнила, как Галл бросил их на произвол судьбы в доме главного составителя, чтобы помчаться на другой конец Миззлпорта в поисках Харланда. Вспомнила, как болотный всадник с потерянным видом рассматривал в лунном свете размокшее письмо.
– И зря, – сказала Неттл. – На месте мистера Эммета я бы не стала вам угрожать. Потому что ваш брат будет преследовать его до края света, даже если для этого потребуется стереть Марь с лица земли.
Повисло молчание.
– О, – наконец выдохнул Харланд. Кажется, слова Неттл застигли его врасплох и слегка напугали, но тоски в его голосе поубавилось.
– Послушайте, – продолжала она. – Мы оба в опасности. Как только отпадет нужда в заложниках, от нас быстро избавятся. Боюсь, с мистера Эммета станется убить нас или продать на Подлунном рынке. Мы должны действовать сообща, потому что очень скоро нам нужно будет сбежать отсюда.
Сверху донесся протяжный скрип и стон, а затем грохот, как будто упало дерево. Следом послышались крики и громкий плеск воды. Корабль тронулся с места.
– У вас есть план? – просил Харланд.
– Даже несколько, – пробормотала Неттл. – Только, кажется, первый не сработал.
  
Глава 47
 
Месть
 
К вечеру следующего дня Келлен обкусал ногти до мяса. Янника нигде не было видно, как не было и вестей о том, увенчалась ли успехом их затея с паутиной, и от отсутствия новостей Келлен медленно сходил с ума. Он привык действовать, проработав план наполовину, но прежде рядом была Неттл, которая неизменно указывала на изъяны в его расчетах. А вот самому выискивать дыры в плане было ужасно утомительно.
Младшие братья с радостью согласились сплести гигантскую ловушку, но в целом замысел Келлена не одобрили. Они не хотели выставлять его на продажу – боялись, что полученный от старейшины дар расплетателя окажется в чужих руках.
– Скажи им, что это будет просто спектакль! – умолял Келлен Повара. – Им нужно только сделать вид, что они меня продают! И составить контракт, который станет для Шэя Эммета западней. Неужели это так сложно?
В конце концов Младшие братья согласились, но неуверенно шелестеть и пощелкивать не перестали. Идея о том, чтобы выставить кого-то на продажу на Подлунном рынке без намерения на самом деле продавать, была для них чуждой и казалась почти нечестивой.
Маслянисто-желтая луна уже поднялась над горизонтом, когда Келлен вскарабкался на свежесплетенный плот из плавучего мусора. И одолевавшее его нетерпение вдруг сменилось дурным предчувствием. В тесной клетке из бронзы и дуба пахло дикими зверями и застарелой мочой. Дверь с щелчком захлопнулась, и желудок Келлена сжался от страха.
– Там внутри защелка, так что ты можешь отпереть клетку и сбежать, если потребуется, – сказал Повар, улыбаясь одновременно весело и испуганно. Он места себе не находил с тех самых пор, как стало известно, что сопровождать Келлена придется ему.
– Эй! – закричал Келлен, когда на клетку набросили тяжелую ткань и внутри воцарилась абсолютная темнота.
 
– Нам нужно спрятать тебя от посторонних взглядов, – объяснил Повар, поправляя ткань так, чтобы Келлен мог наблюдать за происходящим снаружи через крохотную щель. – Мы же не хотим, чтобы тобой заинтересовались другие покупатели.
Келлен старался не прикасаться к ткани, чтобы ненароком ее не расплести. На сей раз на плоту спрятались Младшие братья, и время от времени он чувствовал, как их лапки щекочут ему кожу и ерошат волосы. Он сам не знал, успокаивает его их присутствие или нервирует. Когда Повар принялся орудовать шестом и плот сдвинулся с места, Келлен вдруг поймал себя на том, что вспоминает истории о людях, которые не обращали внимания на предостережения.
…Открыв глаза, он вскоре позабыл пророчество женщины, явившейся ему во сне, и поскакал к лесу, как и собирался…
…Он лишь посмеялся над кричащей монетой, бросил ее на землю и наступил на нее каблуком…
…Она была слишком занята разговором со светловолосым юношей, чтобы заметить предупреждения, вырезанные на воротах…
Если подумать, таким персонажам редко давали имена – и еще реже их ожидал счастливый конец. Они сами стали своего рода предостережением, одетыми в тряпье скелетами, чьи кости хрустели под сапогами настоящего героя, который в сказке всегда приходит потом.
* * *
Сидя в темноте, Келлен заметил, как ночные шорохи леса сменились негромкими звуками оживленного рынка. Все вокруг пропитал особенный запах – холодный, как лунный свет, и пьянящий, как вино. Разум Келлена снова затуманился, и этот туман нашептывал ему, что он – товар, выставленный на продажу. Он понял, что если не будет держать ухо востро, то скоро позабудет собственный план.
– Где мы? – шепотом спросил он.
Снаружи донеслись невнятные звуки.
– Как много ворон! – ахнул наконец Повар. Кажется, он тоже с трудом сохранял ясность мысли. – Думаю, они меня учуяли.
– Мы же направляемся к кораблям звероловов? – уточнил Келлен. Где еще Младшим братьям продавать Расплетателя, если не там?
– Она похожа на мою мать, – голос Повара завороженно дрожал, – только гораздо моложе.
– Повар! – Келлен рискнул высунуть руку из клетки и ткнуть его в лодыжку.
– Да! – Повар вскрикнул так, будто вытянулся по стойке смирно. – Да, – повторил он куда более грустно и снова заработал шестом.
«Теперь я вспомнил это место, – подумал Келлен. – И с чего я взял, что вернуться сюда – хорошая идея?» При свете дня он как-то позабыл о дурманящем мороке рынка и о том, как потрескивал ночной воздух от опасности и сомнений.
– Отличные уши, искусная работа. – Внезапно раздавшийся незнакомый голос пробирал до мурашек, словно капля, попавшая за шиворот. – Продаешь?
– Нет! – пискнул Повар. – При всем уважении, госпожа, никакая часть меня не продается. Но у нас есть карманные солнечные часы для забытого солнца, песнь о любви, запечатанная в бутылке…
Повар замолчал, и у него вырвался прерывистый вздох облегчения. Судя по всему, упомянутая госпожа утратила к нему всякий интерес и двинулась дальше.
– Видишь еще людей? – спросил Келлен, беспокойно ерзая в клетке. – Тебе нужен высокий человек с темными волосами, хорошо одетый.
– Нет, – прошептал в ответ Повар. – Нет… Боюсь, кроме нас, тут людей нет.
Келлена впервые посетила мысль, что Шэй Эммет мог и не заглотить наживку. Но только он об этом подумал, как что-то мягко врезалось в клетку и послышалось хлопанье крыльев. Затем раздался гортанный клекот, и маленькая черноголовая птица поднырнула под ткань и забралась в клетку.
– Янник! – радостно прошептал Келлен. – Где тебя носило?
Он выудил из кармана серебряный ошейник и поднял так, чтобы чайка смогла просунуть в него голову. Секунду спустя Келлен пожалел об этом. Внезапно в тесной клетке их оказалось двое, и сосед был крупнее и костлявее него, а в лицо ему тыкались крылья, покрытые грубыми перьями.