Паучий дар
– Янник! – Перескакивая через плавник, Келлен подбежал к брату Неттл и вытащил из кармана серебряный ошейник.
Чайка подпрыгнула к Келлену с явной неохотой, нервно дернула крыльями, но все-таки сунула в ошейник голову. Когда кто-то менял форму, Келлену всегда становилось дурно. Перья никак не могут красиво втянуться обратно в кожу, клюв – смягчиться и превратиться в губы, а суставы – вывернуться в другую сторону. Даже после того, как благодаря ошейнику Янник вернул себе облик крылатого юноши, он еще полминуты лежал на боку, тихо и жалобно скуля в ответ на нетерпеливые вопросы Келлена. В конце концов Янник сдул с лица слипшиеся от соли волосы и выговорил только одно слово:
– Еды.
Когда Келлен влил немного рыбного бульона в горло Янника, глаза крылатого юноши чуть прояснились и из них ушло животное выражение.
– Что с Неттл? – спросил Келлен.
– Жива, – ответил Янник. – Шпионит за Освободителями.
Келлен выслушал хриплые объяснения Янника и испытал огромное облегчение. Неттл жива и здорова. Она не предала ни его, ни Галла. Неттл упрямо шла собственным тернистым путем, но по-прежнему оставалась той подругой, которую он знал, – несговорчивой, верной, порой доводящей до бешенства и отважной. И это означало, что теперь Келлен имел полное право хорошенько на нее разозлиться.
– Идиотка! – прикрикнул он, пытаясь сморгнуть почему-то набежавшие на глаза слезы. – О чем она только думала? Как мы ее будем оттуда вызволять?
– Это еще не все, – уныло скривился Янник. – И эта новость тебя точно не обрадует.
Янник оказался прав: когда Келлен узнал, кто его проклял, он совсем не обрадовался. Тэнси.
– Она все знала, – слабым голосом проговорил Келлен. – Знала обо всех наших планах. Через нее мы связывались с Расплетенными. Дали ей прочитать письмо Леоны – должно быть, так Освободители выяснили, что именно инспектор Тарл – их тайный враг. И Тэнси знала, что на следующий день мы отправимся в Департамент дружеских отношений. Неудивительно, что там нас уже поджидала Танцующая звезда. Знала, что мы держим путь в деревню с красной башней. Должно быть, она поспешила сюда из Миззлпорта, чтобы предупредить Эммета. Но засаду у мертвого дерева это не объясняет…
Келлен в задумчивости подергал себя за волосы.
– Хотя нет, объясняет, – через секунду сказал он. – Если Тэнси доложила Эммету о тайном черном рынке, он, скорее всего, выяснил, кто торгует с деревней, и заставил их рассказать, где они встречались с Линнет. Вот почему у Глотки нас ждала ловушка. Эммет понимал, что если мы уцепились за эту ниточку, то рано или поздно неизбежно окажемся там.
Имя предателя объясняло многое и в то же время никак не укладывалось у Келлена в голове. Тэнси. Заботливая, мудрая, уверенная в себе Тэнси. Она всем была как старшая сестра. Келлен считал ее своей самой большой удачей. И теперь он не злился, не грустил и не чувствовал себя преданным, в отличие от Янника. Новость была слишком странной. Слишком неожиданной для того, чтобы потрясти Келлена. Вот удар молнии бы его потряс. А новость о Тэнси была подобна молнии, которая выписывала слова в небесах или перелетала с цветка на цветок. Она означала, что Келлен во всем ошибался.
– Я никогда ее толком не понимал, – сказал он, ощущая пустоту и легкость в голове. – Хотя думал, что понимаю. Понимаю, через что она прошла, что она чувствовала. Но я не понимал. Проклинатели и проклятые… все, что я знал о них, оказалось неправдой.
Он с пронзительной ясностью вспомнил слова, которые бросил в лицо проклятому торговцу целую вечность назад: «Неважно, которая из жертв вас прокляла. Потому что в любом случае вы – источник проблемы».
– Я сам во всем виноват, – отупело проговорил он. – Сам пошел этим путем. Вот почему я проклят. Вот почему я здесь.
– О чем ты? – спросил Янник.
– Я постоянно убегал, – ответил Келлен. – Снова и снова. Расплести проклятие – меньше половины дела. Самое сложное начинается после, когда ты держишь в руках все оборванные нити, а люди плачут… Я не знаю, что с этим делать. Вот Неттл знает. А я просто не могу. Ухожу, пока я еще на коне, пока на меня смотрят как на героя. Потому что если задержусь, то все испорчу. Я вечно все порчу. Я обязательно напортачу и тогда стану плохим парнем. И меня погонят поганой метлой, так что лучше уж я сам уйду. А проклинатели, которых я помог арестовать… Я ведь просто оставлял их в цепях и старался больше о них не думать.
– Допустим, ты вечно все портишь, – сказал Янник и вздохнул. – Но сердце у тебя доброе. И ты не заслуживаешь того, чтобы тебя проклинали. Вот затрещина была бы в самый раз, но проклятие – это уже слишком.
– Неважно, – серьезно ответил Келлен. – Мое проклятие – не просто головоломка, которую я должен разгадать. Мне нужно со всем разобраться. Мне нужно разобраться с собой. Я должен найти другой путь, сделать что-нибудь важное, чтобы все исправить… Но я не знаю, что именно.
* * *Следуя указаниям Неттл, Янник отыскал бутылку с Танцующей звездой у основания красной башни – там, где она ее спрятала. Он сумел донести ее, подцепив клювом за кожаную петлю, но совершенно выбился из сил. Когда Келлен повернул ракушку, Танцующая звезда поначалу не горела желанием с ним общаться.
– Где девочка? – наконец спросила она, и голос ее был трескучим, как жаркий костер.
– Воспользовалась твоим советом и отправилась к Освободителям, – сказал Келлен, даже не пытаясь скрыть упрек. – Ты ведь знала, что она носит проклятое яйцо?
Ответом ему стали тихий шелест и треск.
– Да какой смысл вообще с ней разговаривать? – сердито выпалил Келлен. – Это существо на стороне Шэя Эммета! Нужно было выкинуть бутылку в болото, пусть бы валялась в грязи до скончания веков.
– Договор обязывает меня подчиняться этому человеку, – помолчав, сказала Танцующая звезда. – Он хотел, чтобы я поймала вас в клетку из моих рук. Велел доставить тебя и девочку к Освободителям.
– Знаю, – с горечью буркнул Келлен.
– Вот почему я могла сообщить девочке, как найти Освободителей. – В голосе Танцующий звезды проскользнули лукавые нотки. – Я следовала его приказам и отправила ее прямо к нему. Она не была врагом, лишь проклинательницей, которая хотела присоединиться к Освободителям. Я не шла против его воли. Теперь она примкнула к Освободителям и встретилась с этим человеком. Она может поговорить с ним и понять, что им движет. А когда она узнает, что он за человек, она сможет его проклясть. Превратить его в муху, поганку или горячую золу, так, чтобы он никогда больше не смог мною повелевать. Не исключено, что он вовсе умрет от проклятия, и тогда я стану свободна.
– Значит, вот что собирается сделать Неттл? – изумленно воскликнул Келлен.
– Я сказала ей, что она может это сделать, – ответила Танцующая звезда. – Она сказала, посмотрит, что он за человек, и тогда решит, как с ним следует поступить.
– Не думаю, что она его проклянет, – встревоженно проговорил Янник. – Только если у нее не останется другого выхода.
– Но ведь у нее не получится его проклясть, так? – озадаченно нахмурился Келлен. – У проклинателей иммунитет к проклятиям!
– Этот человек возглавляет проклинателей, – прошелестела Танцующая звезда, – но сам он не проклинатель.
– Так вот в чем дело! – Келлена осенило. – Вот почему Шэй Эммет с самого начала пытался меня схватить! Я нужен ему в качестве гарантии безопасности! Главное оружие Освободителей – проклятия, а проклятия разрушают жизни, и люди, чью жизнь разрушили проклятия, сами иногда становятся проклинателями. Но отомстить Освободителям, наложив на них проклятия, они не могут, зато могут проклясть Эммета, потому что он-то не проклинатель! И теперь благодаря нам всем известно, что он возглавляет Освободителей, так что он стал главной мишенью. Эммет хочет заполучить меня, чтобы в случае необходимости я снял с него проклятие. Вот его слабое место!
– Но я не хочу, чтобы Неттл его проклинала! – сказал Янник.