Паучий дар

Это звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но вдруг Эммет не лгал? Вдруг они действительно могли освободить Келлена, Леону и девочку-облако от проклятий и никому не пришлось бы умирать или отправляться в тюрьму?
Кажется, Эммет заметил, что Неттл терзают сомнения. Он наклонился вперед, чтобы его глаза оказались на одном уровне с ее.
– Послушай, Неттл, – сказал он со сдержанным волнением в голосе, – у Келлена большие неприятности. Нам нужно отыскать его как можно скорее, если, конечно, он еще жив.
– Что? – В лицо Неттл словно впилась сотня иголок, а грудь будто обручем сдавило.
– Вчера утром Келлен и Черрик-Галл наткнулись на моих людей. Завязалась драка. Мои люди изо всех сил старались не задеть Келлена, но мистер Галл схватил его за воротник и исчез под водой вместе с ним. Тел мы не нашли, значит, Келлен, возможно, жив. В деревню, где вы остановились, он не вернулся, мистера Галла там тоже никто не видел. Как думаешь, куда они могли отправиться?
Неттл была потрясена, узнав, что их появление в деревне не укрылось от Эммета, но потрясение быстро уступило место тревожным мыслям. Что, если Эммет говорит правду? Вдруг Келлену – раненому, нахлебавшемуся воды или преследуемому по пятам одичавшим болотным всадником – действительно нужна помощь?
– Я понятия не имею, где они могут быть! – воскликнула Неттл. – Они не упоминали о каком-либо месте!
– Тогда, может, Янник их разыщет? – предложил Эммет. – Ему ведь под силу облететь Марь и разглядеть их с высоты?
Еще один удар, еще одно открытие. Откуда Шэю Эммету известно о Яннике?
– Ты ведь можешь позвать брата? – не унимался он. – Уверен, он слышал обо мне много плохого, но, думаю, вместе у нас получится его переубедить.
Неттл попыталась что-то сказать, но горло мучительно сжалось. Зрение помутилось, и предательская слеза скользнула по щеке.
– Янник больше не откликается на мой зов, – сдавленным голосом ответила она. – Раньше он всегда возвращался, когда был мне нужен, но теперь… он не прилетает. Он сказал, я так сильно изменилась, что очень скоро он перестанет меня узнавать. Думаю, он больше не сможет меня найти: теперь я совсем другая. Я больше не я.
Неттл уставилась на свои ноги. Ей бы радоваться, ведь Янник никогда не узнает, во что она превратилась. Будет жить со своей женой-чайкой и птенцами, позабыв о сестре, которая снова и снова возвращала его к человеческим страданиям.
– Пожалуйста, попробуй позвать его – ради Келлена, – тихо попросил Эммет. – Ты наша главная надежда. А может, и единственная.
Неттл медленно спустилась по трапу с нижней палубы и попыталась собраться с мыслями. Неужели Келлен в беде? На долю секунды ее охватила мучительная тоска по Яннику. Может, у нее получится докричаться до него и притянуть к себе?..
«Нет! – Неттл задавила эту мысль в зародыше и чувства свои тоже приглушила. – Очнись! Ты не знаешь, правду ли говорит Эммет. Не знаешь, действительно ли Келлену грозит опасность. Если притащишь Янника сюда, возможно, из-за тебя он угодит в ловушку!»
Неттл поняла, что ей очень хочется верить Эммету. Его добрый, чуткий голос дарил облегчение. Она вспомнила их первый разговор – блаженное чувство, что кто-то на твоей стороне, что взрослый наконец обо всем позаботится. Но Леоне она на слово не поверила, так почему же к Эммету должна отнестись иначе? Поэтому Неттл стиснула зубы и сосредоточилась на вспышках сомнения, которые полыхали в ее голове во время их разговора, на том, что она никак не могла объяснить.
«Эммет слишком много знает, – подумала она. – Откуда ему известно, что я прибыла в деревню вместе с Келленом и Галлом? Кто рассказал ему про Янника? Он утверждает, что всегда хотел переманить меня на свою сторону, – значит ли это, что он знал о моем проклятии до того, как я попала в Марь? Но откуда? Я что-то упускаю… И он не обрадовался, когда я упомянула о проклятии Келлена. Неужели злится на проклинателя? Или просто не хотел отвечать на этот вопрос?»
Неттл, дрожа, опустилась на мокрую палубу и украдкой поглядела на другие лодки. Вроде бы ее никто не караулил и не собирался отводить назад в каюту. Значит ли это, что теперь она свободна и за ней не будут присматривать? Что ее так легко приняли и считают одной из них? Неттл в этом сильно сомневалась. За ней обязательно будут наблюдать, а значит, она обречена ступать по очень тонкому льду.
 
Кто такие Освободители? Толпа опасных безумцев, которые мечтают отомстить всему Рэддишу, или отчаявшиеся люди, которые всего лишь хотят себя защитить? А Шэй Эммет? Был ли он хладнокровным преступным гением или человеком с добрыми намерениями, которому пришлось прибегнуть к жестким мерам, чтобы уберечь своих товарищей от преследований? Казалось, что остальные без труда определились, с кем они. Келлен, Галл, проклинатели – каждый примкнул к своей армии и выбрал оружие. Неттл не покидало ощущение, что она единственная, кого мучают сомнения – и кто хочет задавать вопросы.
Может, мистер Эммет не лжет. Может, он действительно никогда не пытался навредить ни мне, ни Келлену. И не приказывал наслать на него проклятие. Но, может, именно это он и сделал. Я должна узнать правду. А для этого нужно найти Дженди Пин.
  
Глава 42
 
Там, где твое место
 
Чья-то рука опустилась на плечо Неттл, и от неожиданности она подскочила. Над ней стояла темноволосая круглолицая женщина – та самая, что привела ее на корабль Эммета.
– Ты ведь еще не завтракала? – Женщина улыбалась вполне дружелюбно. – Пойдем со мной. Я Рута.
На залитом солнцем паруснике Рута представила Неттл изящной молодой женщине с узким нервным лицом и семнадцатилетнему пареньку, который то и дело краснел, послушно смеялся над чужими шутками и почти все время молчал. Они вчетвером сидели, скрестив ноги, на прогретой палубе и ели лепешки с семечками и суп из раков.
Неттл была одновременно взвинчена и растеряна, словно очнулась от кошмара и обнаружила себя на пикнике. Почему эти люди так добры к ней? Неужели не знают, кто она такая? Но вскоре выяснилось, что всё они знают.
– Милая, здесь никто не осудит тебя за то, что ты делала в прошлом, – сказала Рута. – Ты просто сбилась с пути. Но теперь нашла дорогу к нам, а это самое главное.
«Скорее всего, им поручили за мной приглядывать», – напомнила себе Неттл.
Новые друзья настойчиво спрашивали Неттл, есть ли у нее все, что нужно. За пару минут они раздобыли для нее расческу, свечу для чтения, носовой платок и зубную щетку с кабаньей щетиной. Но сама Неттл их тоже интересовала. Правда ли, что она была жертвой проклятия? В какой части Мелководья она выросла?
– Кого ты ненавидишь? – спросила Рута совершенно будничным тоном, словно в этом вопросе не было ничего странного. Откуда ты? Сколько тебе лет? Кого ты ненавидишь?
Неттл уже собиралась сказать, что никого она не ненавидит, и закончить разговор. Но внезапно ее словно окатило теплой волной: больше не нужно лгать. Этим людям она может сказать правду. Это одновременно пугало и согревало.
– Я ненавидела жену моего отца, – медленно сказала Неттл, – но она умерла раньше времени. Все думали, что мне станет легче, но мне нужен был кто-то, на кого можно было злиться! Без мачехи мне не на кого было обратить свою ненависть. Так что я тонула в этом чувстве и никак не могла от него избавиться. Иногда я ненавидела весь мир. Ненавидела всех и вся.
Наконец-то она сказала об этом вслух. Наконец-то выпустила из себя эти слова – и солнце не погасло. А невидимая петля, удавкой затянувшаяся на ее душе, ослабла, и Неттл стало легче дышать.
– Твое проклятие уже вылетело на свободу или до сих пор сидит в яйце? – спросила изящная женщина.
– Сидит, – ответила Неттл, хотя ее глубоко потрясло то, как выразилась ее собеседница. «Вылетело на свободу» – словно они говорили не о проклятии, а о чем-то естественном и прекрасном, как птица.
– Мое уже вылетело. – Женщина подняла раковину каури, которую носила на шнурке на шее. – Мой муж, – прошептала она, точно боялась, что раковина может ее услышать. – Он был жестоким человеком, и я… я больше не виню себя за то, что сделала. Но выбросить его в лесу я тоже не могу. Надеюсь, у меня получится снять с него проклятие – и этот груз с моей души.