Главное правило артефактора

Внутри храма оказалось в разы прохладней. Хотя никакой причины для этого попросту не существовало. Я усилила светлячок и осмотрелась. Магический свет выхватывал потрескавшиеся фрески на рельефных стенах, дыры в полу, где раньше были большие плиты, и несколько расколотых статуй, которые сейчас лежали на земле.
– И где же тут могли спрятать Сосуд Истины? – почему-то шепотом уточнила я у окружения.
Прошла к одной из статуй, укутанной дикими растениями. Расчистила побеги винограда, всмотрелась в лицо божества, запечатленного на камне, и нахмурилась.
Эта богиня была мне известна.
– Ирита, – прошептала я, признавая богиню тайн и секретов по третьему закрытому глазу, изображенному во лбу. – Тебе тут поклонялись многие годы, взывали к твоей милости. Услышь же меня сейчас – укажи на ту тайну, что до сих пор хранится в этих разрушенных стенах.
Закусив губу, я прислушалась к окружению.
Наверное, глупо было ожидать знака от богини, которую все давно забыли. Чьи храмы были разрушены по всему континенту, а в княжестве Артея их истребила сама природа. Но попытаться стоило.
– Ладно, – я смирилась с тем, что на божественное вмешательство нет смысла надеяться, выпрямилась и еще раз окинула взглядом обширное пространство храма, заваленное огромными камнями и рассыпавшимися колоннами. – Где бы я спрятала божественный артефакт, если бы была жрицей этого храма?
Ответ пришел моментально. А я сорвалась с места, осматривая все булыжники на поиск необходимого.
Алтарь нашелся далеко не сразу. Он оказался не в центре храма, как в большинстве случаев. Нет, в обители богини тайн его установили в правой части здания.
И сейчас это священное место поклонения, созданное в форме плоского камня на подставке, треснуло. За эти годы ветры и дожди настолько видоизменили его, что мне с трудом удалось прочитать те письмена, что создали на нем умелой рукой. Не чарами, нет. Такие вещи всегда были рукотворными.
– Хорошо, – прошипела я, чувствуя себя нарушительницей божественного покоя, когда ощупывала алтарь на предмет потайных ниш.
Выругалась, когда ничего не нашла. А затем отступила и еще раз оценила взглядом алтарь. Высокий. Для того чтобы перед ним можно было встать на колени, положить руки на плиту и обращаться к богу. Но…
– Ну конечно же! – выдохнула я и тут же рухнула на колени рядом с алтарем. Опустила руку к основанию опоры и довольно улыбнулась, почувствовав легкий сквозняк. – Прости, богиня, но мне эта вещь нужнее, чем тебе.
С этими словами я призвала магию, которая столкнула остатки алтаря в сторону, открывая неглубокую черную нишу. Действительно! Где еще можно спрятать божественный артефакт, если не под божественным алтарем?!
Я запустила руку в темноту, нашарила там что-то похожее на шкатулку и вытащила на свет луны и светлячка. Отряхнула пыль и грязь с ровных граней и только потом нахмурилась.
Этот черный куб не сильно был похож на нужный мне Сосуд Истины. И пусть ни в одном источнике не сообщалось, что вообще должен был представлять собой артефакт, это явно не он.
– И что же ты такое? – пробормотала я, стараясь рассмотреть хоть что-то на этих гранях. Но ни защитных символов, ни опознавательных рун на нем не нашлось.
Проверить, что это вообще такое, можно было только одним доступным способом – активировать.
Главное правило артефактора гласило: никогда не активировать неизвестные артефакты, если к ним не идет инструкции или пояснения. Пожалуй, это правило появилось в тот самый час, когда много тысячелетий назад кто-то привел в действие божественный артефакт под названием «ящик Тиноры». Предмет, который распахнул портал в иные миры и пустил в наш демонов, бесов и иную нечисть.
И где вообще гарантии, что сейчас я держу в руках не его двойника?
А нет таких гарантий. И у меня нет иного выбора, кроме как нарушить главное правило артефактора.
– К бесам! – выругалась я и пропустила через неизвестный артефакт магический поток. Отбросила от себя куб на всякий случай и приготовилась бить боевыми чарами по возможным противникам.
 
Магический предмет упал на землю, вздрогнул и засветился алым. Не самым дружелюбным светом, что могло говорить только об опасности. Кто бы ни создал этот артефакт, он сразу указал на угрозу.
Свет померк в ту самую секунду, когда куб еще раз вздрогнул и… развалился на четыре части. Просто самоуничтожился.
Я уже готова была облегченно выдохнуть, а потом выругаться. Как алый вспыхнул еще раз – и на месте уничтоженного куба появилась большая масляная лампа. С продолговатым носиком, крышкой и изогнутой ручкой. Грязная до ужаса и источающая такой же сильный магический фон.
Не нужно было быть гением, чтобы понять, что это такое.
– Лампа джинна? – выдохнула я, недоверчиво глядя на артефакт и борясь с желанием оттереть его от грязи.
Но вместе с тем я прекрасно знала, что этого делать нельзя. Джиннов вот уже больше тысячи лет никто не встречал. А в этой лампе может быть заключен кто угодно. И демон, и даже монстр.
Что-то живое, магическое и до жути злое. Раз его пометили алым свечением. Кто бы ни спрятал один артефакт в другой и ни оставил тут, он знал, что здесь это существо точно не найдут.
И опять же это точно не Сосуд Истины. А значит, я проделала такой долгий путь зря.
* * *
За стены я вернулась, когда уже начало светать. На улицах появились первые жители Старого города. Но меня они не видели, чары отвода глаз работали исправно. Мне оставалось только обходить прущих на меня горожан и методично уничтожать уже остывшие лепешки с мясом.
Усталость после ночной вылазки была такой, что хотелось принять ванну и лечь спать. Но для начала не мешало бы разобраться с парочкой возникших проблем.
Я открыла входную дверь, поправила ремень сумки на плече и запнулась о порожек. Потеряла равновесие, неловко взмахнула руками, роняя остатки импровизированного завтрака. Но устояла.
– Вообще невесело, – выдохнула, выпрямляясь и восстанавливая дыхание.
Но стоило это сделать, как рядом что-то резко и протяжно взвыло, а в грудь ударил непонятно откуда взявшийся ветер.
По рукам поползли мурашки. Но не от холода, а от ощущения чужого присутствия.
– Покажись! – потребовала я, готовясь запульнуть магией в неизвестного.
Но больше ничего не произошло. А чувство чужого присутствия исчезло.
– Чего вопишь с утра пораньше? – раздался вдалеке голос Брова. А через несколько мгновений, когда я наконец угомонила бешено стучащее сердце, рядом с хлопком появился сам домовой. – И где тебя носило?
– Кто тут живет помимо тебя? – проигнорировала я его вопрос и задала свой, закрывая дверь и осматриваясь. Я не уловила магической ауры. Вряд ли тут есть еще какой дух.
Неужели, действительно дом проклят? Тогда почему это не чувствуется?
– Ведьма одна, которую даже здороваться не научили, – буркнул домовой, окидывая меня недовольным взглядом.
– Очень смешно. – Я тряхнула головой, возвращая самообладание, и направилась в сторону подвала. – Я про других магических существ. Я только что почувствовала присутствие еще кого-то…
– Вот у этого кого-то и спрашивай, – не принял мои слова всерьез Бров. – Если бы у меня тут была компания, думаешь, твоя жизнь в этом доме была бы такой сказкой?
– Это ты, случайно, не о тех сказках говоришь, которые рассказываются глубокой ночью при свете костра?
Бров возмущенно прошипел мне в ответ что-то нечленораздельное. А я только усмехнулась и мысленно отмахнулась от случившегося. Если домовой так уверен, что тут никого нет, значит, так и есть. Мне можно просто показаться. А если нет, и тут все же что-то или кто-то есть, рано или поздно я почувствую ауру. Тогда и будем решать проблему.
Спустившись в подвал, я вытащила из сумки грязную лампу и поставила ее на стол.
Могло ли мне все привидеться из-за нее? Ведь кто знает, что я нашла в тех развалинах. Этот артефакт может быть куда опаснее, чем я думаю. Но и бросать его там я не стала. Пусть лучше у меня полежит – безопасней будет.