Хранитель рода государева. Дилогия (СИ)

— Люся! АААА. — зарыдала сестрёнка и я прижал её к себе.
Вот так гладя её по спине и приговаривая что всё будет хорошо, я и дождался, пока нас сперва не взяли в кольцо наши дружинники, а после подошла и мама.
Её волосы были растрёпаны, глаза слегка светились от чрезмерного использования силы. Всё же она не хватала звёзд с неба в плане способностей своего дара. Средний целитель, который совершенно точно не сможет вытащить с того света человека, разрубленного на несколько частей, как это делают гранды.
Про архиграндов вообще молчу, даже представить себе не могу на что способны эти монстры.
— Почему ты не спустилась в убежище и позволила Оле вступить в бой? — обратился я сперва к маме, а затем к нашему старшему дружиннику Лешему. — А ты чем глядел?
— Виноват. — ответил мне дружинник, но раскаянья в его глазах я совершенно не видел.
— Семён тут совершенно не виноват. Он, как и все остальные дружинники выполнял мой приказ. — ответила мама, которая сперва хотела обнять нас с Олей, но после моего наезда резко передумала.
— Приказ, противоречащий приказу отца. — покачал я головой. — Но об этом мы поговорим позже. Леший. Взяли маму с Олей и бегом к шестому убежищу, закрыться на все засовы и активировать последний протокол безопасности. Сидеть там, пока мы не откроем дверь. Если через три дня этого не произойдёт, действуйте по обстановке.
Мама попыталась возразить, но в нашей семье в вопросах безопасности последнее слово всегда оставалось за мужчиной, пусть даже семнадцатилетним.
Мрачные дружинники с трудом оторвав от меня рыдающую Олю, и подхватив маму под руки, бросились выполнять приказ. Замыкающим у них бежал Читер, поэтому удара в спину они могли не опасаться.
Теперь, когда я уверен, что мама и Оля в безопасности, а с вражескими дружинниками покончено можно вернуться на помощь отцу. Хотя бы посмотреть, смогу ли я там чем-либо помочь или нет.
Моей помощи не потребовалось к отцу императору, который уже освободился из своей ловушки, присоединилась императрица и с десяток бойцов «Гнева Государева». Причём бойцы явно уже побывали в неслабом бою, судя по их внешнему виду.
Практически все они имели ранения той или иной степени тяжести, но это не мешало им помогать в бою против Юсупова. Который к этому времени уже остался в гордом одиночестве. Остальные его подельники валялись изломанными куклами неподалёку.
Увидев эту картину, я понял, что моя помощь здесь совершенно точно не понадобится.
Юсупов был сильно измотан, а отец постоянно пополнял свои силы. Благо столь необходимой нам крови сейчас было предостаточно.
Бой длился ещё пару минут, пока держался щит Юсупова. Как только он спал, отец вогнал в него сразу несколько кровавых игл, начав откачку крови.
Десять секунд и Юсупов падает на колени. Бойцы Гнева тут же подлетели к нему и нацепили на шею блокиратор.
После чего отец уничтожил свои иглы, предварительно вернув всю забранную у Юсупова кровь обратно.
Этого предатель уже не выдержал и начал терять сознание, напоследок решив поставить точку, обрушив три сокрушительных столба молний на императорскую чету.
Но император даже не почесался, прикрыв своей защитой ещё и супругу.
— Настя? — спросил я у императрицы, как только подошёл к ним.
  
Глава 6
 
— Сидит в своей комнате под присмотром бойцов Гнева. — успокоила меня императрица.
Выглядела она сейчас не лучшим образом. Дорогущее вечернее платье порвано в клочья, из-за резко увеличившихся физических возможностей, высвобожденных её даром. Костяшки пальцев сбиты в кровь, вся в грязи, копоти и каплях крови. Своей или чужой было непонятно.
Боевая форма ещё держалась, но уже постепенно начала исчезать.
— К Полиграфу его. — распорядился император, указывая на Юсупова.
— Мой император, двое ещё живы. — выкрикнул один из бойцов, осматривающих трупы предателей.
— Авиценна, сделай так, чтобы они смогли пережить допрос. — снова сказал император. — Граф, принимай командование, а нам с будущими родственниками нужно многое обсудить.
 
Только сейчас я заметил, что вокруг нас сразу нарисовалось столько народу, что не протолкнуться. Вдалеке послышались завывания сирен экстренных служб, в небе раздалось тарахтение вертолётов, направляющихся в нашу сторону.
* * *
— Вот же сука! — негодовал император, попутно громя отцовский кабинет. — Как, так я мог проглядеть, что мой лучший друг, человек, которому я доверял так же, как и себе, решил предать меня!
В кабинете отца сейчас находилось шесть человек. Я, отец, император, заместитель дяди Димы — Мазуров, неприметный мужичок по прозвищу Полиграф и к моему глубочайшему удивлению, патриарх рода Воронцовых, мой дед Кирилл Васильевич.
Если с первой четвёркой присутствующих всё было более-менее понятно. Единственным лишним здесь был я, но так как именно я поднял тревогу мне было разрешено остаться.
То Полиграф и дед вызывали у меня множество вопросов. Полиграф лишь передал императору какие-то бумаги, а всё остальное время сидел и слушал.
Дед же вообще сейчас должен быть на другом континенте, вместе с цесаревичем Алексеем, представлять интересы империи в Венесуэле. Майя в последнее время начали вести слишком грязную игру, раздавая свою нефть практически даром, чтобы отбить у империи её постоянных покупателей.
И если поначалу все довольно скептически относились к этому решению руководства потомков богов, как себя называли сами Майя, давая им максимум пару месяцев столь беспрецедентной щедрости. То через полгода уже многие скептики изменили своё мнение, а через год таковых практически не осталось.
Подобная наглость не могла быть оставлена просто так. Ведущие нефтедобывающие государства Евразии решили объединиться против общего врага, так сказать.
Первым делом было решено послать в столицу Майя делегацию, состоящую из одних наследников, сопровождаемых архиграндами, одним из которых и был выбран мой дед. Как сильнейший одарённый империи и личный охранитель цесаревича.
Оспорить звание сильнейшего не осмеливался ни один одарённый империи вот уже более двадцати лет. Очередная монетка в копилку аристократической ненависти к нашему роду.
Именно поэтому я очень удивился, когда в кабинет вошёл дед.
— Не спешите делать преждевременных выводов Николай Александрович. Единственное, что я могу сейчас утверждать со стопроцентной уверенностью, это вмешательство третьей стороны. На разум нападавших было совершенно воздействие, причём столь сильное, что их личность была подавлена практически полностью. — произнёс Полиграф.
— Но это же невозможно! Разум одарённых неподвластен чужому вмешательству. Даже архигранды кукловодов не могут управлять самым слабым одарённым. — произнёс дед.
Все присутствующие, в том числе и я тут же закивали, соглашаясь с его словами.
Истина, которая была известна даже трёхлетнему ребёнку. Кукловоды, которые представляли для обычного человека огромную опасность, для одарённого были совершенно безвредны.
Тем более в любой стране кукловоды находились под строгим государственным контролем. Как только у человека обнаруживался подобный дар, на него тут же вешался блокиратор. И он исчезал из общества.
Куда исчезали подобные одарённые знал лишь император и люди, отвечавшие за это. Даже нашего рода, как охранителям императорской семьи эта информация была недоступна.
— Это действительно так. Но в истории нашего государства уже имеются подобные прецеденты. — совершенно спокойно начал отвечать деду Полиграф. — Наши специалисты уже начали работать над разрешением этой проблемы. Ближайший отчёт должен быть предоставлен в течение часа. Но уже сейчас нам удалось выяснить более двух десятков имён, представителей имперской аристократии замешанных в этом деле. Помимо князей Голицына и Юсупова, там фигурирует имя князя Долгорукога.